Девушка во льду - Роберт Брындза

Эрика и остальные члены следственной группы ночью не выспались и теперь пытались взбодриться. Накануне они работали до глубокой ночи, соединяя в одно целое уже имевшиеся факты с новой информацией, и в час ночи у них наметился прорыв. В спешке был составлен план действий, и в три часа ночи Эрика отпустила всех по домам. С первыми проблесками рассвета команда должна была вернуться и приступить к осуществлению первого этапа ее плана.

В одиннадцать часов утра Эрика, Мосс, Питерсон и Крейн сидели в мониторной в отделении Луишем-Роу. Перед ними стояли четыре монитора. На каждом – одна из комнат для допроса.

В кабинете для допросов № 1 Линда Дуглас-Браун, в длинной темной юбке и широком белом джемпере с черными котятами и пятнами от чая, в волнении ходила из угла в угол. На соседнем экране, в кабинете № 2, ее отец, Саймон Дуглас-Браун, сидел с безучастным видом, держа руки на столе, и смотрел прямо перед собой. Группа вооруженных полицейских в спецснаряжении подняла его с постели, но одет он был с иголочки – в черные слаксы, отглаженную синюю рубашку и джемпер с V-образным вырезом.

Следующий монитор показывал кабинет для допросов № 3, где находился Джайлз Осборн. Он представлял собой весьма курьезное зрелище: узкие джинсы бутылочного цвета, из которых вываливается живот, обтянутый облегающей футболкой с принтом в виде пальм; сальные волосы с боковым пробором. Джайлз смотрел в камеру.

– Уже двадцать минут не отводит глаз от камеры, – сказал Крейн, ручкой постучав по экрану.

– Один только Игорь Кучеров держится так, будто ему плевать на весь белый свет, – заметила Эрика, глядя на монитор, показывавший кабинет № 4.

Игорь отодвинулся от стола и сидел, развалившись на стуле, широко расставив ноги. Когда полиция приехала за ним в его дом на фешенебельной улице в Килберне, облюбованной представителями среднего класса, он делал зарядку. Поджарый и мускулистый, он был в облегающей белой футболке с логотипом фирмы Nike на груди, в черных шортах и кроссовках – тоже фирмы Nike. Его кожа имела оттенок запеченных оливок. На лице нет ни щетинки, как на тех фотографиях, где он снимался с Андреа. Игорь резко поднял черные глаза к камере.

– Начнем с него, – сказала Эрика. Она и Питерсон вышли, Мосс и Крейн остались в мониторной. В коридоре они встретили адвоката Игоря – худого седеющего мужчину с аккуратными маленькими усиками. Он начал выражать им свой протест по поводу задержания его клиента.

– Я буду рекомендовать своему клиенту не отвечать на ваши вопросы, пока у вас не будет убедительных…

Они прошли мимо него и открыли дверь в кабинет для допросов № 4. Игорь как сидел, развалившись, так и продолжал сидеть. Его черные глаза оглядели Эрику с ног до головы, когда она и Питерсон вошли в кабинет. Длинный гудок оповестил о готовности записывающего устройства.

– Двадцать четвертое января, первая половина дня, одиннадцать часов пять минут. Я – старший инспектор Фостер, со мной – инспектор Питерсон. Также присутствует адвокат Джон Стивенс.

Эрика и Питерсон сели напротив Игоря и его адвоката. Несколько минут Эрика просматривала материалы дела, затем подняла глаза на Игоря.

– Итак, мистер Кучеров. Или я должна вас называть Джорджем Митчеллом?

– Называйте как хотите, дорогая, – улыбнулся он. В его густом голосе слышался русский акцент.

– Объясните, пожалуйста, почему у вас две фамилии?

Он пожал плечами.

– Вы работаете на MI-5 или MI-6? Или вы секретный агент, занимающийся шпионажем? Может, вы давали подписку о неразглашении государственной тайны?

Игорь криво усмехнулся и потер подбородок.

– Нет, – наконец ответил он.

– Простите, но вы задаете нелепые вопросы, – вмешался адвокат.

– Нет, вопросы по существу. Мистер Стивенс, вам известно, что вашего клиента судили за убийство молодой женщины по имени Надя Греко? Ее разлагающийся труп был найден в карьере, куда его сбросили в застегнутой сумке.

Эрика пододвинула по столу фото Нади. В складках расстегнутой сумки виднелось ее раздутое почерневшее тело.

– Выяснилось, что сумка принадлежала тогдашней подружке мистера Кучерова Барборе Кардошовой. Надя Греко была забита до смерти в доме Барборы. На месте преступления обнаружено ДНК Игоря. Состоялся суд, на котором Барбора дала показания против него. Однако присяжные не сумели вынести вердикт, и судебное дело развалилось.

Адвокат посмотрел на Игоря, сидевшего к нему боком.

– Это надо доказать, – бросил тот, пожимая плечами.

– В том-то и дело, Игорь. Судебные протоколы и расшифровки стенограмм по вашему делу имеют гриф «закрытые материалы». А такой гриф секретности присваивается только судебным материалам, разглашение которых может нанести ущерб национальной безопасности. Вам это известно, мистер Стивенс?

– Да, мне известно, что означает гриф «закрытые материалы», – ответил адвокат, покраснев от волнения.

– Значит, вы должны понимать, насколько необычно то, что данное ограничение наложено на судебные материалы по делу вашего клиента, который не имеет отношения к секретной службе, – заключила Эрика. Игорь потянулся, потом повертел шеей, так что захрустели сухожилия.

– Может, я немного похож на Джеймса Бонда, – сыронизировал он.

– Нет, не похож, – холодно парировал Питерсон.

– А ты не кисни, приятель. Постоянно ведь идут разговоры о том, чтобы взять в Джеймсы Бонды черного. У тебя еще не все потеряно, – ответил Игорь.

Помолчав, Питерсон ближе придвинул к Игорю снимок с телом Нади Греко.

– Пожалуйста, посмотрите на фотографию. Вы узнаете эту девушку? – спросил он.

– Я советую своему клиенту не отвечать на этот вопрос, – сказал Стивенс.