Девушка во льду - Роберт Брындза

Эта пресс-конференция разительно отличалась от той, что была организована в гостинице близ Мраморной арки. Эрика настояла, чтобы встреча с журналистами проходила перед зданием отделения полиции Луишем-Роу и носила более искренний и убедительный характер, чем предыдущее помпезное мероприятие с видеоэкранами и элегантным конференц-залом.

Она также настояла на том, чтобы Марш на пресс-конференции не присутствовал. Он встретил ее предложение в штыки, но в конце концов согласился. Смеркалось, когда Эрика, Мосс и Питерсон вышли на крыльцо отделения полиции Луишем-Роу, перед которым собрались представители различных телевизионных компаний и печатных СМИ. На них направили яркий свет, отражавшийся от поцарапанной двери центрального входа, служившей им фоном.

– Спасибо, что пришли, – вознесся над толпой голос Эрики. Она видела перед собой море объективов. Телекамеры снимали лестницу, на которой они стояли, сверкали вспышки фотоаппаратов. Мосс и Питерсон смотрели строго перед собой.

– Полагаю, у многих из вас уже, наверно, готовы комментарии об этой пресс-конференции, – продолжала Эрика, – о том, что я намерена сказать. Но прежде чем ваше внимание рассеется и вы мысленно начнете составлять текст своих статей и репортажей, в которых красноречиво заклеймите некомпетентность полиции, или прежде чем вы решите, что смерть Андреа более достойна освещения в СМИ, чем трагическая гибель выходцев из непривилегированных слоев общества, подумайте о том, зачем мы сегодня здесь собрались. Наша работа – ловить преступников, ваша – освещать нашу работу со всей объективностью. Да, мы используем друг друга. Полиция использует прессу, чтобы продвинуться в расследовании, распространить информацию. Вы, освещая ход следствия, зарабатываете на нас. Поэтому, господа журналисты, я прошу вас, чтобы сегодня мы объединили усилия. Если позволите, я дам вам новый материал для ваших обзоров.

Эрика умолкла на несколько секунд.

– Сегодня Марко Фроста освободили из-под стражи за недостаточностью улик. Ему удалось представить нам алиби, и мы были вынуждены его отпустить. Он невиновен. Но это – не главное в ваших статьях. Главное то, что убийца Андреа по-прежнему на свободе, где-то среди нас. После того как мы тщательно изучили все материалы и изменили основное направление расследования, у нас появились все основания полагать, что убийство Андреа – не единичный случай. Человек, которого мы разыскиваем, и раньше совершал убийства. Мы считаем, что он виновен в гибели трех молодых женщин из Восточной Европы: Татьяны Ивановой, Мирки Братовой и Каролины Тодоровой. Они все приехали в Лондон в надежде на то, что здесь им найдут хорошую работу. Однако их переправили в страну нелегально для занятия проституцией и заставили отрабатывать долг. Мы также считаем, что этот же человек виновен в убийстве сорокасемилетней Айви Норрис. А теперь, пожалуйста, взгляните на фото нашего главного подозреваемого. Его зовут Джордж Митчелл…

* * *

В оперативном отделе суперинтендант Марш вместе с Коллин следил за ходом пресс-конференции по каналу «Би-би-си ньюс».

– Как-то по-дилетантски это выглядит, да и вещает она как учительница, – высказался он, когда Эрику, Мосс и Питерсона на экране сменила фотография Джорджа Митчелла.

– Ну конечно, если женщина уверена в своем мнении, значит, она вещает как учительница, – заметила Коллин.

Внизу экрана высветились телефон и адрес электронной почты. Через несколько мгновений в кадре снова появилась Эрика.

– Если вы располагаете какой-либо информацией об этом человеке, просим связаться с нами по координатам, которые указаны на экране. Конфиденциальность гарантируется. Мы также советуем всем, кто увидит этого человека, не приближаться к нему. Я благодарю представителей прессы за то, что уделили нам время, и за содействие.

С минуту на экране ничего не происходило, потом журналисты разразились вопросами.

– Марко Фросту выплатят компенсацию? – выкрикнул чей-то голос.

– Дело Марко Фроста будет рассмотрено в соответствии с законом. Прокуратура рассмотрит его в срочном порядке, – ответила Эрика.

Журналисты продолжали засыпать ее вопросами.

– Эти убийства связаны с предпринимательской деятельностью сэра Саймона Дуглас-Брауна?

– Думаю, мы должны помнить, что сэр Саймон – отец жертвы. Его дочь настигла ужасная смерть. Как и других девушек. И у них тоже есть родные, которые оплакивают свою утрату каждый день. Расследование данного дела затруднялось тем, что велось по шаблонным направлениям. Теперь мы точно знаем, что секреты Андреа – это те самые ниточки, которые выведут нас на убийцу. Пожалуйста, не осуждайте ни ее, ни ее родных.

– Черт, ведь знал же, что это плохая идея, – произнес Марш.

– Нет. Все хорошо. Она установила контакт с людьми. Эта пресс-конференция гораздо более толковая и человечная, чем прошлая, – возразила Коллин. Марш искоса посмотрел на нее, но она не отрывала глаз от телевизора.

На экране появился общий план. Эрика, Мосс и Питерсон поднялись по ступенькам к входу в отделение полиции и скрылись за дверью. Затем камеры показали студию «Би-би-си ньюс». Ведущий попросил корреспондента канала, который вел репортаж с места событий, дать свои комментарии.

– Со стороны полиции это смелый шаг, тем более что после нескольких недель следствия у них по-прежнему очень мало улик. Подозреваемый на свободе, а времени все меньше.

– Что значит «меньше»? О чем это он? – пробурчал Марш.

А телерепортер на экране продолжал:

– В печати появились новые разоблачительные материалы о сэре Саймоне Дуглас-Брауне. Речь идет о его причастности к сделкам по поставкам оружия Саудовской Аравии. Появились и намеки на внебрачные связи.

Камеры снова переключились на ведущего программы новостей.

– Эта пресс-конференция ознаменовала заметный сдвиг в полицейском расследовании. Если в предыдущие недели столичная полиция, похоже, плясала под дудку семьи Дуглас-Браун, то теперь, судя по всему, они выдвигают реальную версию, основанную на фактах, которые родные жертвы, очевидно, предпочли бы скрыть от прессы.

Камера показала телерепортера перед зданием отделения полиции Луишем-Роу.

– Думаю, да. Полагаю, что эта пресс-конференция вобьет клин в отношениях между истеблишментом и службой полиции, зато она повысит авторитет полиции и обеспечит ей самостоятельность, что, я уверен, поможет ей вернуть поддержку общества.

– Вот, видите? Как раз то, чего мы добиваемся. Я сделаю несколько звонков и распространю запись с этими комментариями, – сказала Коллин.

Марш почувствовал, как его лоб покрывается испариной, ощутил, как в кармане завибрировал телефон. Он вытащил аппарат: ему звонил Саймон Дуглас-Браун.