Призрачный омут - Адриана Мэзер

Я пытаюсь отцепить от руки его пальцы, но мужчина слишком силен.

– Денис, посмотри на меня! Посмотри и скажи прямо, что не знаешь меня! – кричит Молли.

В глазах его мелькает неуверенность.

– Ты мой Денис! – так эмоционально восклицает она, что мужчина все же поднимает взгляд. – Я бросила семью и всех, кого любила, чтобы быть с тобой! Родители говорили, что нам нельзя быть вместе. Брат гнался за нами до самой пристани. Помнишь? Прошу, вспомни меня. Пожалуйста!

Утопленник сводит брови, будто пытается сконцентрироваться. Пальцы его слегка ослабляют хватку, и я вырываю руку, отступая на пару шагов. Денис переводит взгляд с Молли на меня.

Молли сжимает в ладонях его лицо, заставляя снова сосредоточиться только на ней.

– Мы не останавливались ни на минуту, тебе даже некогда было побриться, – рассказывает она, – и смогли попасть на корабль по чистой ирландской удаче. Я выбрала тебя. Ты для меня был важнее всего на свете, даже любимой семьи.

Его уверенность тает:

– Молли?

И она плачет, рыдает, протяжно всхлипывая. Денис нежно обнимает ее.

– Не плачь, любимая. Не плачь, – просит он.

Но сам тоже плачет. И тут же прижимает ее к себе так крепко, что мне удивительно: как Молли вообще сможет дышать?

Корабль кренится сильнее, и мы замираем.

– Нужно подняться на…

Мою талию обвивает мужская рука, а к шее прижимается ледяной металл. Нож!

– Пора идти, – говорит Мэтт мне на ухо.

Нет!

Молли поворачивается ко мне, на ее лице отражается паника. Мэтт утаскивает меня назад, прочь от них.

– Что я наделал? – бормочет Денис и шагает к нам. – Мисс!

– Стой, где стоишь, Денис, – предупреждает Мэтт. – Ты уже исполнил свою миссию. Привел ее сюда.

– Нет… я… Ты забрал у меня Молли! – Взгляд Дениса становится бешеным. – Заставил запугать эту девочку. – Он указывает на меня. – Я не понимал, что творю, не знал, кто я!

Молли медленно подбирается к веслу. Александр Первый бежит к нам.

– Молли, еще один шаг, и я перережу ей горло, – угрожает Мэтт.

Александр хватает Молли за плечи и швыряет ее на палубу. Денис толкает его. Пол снова наклоняется, и мы начинаем скользить. Мэтт хватается за перила, прижимая меня к ним животом, и удерживает мои руки. Нож по-прежнему в его руке – в опасной близости от меня. В двадцати метрах под нами темнеет тихая гладь воды.

– Убей ее! – орет Александр.

Молли визжит, Денис теряет равновесие. Они вместе с Александром Первым соскальзывают, безуспешно цепляясь за гладкую палубу.

– Молли!

Нет, нет, нет! Я рвусь из рук Мэтта, пытаясь освободиться. Хватаюсь за перила и разворачиваюсь, чтобы видеть его.

– Останови заклинание! Корабль идет ко дну! Отпусти духов! Позволь им уйти!

– И кто виноват в этом? – злобно спрашивает он.

Люди кричат, соскальзывая с корабля в ледяную воду. Палуба наклоняется еще сильнее, и я держусь за парапет.

– Хватит мучить их!

– Ты этого хочешь, Саманта?

– Да! Да, именно этого!

Мой голос звучит упрямо и гневно.

– Хочешь, чтобы я умер?

Его слова застают меня врасплох.

– Нет. Я хочу, чтобы ты разорвал заклинание.

Он качает головой:

– Я не могу отпустить всех этих духов. Мои дед и прадед десятилетиями собирали их, как и мой отец, как и я.

Рука его крепче сжимает нож, а голос звучит решительно. Я осматриваю палубу у себя под ногами в надежде найти хоть что-то для защиты от Мэтта. Но вокруг только гладкий пол корабля. Чувствую, как сердце бешено гоняет кровь по замерзающему телу.

– Значит, ты готов позволить этим душам вновь оказаться в темной ледяной воде? Разве не видишь, в каком они ужасе? Они не знают, что мертвы, и думают, будто это все по-настоящему. Сколько ты продержишь их так, пока не восстановишь заклинание? Несколько месяцев? Лет? Вся ваша семья была так занята собственными эгоистичными желаниями, что отняла у этих духов право помнить и выбирать свой путь. Ты лишил их возможности уйти. Корабль этот создан не ради духов, а ради кучки эгоистичных маньяков!

Палуба сильно наклоняется. В любое мгновение корабль может пойти ко дну.

Взгляд Мэтта ожесточается. Я пытаюсь отодвинуться от него, но деваться некуда. Пол снова кренится. Мэтт соскальзывает к перилам, прижимая меня к ним спиной. Вода неуклонно приближается, тянется к нам. Я опускаю взгляд на паникующих людей, цепляющихся за любую возможность. На полу нет ничего, кроме веревки, к которой были привязаны спасательные шлюпки.

Я замерзшими пальцами цепляюсь за перила. Мэтт смотрит на меня, как зверь, готовый к прыжку. Мой взгляд мечется от веревки к плещущейся под нами воде. Мэтт заносит нож… я хватаю его за запястье, но он успевает вывернуть руку, и лезвие вспарывает мою кожу. Я кричу. По руке течет кровь.

Свет мерцает.

Я цепляюсь ногой за ноги Мэтта и всем весом наваливаюсь ему на грудь, заставляя потерять равновесие. От толчка мы оба падаем на пол, отпуская перила, и быстро скользим к краю палубы. Мне удается скатиться с груди Мэтта и оттолкнуться, но он цепляется за мое окровавленное запястье.

С носа корабля раздается металлический скрежет. Свет гаснет. Крики, повсюду крики. Огромная труба отрывается от корабля и с громким ударом падает в воду, давя своим весом оказавшихся под ней людей. Я тянусь к веревке, когда мы оказываемся рядом, хватаюсь за нее здоровой рукой. Мы резко останавливаемся, Мэтт висит на моей окровавленной руке.

– Сэм, – просит он, умоляюще глядя на меня.

Я в ответ сжимаю его запястье.

– Сними заклинание, Мэтт! Останови все это!

– Нет, – голос его становится слабее.

Пальцы Мэтта соскальзывают с моей окровавленной кожи. Рука сползает все ниже и ниже. Корабль встает вертикально. Мэтт падает.

– Саман… – кричит он, но не успевает произнести мое имя.

Мэтт отскакивает от стены и с размаху падает прямо на перила. Жуткий хруст костей, ломающихся о металл, заставляет меня стиснуть зубы.

Прижимаюсь лбом к веревке и лихорадочно хватаюсь за нее. Долгая погоня и потеря крови лишили меня сил. Руки медленно, но верно отпускают веревку. Боль пронзает застуженное тело. Корабль тонет быстрее, и вода неумолимо поднимается мне навстречу. Мэтт давно исчез в ее бурлящих недрах.

Черная вода вгрызается в мою ногу миллионом ледяных клыков. Хватаю ртом воздух и опускаюсь еще ниже, продолжая цепляться за спасительную веревку. Образовавшийся водоворот охватывает меня, уши закладывает. Все глубже, и глубже, и глубже уносит меня течение в ледяной подводный мир.