Призрачный омут - Адриана Мэзер

По классу разносится возбужденный говор. Лотереи и викторины. Стоит отдать нашей школе должное: знают, как использовать «кнут и пряник».

– Давайте познакомимся с категориями нашего шоу «Рискни!»^[7] и начнем с пассажиров, которых мы изучали на прошлой неделе. Называем имя человека, что мы знаем о нем и сумел ли он выжить.

Поднимается несколько рук. Уордуэлл указывает на Диллона, привычно щеголяющего в куртке команды по лакроссу. Кажется, он с ней сросся.

– Жозеф Ларош, – говорит Диллон. – Вырос на Гаити, работал инженером во Франции. Считается, что этот мужик был единственным темнокожим парнем на корабле. С ним были жена и две дочки. Они попали в спасательную шлюпку, а он – нет. Ушел на дно вместе с кораблем.

– Верно, – кивает Уордуэлл и указывает на девушку в первом ряду.

– Маргарет Браун. Единственная пассажирка первого класса, не принадлежащая к аристократам. Они с мужем разбогатели, открыв на своем участке золотую жилу. Маргарет была феминисткой и суфражисткой, активно занималась в благотворительностью. Она помогала пассажирам разместиться в спасательных шлюпках и даже гребла сама. Выжила.

– Молодец, отлично, – говорит мистер Уордуэлл и поворачивается к Ники.

– Генри Харпер, – заявляет та.

Невольно вскидываю голову. Харпер? Дядюшка Гарри? Да, точно, иногда имя Генри переиначивают как Гарри.

– Был совладельцем издательского дома «Братья Харпер»^[8] и одним из счастливчиков, выживших вместе с семьей. Полагаю, потому что добрались до спасательных шлюпок в числе первых, пока не началась паника. Как бы то ни было, катастрофу пережил Генри, его жена и даже их слуга-египтянин.

Кровь отливает от лица. Я настолько шокирована внезапным возвращением Элайджи, что совсем забыла про сон. То есть мужчина, которого на «Титанике» я считала своим дядей, на самом деле мой предок? Поднимаю руку.

– Совершенно верно, – восклицает мистер Уордуэлл. – Саманта?

– А как звали жену? Жену Генри Харпера.

Мой голос дрожит, так что несколько человек поворачиваются в мою сторону. Мистер Уордуэлл склоняет голову набок.

– Что ж, интересный вопрос. – Он берет со стола подшивку, листает страницы и останавливается на одной. – Генри Слипер Харпер и Майра Хэкстон Харпер.

У меня темнеет в глазах. Майра Х. Х. Мертвецы шлют мне подарки? Или тот, кто знает историю моей семьи лучше, чем я.

– Саманта! – с раздражением окликает меня мистер Уордуэлл. – Твоя очередь.

Но я смотрю на Ники:

– Почему ты выбрала именно Генри Харпера?

– Что? – Она поворачивается ко мне.

На нас пристально смотрит Джексон.

– Почему ты его выбрала? С чего это вдруг?

Ники глядит на меня как на сумасшедшую, открывает рот, собираясь ответить, но ее останавливает мистер Уордуэлл:

– Саманта, прошу, не отвлекайтесь и не мешайте другим. – Он абсолютно серьезен. – Имя.

Перевожу взгляд на учителя. Так, надо состроить невинную мордашку.

– Какое имя?

– Пассажира.

– Ну, э-э-э…

Мысли разбегаются. Я же учила, но сейчас, хоть убей, не могу думать ни о чем, кроме Майры и Генри. Готова поспорить на что угодно: это ее портрет висит в коридоре.

– Аммм…

Мистер Уордуэлл сердится:

– Саманта, никому в этом классе не нужно слабое звено. С такими знаниями из викторины вы вылетите первой. Так что рекомендую как следует подготовиться.