Жена моего мужа - Джейн Корри

– Спасибо, с радостью!

Не стоит благодарности. Руперт может ей очень пригодиться.

Когда Карла вернулась в дом к Эду и Лили, на столике в холле ее ждало письмо. Это была копия отчета об официальном расследовании пожара – хостел разослал их всем бывшим жильцам. Причиной пожара, говорилось в письме, скорее всего, стала непотушенная сигарета, однако установить конкретного виновника не представляется возможным из-за обширной площади возгорания и того факта, что многие постояльцы признались в курении в номерах.

Это хорошо. Теперь страховая компания оплатит Карле одежду и учебники. Девушка слегка завысила их стоимость – страховщики не разорятся.

В заключение говорилось, что хостел не будет работать впредь до особого уведомления. Жизнь несомненно налаживалась.

– Это просто мой друг, – уверяла Карла. – Парень с юридического, который с самого начала был ко мне добр.

Но едва они с Рупертом переступили порог, как Карла почувствовала враждебность Эда.

– Стало быть, вы и есть тот самый Руперт, о котором Карла столько говорила?

Карла вспыхнула, когда Эд подчеркнул слова «тот самый». А «столько говорила» – прозрачный намек на ее влюбленность. Что подумает Руперт? Карла засомневалась, правильно ли сделала, приведя его на ужин.

– Приятно слышать, сэр, – сказал Руперт, пожав руку Эда и бросив взгляд на Лили.

К счастью, Лили, которая в последнее время держалась отстраненно, заметила смущение Карлы и непринужденно перевела разговор на другую тему, однако весь ужин Эд был сам не свой. Его раздражало, когда речь заходила о жене («Нам несказанно повезло, что Лили снизошла до нашей компании: обычно она в это время на работе»), он отпускал колкости насчет Руперта и его колледжа («Туда пошел один из моих кузенов, которого не взяли в Итон»).

Карла видела – гость Эду не нравится. Бедняга Руперт и сам это заметил.

После ужина они спустились в цокольный этаж посмотреть картины. Эд, скрестив руки на груди, начал:

– Карла говорила, вы любите искусство?

– Так и есть, сэр. Эти работы прекрасны.

– Отстой. – Эд презрительно оглядел портреты старух и молодых женщин – цветочницы, табачницы, молодой мамаши в парке. – Ни одна не имела успеха. Единственное, что выстрелило, – портрет нашей красавицы Карлы.

Ай! Эд так стиснул ее плечо, что Карле стало больно. От него разило вином: за ужином он один прикончил целую бутылку. Лили тоже это заметила.

– Я ее снова пишу, она вам говорила? – Эд подошел к Руперту почти вплотную.

Карла едва сдерживала торжество, но при этом испытывала мучительную неловкость.

– Нет, сэр, не говорила.

– Стало быть, вы посвящены не во все, что происходит в прелестной головке нашей Карлы?

– Эд, довольно. – Лили поспешно подошла и взяла его под руку. – Пора ложиться спать.

– Чепуха. Небось молодому человеку хочется увидеть мою новую картину?

Руперт стоял такой же красный, как Карла.

– Только если это не доставит вам хлопот, сэр.

– Не доставит! А знаешь почему? Потому что я никогда не показываю незаконченных работ. Никогда! – Он развернулся и, стуча ногами, поднялся по ступенькам.

– Прошу прощения. – Лили покачала головой. – Эд устал, сейчас у него ответственный период. Он надеется на новый старт в карьере благодаря портрету Карлы. На этот раз Эд работает пастелью – совершенно новое для него направление.

– Понимаю. – Руперт уже овладел собой и вспомнил о манерах. – Артистический темперамент. Благодарю вас за прекрасный вечер.

Но вечер не был прекрасным, и все это понимали. Ночью Карла слушала через стену одну из самых громких ссор Эда и Лили.

– Почему ты был таким грубым? Будто ревновал мальчика к тому, что он по уши влюблен в Карлу!

– Ерунда, мне просто не нравится, когда какой-то щенок пялится на мои работы, отпуская снисходительные комментарии!

– Ничего подобного, он образец воспитанности!

– Я знаю, что он такое! Да и вообще, тебе-то какое дело? Тебя никогда не бывает дома!

– Может, Карле лучше съехать от нас? Разве в Лондоне мало хостелов? Почему ты предложил ей остаться? Изначально речь шла о том, что это на время.

– Ах, значит, теперь, когда ко мне вернулось вдохновение, ты хочешь вышвырнуть мою модель на улицу? Желаешь мне неудачи?!

По-лу-чи-лось, торжествовала Карла, крепко сжимая колени.

Однако утром супруги вели себя так, будто и не ссорились.

– Хочешь поехать с нами в Девон? – спросила Лили.

Карла покачала головой:

– Я бы лучше осталась, если вы не против.

– Правда? – разочарованно спросил Эд. – Том огорчится, не увидев тебя. Может, он об этом не скажет, но я-то пойму. «Мне тоже будет грустно», – говорили его глаза.

Отлично.

– К сожалению, мне необходимо поработать над домашним заданием.

– Конечно, конечно, – в голосе Эда послышалась обида. – Мне бы очень хотелось, чтобы ты еще мне попозировала, когда я вернусь.

Карла залилась краской.

– Обязательно.