Смерть длиною в двадцать лет - Ариэль С. Уинтер

– У вас зарезервирован столик, сэр?

– Я здесь не ради обеда.

В глазах его блеснула искорка понимания.

– А, тогда вы, значит, из полиции?

– Частный детектив. Вы давно здесь работаете?

– Всего полгода, сэр. А раньше работал в «Хэвиленд» на Седьмой. Могу я спросить, что вас интересует?

– Вы знаете Мэнди Эрхардт?

– А что, разве должен?

– Послушайте, оставьте это обращение «сэр» и перестаньте отвечать на мои вопросы вопросами. Она работала здесь.

Он сделал вид, что задумался, потом сказал:

– Нет, что-то не припоминаю никого с таким именем. А теперь скажите мне, зачем все эти расспросы, иначе я буду вынужден попросить вас уйти. Это все-таки частное заведение.

– Да, частное, где все могут видеть всех, – сказал я и протянул ему свою визитку. – Я хочу видеть Гилплэйна.

Поджав губы, метрдотель взял мою карточку за края.

– Мистера Гилплэйна нет здесь в данный момент.

Я ожидал, что Гилплэйна здесь не будет, но вдруг понял, что фраза «его нет здесь в данный момент» означала, что его нет «для меня». Тогда я сказал:

– А вы покажите ему мою визитку, и пусть уж он сам решит, здесь он или нет.

Он явно колебался, по-видимому, решая, будет ли ему что-нибудь, если он просто выставит меня отсюда.

– И передайте ему, чтобы вернул мне эту карточку. У него уже есть моя визитка, они все-таки стоят денег.

– Хорошо, сэр, – сказал он.

Повернувшись, метрдотель пересек зал, прошел мимо ряда кабинок и скрылся за дверью с табличкой «Посторонним вход воспрещен». Я ждал, наблюдая, как снуют с кухни и обратно официанты с подносами. Среди общего гула голосов в зале невозможно было разобрать слова и фразы. Фонтанчик-купидон журчал струей.

Минуты через две метрдотель вернулся и с гордым, довольным видом занял свое место за стойкой.

– Мистер Гилплэйн ждет вас в своем кабинете. Пройдите вон в ту дверь рядом с кухней, и вы найдете его кабинет в конце коридора.

– Ой, как хорошо, что мистер Гилплэйн так вовремя появился. Мне просто повезло, – съязвил я.

Не привлекая к себе ничьего внимания, я прошел через указанную дверь в коридор, где по левую сторону находились две двери и впереди в торце еще одна. Эта дверь была открыта. Гилплэйн сидел за столом – точно таким же, как в его кабинете в клубе «Морковка» – но столы-близнецы были единственным, что роднило эти помещения. В этом кабинете все было аккуратно, никаких коробок на полу, и никакого лишнего хлама на столе – только бронзовая сувенирная пепельница из Тихуаны, два черных телефонных аппарата и маленькие настольные часики, развернутые циферблатом к хозяину. В углу стоял еще один стол – поменьше размером и металлический, с пишущей машинкой и двумя аккуратными стопками писчей бумаги на нем. На стенах красовались фотографии Гилплэйна в рамочках, на которых он был запечатлен с кинозвездами. На каждом фото имелись автографы знаменитостей. И еще тут стоял, прислонившись к одной из стен, уже знакомый амбал, улыбавшийся мне как старому другу.

Войдя, я закрыл за собой дверь.

– У вас есть одна минута, чтобы сообщить мне что-то интересное, – сказал Гилплэйн.

– Интересное для кого?

Вместо ответа он развернул настольные часики так, чтобы нам обоим была видна бегущая по кругу тоненькая красная секундная стрелка.

– Я разыскиваю Грега Тэйлора, – сказал я, но реакции на мои слова не последовало. – Мне сказали, он иногда бывает здесь… И я подумал, может быть, вы или кто-то из вашего персонала…

– Я не намерен допускать, чтобы какой-то частный детективишко докучал мне и моему персоналу.

– По-вашему, это называется «докучать»?

– Ваша минута на исходе, Фостер.

– Парню лет двадцать пять, светлые волосы, смазливый. Обыкновенный красавчик, который иногда слетает с тормозов. Любит тусоваться в компании киношников.

Гилплэйн откинулся на спинку стула.

– Какую бы игру вы ни затеяли, вам лучше прекратить ее.

– Это вовсе не игра, я вообще-то называю это работой.

– И какое же отношение это имеет к Хлое Роуз?

– А я не говорил, что это имеет отношение к Хлое Роуз.

– Значит, вы пришли не для того, чтобы расспрашивать меня о смерти Мэнди Эрхардт?

– Я больше не занимаюсь делом Роуз, а Мэнди Эрхардт это вообще нечто другое.

– А, то есть вы просто нашли тело.

На это я ничего не ответил – ведь я же не спрашивал у него, откуда он это узнал. Такие люди, как Гилплэйн, имели много возможностей для получения информации. Дружба с полицейскими, домашние чаепития с ними.

– Эдвардс сказал, вы расспрашивали его о Мэнди, – пояснил он.

– Да, а еще он сказал, что вас здесь нет сейчас. Так что я не верил бы ему на слово. Вы лучше мне верьте.

Он развернул часы обратно циферблатом к себе.

– Ваше время истекло, друг мой.

– Я бы хотел спросить у вашего бармена, был ли Тэйлор здесь вчера вечером или нет.

– Полиция уже отняла у него час рабочего времени. Это то же самое, что отнять час времени у меня.

– Вот как? Здесь была полиция? Вы что же, забыли внести своевременно плату, или их крышевание не распространяется на убийства, совершенные на территории Харбор-Сити?

Он прищелкнул пальцами и сказал:

– Митч!

Амбал оторвался от стены и шагнул ко мне.

Я предусмотрительно отступил назад.

– Хорошо, хорошо, ухожу!

Гилплэйн наблюдал, как я пятился к выходу, уже взявшись рукой за дверную ручку. Выражением лица он сейчас напоминал тигра в зоопарке, испытывающего тоскливое разочарование оттого, что клетка не позволяет ему разорвать вас на мелкие кусочки.

Стоило чуть глубже копнуть с вопросами, и он не дал мне ничего, поэтому возвращаться к тому, с чего я начал, уже стоя одной ногой на пороге, не имело смысла. И я, просто на всякий случай, сказал:

– Просто так, из любопытства – что вы можете сказать мне по поводу Дженис Стоунмэн?

Он прищурился и выставил вперед нижнюю челюсть. То есть моя уловка сработала – я ведь тоже, знаете ли, люблю подкидывать арахисовые орешки в клетку этим тиграм.

– По поводу кого? – спросил он.

– Я подумал, может быть, она тоже работала у вас, как и Мэнди. Я еще пока не расспрашивал у вашего персонала, но если она работала здесь, то люди, я уверен, охотно…

На лице его было теперь задумчивое выражение.

– Как вы сказали? Дженис? – Он подарил мне очаровательную улыбку. – Да, у нас тут работала одна Дженис некоторое время назад. Но я не видел ее уже несколько месяцев, по меньшей мере с декабря. Ей срочно пришлось уехать домой к семье куда-то в Канзас или Оклахому… или куда-то там еще, откуда обычно приезжают все эти девушки. Мы остались ей должны. Хотели как-то передать ей эти деньги, но безуспешно. А это имеет какое-то отношение к вашим поискам Тэйлора? Я бы вообще-то обрадовался возможности передать Дженис ее деньги.