Девушка в темной реке - Лорет Энн Уайт

Дрожа всем телом, Бадж кинулся к двери и рванул ее на себя. Такер тут же принялся прыгать на хозяина, бурно радуясь его возвращению. Харгривс вошел в дом, и тяжелая дверь с грохотом захлопнулась.

Энджи смотрела ему вслед с бьющимся сердцем и пылающими щеками.

– Ну, вы закончили или нет?

Энджи обернулась. Клэр стояла в грязи, упираясь руками в бока, и с гневной миной мерила ее взглядом. Крошечные снежинки усыпали темные косы, сбегавшие по плечам.

– Я его еще про «Додж» не спросила, – ответила Энджи, спускаясь на две ступеньки. – Клэр, с вами все в порядке?

Девушка отвернулась и направилась к лесу в угрюмом молчании. Энджи пришлось ускорить шаг, чтобы не отставать. Углубляясь в чащу, Клэр сердито отводила ветки руками, не заботясь о том, что они хлещут по лицу идущей сзади Энджи.

В таком воинственном настроении Клэр прошагала несколько километров. По навигатору, одолженному у девушки, Энджи видела, что они почти дошли до дома Акселя Толлета.

Вдруг Клэр остановилась посреди дороги и круто развернулась:

– Вы и дяде Акселю собираетесь голову морочить? К чему вы завели с Баджем этот разговор? Поиздеваться решили, что ли? Он же еле пережил свою потерю, до конца так и не оправился! Чего его теперь-то пытать? Или вы думаете, это он утопил свою жену? А каким это боком к вашему расследованию?

– Простите меня, Клэр, – тихо сказала Энджи.

Ей и в самом деле было неловко. Она почти дожала Баджа, который едва не проговорился, что с Жасмин переспал отец Клэр. Если это выйдет наружу, Клэр будет очень задета.

– В мои намерения не входит задевать чьи-то чувства, Клэр, но есть вероятность, что смерть Жасмин Гулати произошла не так, как все привыкли думать.

Ответом ей стал ошеломленный взгляд. В лесу шумел ветер, неся вместе с морозным дыханием зимы металлический запах снега.

– То есть вы считаете, что это… не был несчастный случай?

– Пока у меня есть лишь явные расхождения в показаниях свидетелей, взаимоисключающие версии разных участников событий. Я задаю вопросы, чтобы пролить свет на эту трагедию. – Она помолчала. – Клэр, вы видели ее останки. Вы видели кости Жасмин Гулати в земле подо мхом. На момент гибели ей было двадцать пять лет – почти ваша ровесница. Она четверть века пролежала в грязи в паре сотен метров от реки, куда ее, по существующей версии, вынесло сильным паводком, а ведь ее так долго искали, Клэр. Мать и отец очень старались ее найти, эта трагедия едва не разрушила их брак…

– Но если это не случайность, – медленно проговорила Клэр, – значит, кто-то из моих знакомых ее… Вы ведь на это намекаете? И вы решили, что Бадж сначала утопил жену, потом туристку?

– Я просто хочу выслушать каждого.

– Врете. Из-за своих бредовых подозрений вы не щадите ничьих чувств, чтобы ублажить старуху, которая в итоге узнает только одно: смерть ее внучки все-таки была несчастным случаем! А как же те, чьи раны вы разбередите? Что будет с ними, когда вы уедете из города, оставляя за собой сломанные судьбы? Кто будет подбирать и складывать эти осколки? – Клэр показала назад. – Вы же не беседуете, а просто дело шьете!

– Клэр, – перебила Энджи, стараясь говорить спокойно. – Мне кажется, вы чересчур горячитесь. Бадж сильно подшофе. Он алкоголик со стажем – по его собственному признанию, он пил еще до переезда в Порт-Феррис. Завтра утром, проспавшись, он и не вспомнит о нашем появлении…

– Я не поведу вас к Акселю, – отрубила Клэр, – если вы и в него вцепитесь, как в Баджа. Он же… Дядя Акс немного тугодум. Не потому, что он дурак, просто в свое время система образования еще не разработала подхода к таким, как он. Его признали необучаемым, он даже не окончил школу и вырос… очень ранимым. Я не позволю вам над ним издеваться!

– Я понимаю причину вашего волнения. Я знаю, что случилось с Акселем, когда он был ребенком, – мягко сказала Энджи. – Я не могу обещать полностью обходить эту тему в разговоре, потому что это может оказаться связанным с моим расследованием самым неожиданным образом, но я больше шести лет проработала в отделе расследований сексуальных преступлений и знаю, как выжившие себя…

– Вы о чем? – опешила Клэр. – Что случилось с Акселем, когда он был ребенком? При чем тут отдел расследований сексуальных преступлений?

Энджи мысленно чертыхнулась: девушка не знала об изнасиловании. Да и откуда ей знать, в самом деле, даже если половина Порт-Ферриса в курсе…

– Энджи, – буквально зарычала Клэр, двинувшись на Паллорино. – Сейчас же говорите! Что случилось с Акселем? Чего это вы «не можете обещать обходить в разговоре»?

Энджи глубоко вздохнула, соображая, как ответить.

– Ну, мне известно, что Акселя Толлета в детстве травили в школе.

– Не пудрите мне мозги! При чем тут тогда ваш опыт в расследовании сексуальных преступлений? Говорите, иначе не поведу. Без меня Аксель с вами и двух слов не скажет, это я вам гарантирую.

Энджи колебалась. Она многим обязана Клэр, и раз ее угораздило зайти не с той карты, придется открываться. Но только с умом – и как можно тактичнее.

– Слушайте, Клэр… Не существует способа золотить подобные пилюли, и не мое дело вам об этом рассказывать, но вы, наверное, рано или поздно сами узнаете, потому что в Порт-Феррисе это, в принципе, не тайна… – Энджи откашлялась. – Когда вашему дяде Акселю было тринадцать лет, его изнасиловала группа старшеклассников из его школы.