Девушка в темной реке - Лорет Энн Уайт

Среда, 21 ноября

Кипя от ярости, Энджи сжимала руль новой полноприводной «Субару», взятой в прокате в центре города, если последнее определение применимо к Порт-Феррису.

Изуродованный «Мини-Купер» остался на парковке мотеля – Энджи заказала в сервисной компании эвакуацию машины после того, как полиция зафиксирует повреждения. Сейчас она ехала в местное отделение с твердым намерением переговорить с констеблем Дарнеллом Джейкоби.

Пока она в автопрокате дожидалась дилера, позвонили из «Прибрежных расследований»: Уоллес Кармана действительно оказался судимым и отбыл реальный срок за нападение с отягчающими обстоятельствами семнадцать лет назад. Энджи узнала, что нападение было спровоцировано случаем «дорожного хамства»: жительница индейской резервации подрезала Уоллеса на шоссе возле Порт-Ферриса. Он засигналил и подъехал на своем пикапе вплотную к ее заднему бамперу, но индианка показала ему средний палец и нарочно замедлила скорость, что привело Уоллеса в ярость. Он увязался за машиной, доехал за женщиной к гаражу и избил ее бейсбольной битой, которую возил с собой, после чего раскурочил седан, перебив стекла и фары.

Это автоматически ставило больного на всю голову Уоллеса Кармана на первое место в списке подозреваемых в вандализме и письменной, пусть и безграмотной, угрозе. Сомнений не осталось – Кармана способен напасть на женщину, а Жасмин довела его до бешенства, как та злосчастная индианка за рулем.

Больше того, у Джима «Баджа» Харгривса тоже имелась судимость – пьяное вождение и самовольное оставление места аварии. Правда, второе обвинение было впоследствии снято Хэнком Джейкоби, папашей Дарнелла, который вел расследование. Это произошло двадцать пять лет назад – приблизительно за год до того, как Бадж, надиравшийся в пабе в компании патрульного Дарнелла, попал в объектив камеры Рейчел Харт.

Хэнк Джейкоби – это тот самый коп, который закрыл дело Портера Бейтса.

Энджи покоробил такой неприкрытый фаворитизм.

Порыв ветра бросил опавшие листья, обломки веточек и чешуйки коры в лобовое стекло «Субару», когда Паллорино остановилась в парковочном «кармане» у крохотного отделения полиции. Канадский флаг щелкал на ветру рядом с флагом провинции. Половину здания занимала пожарная часть.

Энджи вошла в приемную.

За экраном из пуленепробиваемого стекла никого не было. Энджи постучала ладонью по звонку. Вскоре вышел полицейский в форме, с желтыми лампасами на брюках и в бронежилете поверх светло-серой рубашки.

– Могу я поговорить с констеблем Джейкоби? – попросила Энджи, когда полицейский осведомился, что ей нужно.

– Я капрал Лафарж. Констебль Джейкоби занят. Могу я вам чем-то помочь?

– Мне нужен Джейкоби. Скажите ему, что приехала Энджи Паллорино поговорить по поводу человеческих останков, найденных на Наамиш, и связанного с ними эпизода вандализма.

Молодой человек изменился в лице, кивнул и скрылся в коридоре.

Через несколько секунд за стеклом показался Джейкоби и открыл боковую дверь.

– Миз Паллорино, я слышал, вы в нашем городе в качестве частного детектива?

– Осмос, как и было сказано…

– Что, простите?

– Я говорю, вчера вечером мне разбили машину и оставили внутри записку с угрозами. Я хочу написать в связи с этим заявление и попрошу указать, что мне вербально угрожал Уоллес Кармана. Вчера днем, на территории своего предприятия.

Джейкоби вздохнул.

– Пройдите сюда.

Слушая Энджи, он заполнял необходимые бумаги. Наконец от отложил ручку.

– Я отправлю кого-нибудь взглянуть на вашу машину. Какое неприятное событие… когда приезжают бесцеремонно ворошить прошлое, – закончил он, подчеркнуто глядя в глаза собеседнице.