Сновидение - Франк Тилье

Остаток пути прошел в тягостном молчании, сообщение о нашедшемся Викторе и жуткие гипотезы вокруг аварии к разговорам не располагали. Ив унес с собой все ключи, которые могли бы открыть сейф его разума, и как ни пыталась Абигэль его взломать, все ее инструменты натыкались на несокрушимую сталь. Всю свою жизнь ее отец соблюдал культ тайны.

Через три четверти часа они встретились с Патриком Лемуаном в отделении педиатрической скорой помощи больницы Дюнкерка, расположенной примерно в семидесяти километрах от Лилля. Капитан жандармерии расхаживал перед кофейным автоматом, прижав к уху мобильный телефон. Он дал отбой, пожал руку Фредерику и расцеловал Абигэль в щеки.

– Как Виктор? – спросила она.

Они вышли из здания, чтобы поговорить спокойно. Абигэль снова оказалась втянута в круговерть расследования. Виктор был членом семьи «Чудо-51». Его фотографиями много месяцев были оклеены стены ее кабинета. Он был с ней ночами, и ему до сих пор случалось водить хоровод с другими детьми в ее кошмарах.

– Скоро узнаем больше, его забрали на обследование, – объяснил Лемуан. – Я сообщил его матери, она приедет из Амбуаза через несколько часов. По телефону она закатила настоящую истерику.

Он взглянул на машину с надписью «Вуа дю Нор», пытавшуюся припарковаться поодаль.

– Журналисты уже в курсе. Будет трудно долго придерживать информацию. Нам не стоило покидать здание больницы. Вернемся.

Они скрылись в больничном коридоре.

– Виктор был в сознании всю дорогу, но нес какой-то бред, – продолжал капитан жандармерии. – По словам врачей «скорой», он ударился в панику, стоило им закрыть двери машины. Пришлось ввести ему успокоительное.

Фредерик посторонился, пропуская двух оживленно беседующих врачей.

– Где его нашли? Здесь, в Дюнкерке?

– Неподалеку. Было несколько звонков с сообщениями, что мальчишка в пижаме и кроссовках бродит по шоссе Д601 в 6:10 утра. Туда отправили десяток человек, и его быстро нашли по указаниям прохожих; он прятался в саду. Он, конечно, исхудал, но это тот самый Виктор.

– Д601? – повторила Абигэль. – Департаментское шоссе между Гравелином и Гранд-Синтом?

– Да, то самое. Откуда ты знаешь?

– Я жила в тех краях до двадцати лет. Точнее, в Лон-Пляж. И я не так давно ездила туда повидаться с нотариусом и уладить бумажные дела после смерти отца.

Патрика Лемуана эта новость изумила.

– И правда, я как-то не связал одно с другим. Была ведь статья в газете о тебе, где рассказывали и о твоих корнях, год или два назад?

– Да-да. «Вуа дю Нор» посвятил мне целую полосу за несколько месяцев до дела Фредди. Я тогда не работала ни над каким делом, и они выдвинули на первый план мою деятельность криминального аналитика. Я упомянула Лон-Пляж, места, где я выросла. Мы даже ездили туда с журналистом и фотографом. Они снимали меня на дамбе.

Абигэль принялась расхаживать взад-вперед, сложив руки на переносице. После ее откровений у двух жандармов возникли вопросы.

– Черт, нехорошо это, – обронил Лемуан. – Фредди наверняка следит за тобой благодаря прессе, значит он читал и эту статью. Поэтому думается мне, мальчишка не сам убежал, это Фредди привез его в эти края…

– …чтобы в очередной раз подразнить нас, – закончил за него Фредерик.

– Похоже на то. Он продолжает свою игру. Показывает нам, что у него все козыри на руках, да еще и издевается.

Абигэль пыталась понять поступок Фредди. Вправду ли он продолжает свою страшную игру, выбрав мишенью именно ее, потому что она им интересуется? Он пытается привлечь к ней внимание? Хочет, чтобы она вернулась к расследованию? Если да, значит он в курсе ее ухода из команды «Чудо-51» после гибели родных. Так или иначе, он за ней наблюдает. Подумала она и о трупе в багажнике, об извлеченной Фредди пуле, о разбитом лице. Убийца, возможно, был рядом, в среде полиции или правосудия.

Патрик Лемуан протяжно вздохнул и положил конец своим размышлениям:

– Даже если он снова нас поимел, мальчишка жив, а это самое главное. Мы ничего не упустим. Наши люди прочешут окрестности, подкрепление уже едет. Приложим все силы, чтобы выяснить, откуда взялся Виктор. Ты была права, Абигэль. Дети живы.