Трюкач - Брэд Мельтцер

* * *

Вашингтон, округ Колумбия

Нола мерзла. Еще ее мучил голод – кроме овсяных батончиков, обертки от которых валялись на соседнем сиденье, у нее ничего не было во рту целый день. Сколько батончики ни ешь, настоящую пищу они не заменят.

Нола сидела в машине уже четыре часа. Прижав блокнот к рулю, она зеленым карандашом делала новый эскиз – фасад здания наискосок через улицу. Ей нравился зеленый цвет посреди зимы. Зеленый всему придает безмятежный вид. Согласно записям в телефоне Маркуса, он звонил на этот адрес с сотового. Фасад фирмы «Пауэлл Рок Инкорпорейтед» был зажат между пунктом обналичивания чеков и магазином спиртного.

Страховая компания. На витрине красовался логотип из восьмидесятых годов девятнадцатого века – Гибралтарская скала, составленная из косых строк «Бенджамин Р. Пауэлл – ваш надежный оплот». Вид фасада расходился с девизом. Облезлая вывеска и потрепанный тент в синюю полоску наводили на мысль, что золотые времена закончились десятки лет назад.

Продолжая рисовать, Нола замечала новые подробности – сеть зигзагообразных трещин на деревянной обшивке фасада. Под лаком все сгнило. Ржавые потеки под водосточными желобами. Явно дырявые. Легкий провал линии крыши, из-за которого правый край вывески казался выше левого. Определенно просел фундамент.

Деталей было множество, среди них бросалась в глаза главная – полное отсутствие людей.

За несколько часов в контору никто не заходил и никто из нее не выходил. Для большинства страховых компаний такое не редкость. Случайные прохожие в них обычно не заглядывают. Однако в этой не появлялись не только посетители, но и сотрудники или курьеры – вообще никто. Даже после обеда, когда на улицу высыпали местные жители, страховая компания Пауэлла не подавала признаков жизни.

Других способов разузнать что и как не оставалось.

Поправив купленную на заправке сетчатую бейсбольную кепку, Нола схватила новый одноразовый мобильник и принялась набирать номер. Она не успела закончить, как вдруг…

У кафе с другой стороны улицы возникло какое-то движение. Толстяк с бородкой подтягивал к себе на поводке лохматую собаку – бишона, нет… гавайскую болонку. Прохожий – средних лет, дорогие туфли, перчатки тоже дорогие. Любит покрасоваться.

Наклонившись вперед, он разговаривал с женщиной. Возраст – под сорок, не накрашена, без обручального кольца.

Собака, почти щенок, жалобно скуля, тянула поводок в сторону ближайшего дерева. Ей сильно приспичило.

Толстяк опять дернул поводок. И еще раз. Женщина целиком занимала его внимание.

Песик умолял, скулил, плакал как от боли. Дерг!

Нолу подмывало выйти из машины и сказать мужику пару ласковых. Нельзя. «Не отвлекайся», – мысленно приказала она себе и ввела на телефоне последние цифры номера. Как вдруг…

Толстяк еще раз жестоко дернул поводок, поймав собаку в прыжке. Лохматый песик упал на спину и, посучив лапками, снова встал.

Нола захлопнула крышку телефона, отбросила в сторону блокнот и пинком ноги распахнула дверцу. «Дура, – мысленно выругала она себя, но, услышав жалобный визг, тут же подумала: – Да и хрен с ним». Девушка направилась прямо к обидчику собаки. Щенок испуганно следил за ее приближением.

Нола подошла к толстяку. Нижние зубы торчат с наклоном в разные стороны, что твои пизанские башни. В юности эти зубы не видели скобок. Значит, покупку туфель и перчаток пришлось чем-то отрабатывать.

– Вы хотите мне что-то сказать? – строго спросил толстяк, надеясь, что Нола стушуется.

Девушка встала прямо перед ним.

– Ваша собака пытается вам кое-что сказать.

– Ты меня за идиота считаешь?

– Мейсон, не заводись, – попросила женщина.

Толстяк, очевидно, был вспыльчив.

Нола повернулась к Мейсону, придвинувшись вплотную и оттеснив женщину локтем.

– У меня бзик насчет животных, – сказала Нола.

Она вперила в толстяка бешеный взгляд черных глаз с танцующими золотыми искрами, позволяя ему как следует заглянуть в бездну, на краю которой тот балансировал.

В кармане Нола все еще сжимала зеленый карандаш. Она прикинула, в какое из четырнадцати уязвимых мест – шесть из них смертельных – его воткнуть.

Рассматривая незнакомца в упор, она отметила линию косметической пересадки волос на лбу, края контактных линз на расширенных зрачках и даже нитку, торчащую из воротника дорогого шерстяного пальто.

Люди в кафе начали обращать на происходящее внимание, среди них – женщина индейских кровей с длинным хвостом на затылке, в одежде свободного покроя, сидевшая с газетой за чашкой кофе-латте.

Собачонка продолжала ныть.

– Иди на горшок, Удалец. На горшок, – велел толстяк, позволяя собаке подтащить себя к дереву, где Удалец быстро справил нужду.

– Довольна?

Нола вместо ответа перехватила взгляд его спутницы.

– О мужчине хорошо судить по тому, как он относится к своей собаке.

Вернувшись в машину, она еще раз быстро набрала номер страховой компании.

Пора получить ответы на кое-какие вопросы.