Плачущий лес - Альбина Нури

Пока лес плачет, зло не просочится в мир. Пока текут кровавые слезы, проход в мир живущих закрыт.

…Все закончилось так же внезапно, как началось. Кристина, снова в человеческом обличье, стояла посреди Плачущего леса, а под ногами у нее лежала твердая почва. Это была она – и вместе с тем в ней многое изменилось. Теперь она знала, зачем пришла в этот мир. Знала, что она – Страж.

Предстояло изведать еще многое, но времени на это будет достаточно. Ее новая семья – другие Стражи, живущие в Полье Купине, – помогут и просветят. Плачущий лес больше не пугал Кристину: она не заблудится тут, не потеряется. Внутри ее теперь будто был компас, и стрелка всегда указывала нужное направление.

Она пошла туда, где оставила Игоря.

Игорь…

Свет и радость, будущий муж, возлюбленный жених. Любовь к нему не покинула Кристину, наоборот, она лишь окрепла в ее сердце.

Теперь Игорь свободен от Фетиро. Он исцелен и может уйти, она сама выведет его, но как найти в себе силы отпустить, не последовать за ним, не вернуться к прежней жизни?

Кристина думала о нем, и чем дальше, тем яснее понимала, что решение остаться среди Стражей может оказаться ей не по силам. Искушение стать такой, как раньше, забыть обо всем, было слишком велико. Найдутся и другие Призванные – всегда находились. А они с Игорем смогут уйти, создать семью, родить детей, быть счастливыми.

«Ты боишься остаться одна!» – сказал Зоран Тасич и был прав. Потерять Игоря, лишиться его любви равносильно смерти души.

Как пережить то, что у него будет другая жизнь – без нее? Как смириться с одиночеством?

Сердце заныло-застонало. Вот оно, последнее испытание – испытание отречением! Ее мать, Сара, все, кто жил в Полье Купине, прошли его. Им тоже было тяжело, но они справились. Справится ли Кристина?

Игорь был там, где она его оставила, только уже не сидел, а стоял в тени большого дерева и напряженно смотрел в ее сторону, будто знал, что она скоро появится. Что-то новое было в его лице и позе, но она, отметив про себя, не задумалась об этом.

Кристина бросилась к Игорю, и он подался ей навстречу. Обнявшись, они долго стояли, не произнося ни слова.

– Кажется, я должен сказать тебе кое-что.

Кристина обняла его еще крепче.

– Если речь о том, что случилось в Полье Купине, то ты ни в чем…

– Нет, – перебил он. – Речь о другом. Я сидел возле дерева. И мне показали нечто поразительное…

Догадка сверкнула вспышкой фейерверка.

– Ты Страж Плачущего леса! – договорила она. – Господи! Я хотела сказать тебе то же самое, но не была уверена, смогу ли выполнить то, что должна!

Игорь неуверенно улыбнулся, глядя куда-то поверх нее.

– Мария, моя мать, написала два портрета. Смерть Анастасии, вмешательство Фетиро – наверное, все было предопределено… Мы оба были призваны, вместе! Может, потому, что одна я не смогла бы. – Она задумалась на секунду. – Хотя, наверное, слишком самонадеянно думать так.

– Ты сказала «два портрета?» – переспросил Игорь.

– Мне так много нужно тебе рассказать!

Кристина снова приникла к нему: какое же счастье обрести его снова, да к тому же знать, что им не нужно разлучаться!

«А как насчет части себя, отданной в знак отречения?»

Она ахнула, отступив от Игоря.

– В чем дело, Крис?

– Все в Полье Купине имеют увечье! Ты знаешь, когда Стражи жертвуют часть себя? Во время принесения Обета?

Игорь качнул головой, по-прежнему глядя мимо нее.

– Видимо, есть то, о чем просветили меня, но не знаешь ты. Обет Служения бескровный. Это принятый в давние времена ритуал, вроде Крещения в церкви. Что касается жертвы, то тебе не о чем волноваться. Ты и без того столько перетерпела, выдержала настоящую битву, одолела Фетиро…

– Все проходят испытания! – воскликнула Кристина.

– Мне позволено было принести двойную жертву, за нас двоих.

– О чем ты… – Начала было она, глядя на Игоря, но недоговорила, уже догадавшись.

– Я видел мир глазами Фетиро, я испытал ярость и безумие убийцы, я стал им – пусть и невольно, убил Стража. Моя жертва справедлива. Ты помогла мне вернуть мою душу, почему я не могу помочь тебе?

– Нет, – проговорила Кристина, подняла руки и прикоснулась к его векам. – Боже, не может быть! Ты ослеп – полностью, на оба глаза!

– Мое сердце по-прежнему зряче. Я вижу тебя так же ясно, как и прежде. – Он поцеловал ее. – Ты прекрасна. Ты единственная женщина, которую я когда-либо любил и буду любить. И я готов смотреть на мир твоими глазами.

Не сдержавшись, она заплакала.

– Это так жестоко!

– Мне не было больно, и никому не бывает, насколько я понимаю. Тело тленно, и то, что часть его забирают, не так страшно, как болезни и скорби, которые испытывают люди во внешнем мире.

– И все равно – зачем это нужно? Что за дикость?

– Служение началось не вчера, Кристина, а в начале времен, когда на Земле жили древнейшие цивилизации. Тогда были приняты иные обычаи, и нравы царили другие, более определенные, ясные, без экивоков и уверток – и оттого более жестокие.

Кристина не стала возражать. В его тоне звучали убежденность и вера, и она подумала, что Игорю открылась та сторона тайных знаний, которая пока скрыта от нее. Как сказала Сара, у каждого свой путь к Служению, свои испытания. И истину все тоже постигают по-своему.

– Пойдем, дорогой, – проговорила она. – Нужно уходить отсюда. Мы сделали все, что должны были. Все, зачем приходили.

Рука об руку, словно новобрачные из церкви, Игорь и Кристина вышли из Плачущего леса. Тьма, которая окутывала его, теперь рассеялась. Вокруг снова было светло, и верхушки исполинских деревьев упирались в бирюзовое небо.

У края низины стояли в ожидании их Сара и другие Стражи.