Тот, кто виновен - Себастьян Фитцек

ФРИДА

– Вы говорите, речь идет о похищении ребенка?

– Да, именно. Отца зовут Макс, точнее, Максимилиан Роде, дочь – Йола. Она патронажный ребенок, поэтому я не знаю, какая у нее фамилия, но, если введете в своей системе приемного отца, у вас наверняка сработает сигнал тревоги.

– Хм.

Дама из службы спасения – с нейтральным голосом, как в автомобильном навигаторе – действительно что-то печатала на компьютере, потом сказала:

– И у вас есть информация по этому случаю?

– Я только что разговаривала с дочерью. Она жива, но серьезно ранена. Есть один погибший.

Фрида закатила глаза. Все это она уже объясняла этой кулеме. Вообще-то хотелось бы рассчитывать на то, что люди, отвечающие по телефону 110, соображают быстрее.

– А вы сейчас находитесь…

– Перед «Макдоналдсом» на Скалицерштрассе, да.

Она посмотрела через дорогу на парковку перед храмом фаст-фуда, где припарковала свою машину рядом с мусорным баком.

– Мне приехать к вам?

– Нет, нет. – Женщина на другом конце снова принялась печатать. – Я направлю к вам патрульную машину. Пожалуйста, до ее приезда оставайтесь рядом с вашим автомобилем и ни к чему там не прикасайтесь. Сейчас это место преступления.

Фрида подумала о ручной гранате на заднем сиденье, вообще-то ее устраивало, что не нужно будет ехать с этой штукой до ближайшего участка. Что, если это все-таки не муляж? Она не особо доверяла словам этого придурочного Космо.

– Сколько времени это займет? – спросила она.

– Пять минут, самое большее десять.

Фрида поблагодарила и повесила потертую пластиковую трубку таксофона на вилку. Сомневаясь в правильности только что совершенного поступка, она ждала подходящего момента, чтобы перейти через дорогу.

Макс постоянно говорил, что ему нельзя вовлекать полицию, но распространяется ли этот запрет и на нее тоже? Да и какая у нее сейчас есть альтернатива, когда связь с отцом Йолы резко прервалась посередине разговора, а ее собственный сотовый твердил «вызываемый абонент временно недоступен». К тому же у нее на карте больше нет двадцати центов (рекламный подарок ее курьерской фирмы), так что было логично набрать бесплатный номер ПО. Или как? Йола тоже больше не связывалась с ней через наушник.

Черт, наушник! Лучше вернуться к машине, где она его оставила.

Выехавший с парковки «опель» помешал Фриде пересечь шоссе даже до разделительной полосы. Вторым шансом она не воспользовалась, потому что за спиной у нее раздался сигнал электронного гудка. Ступив уже одной ногой на проезжую часть, Фрида замерла, обернулась и посмотрела на серый карточный таксофон.

Он звонил. Громко и настойчиво.

Фрида опасливо огляделась, но, кроме нее, рядом не было ни одного пешехода, никого, кто мог ожидать звонка.

Наверное, обратный звонок из полиции, у них какой-нибудь вопрос, – подумала она. Вполне возможно. Та дамочка не очень хорошо соображала.

С этой мыслью Фрида подошла к аппарату и подняла трубку.

– Ну что еще?

Измененный голос на другом конце, словно бритвой, резанул по барабанным перепонкам.

– Слушайте меня внимательно, Фрида. У вас осталось всего шестьдесят секунд, даже меньше.

– Кто это?

– Единственный, кто еще может вам помочь.

– Вы издеваетесь надо мной? Я только что позвонила в полицию…

– Нет, не позвонили. Мужчины, которые похитили Йолу, вычислили вас по наушнику и перевели ваш звонок. Видите зеленый пикап с затонированными стеклами?

Фрида посмотрела вниз по Скалицерштрассе в направлении зоопарка. Потом в другую сторону.

– Нет, то есть… – Она прищурилась. Возможно, там вдали действительно подъезжало что-то зеленое. – А что, если да?