Девушка во льду - Роберт Брындза

– Вы видели Джайлза? Он похож на утку, откормленную на фуа-гра…

– Как вы думаете, почему Андреа выбрала Джайлза?

– Ну, вы даете, господа! Неужели не ясно? Из-за денег, конечно. Он – наследник сказочного поместья в Уилтшире и дома на Барбадосе. Его родители баснословно богаты и уже на ладан дышат. Он у них поздний ребенок. Мама приняла его за менопаузу.

– Андреа изменяла Джайлзу? – осведомилась Мосс.

– К Андреа парни всегда липли. В ее присутствии они превращались в жалких губошлепов, пускающих слюни. Она балдела от мужского внимания.

– И все же. У Андреа был роман с кем-то еще? – допытывалась Мосс.

– Я мало что знаю про ее дела. Мы не были близки. Но я любила сестру и потрясена ее гибелью… – Впервые Линда изобразила скорбь на грани слез.

– А вы, Линда? – спросила Мосс.

– Что я? Хотите знать, пускают ли парни слюни при виде меня? А вы как думаете? – вспылила Линда, затыкая ей рот.

– Я хотела узнать, есть ли у вас парень, – объяснила Мосс.

– Не ваше дело. У вас есть парень?

– Нет. Я замужем, – ответила Мосс.

– Чем он занимается? – спросила Линда.

– Она. Она – учительница, – без тени смущения ответила Мосс. Эрика постаралась не выдать своего удивления.

– Нет, у меня нет парня, – сказала Линда.

– Окна здесь полностью открываются? – спросил Питерсон. Он подошел к среднему подъемному окну и, нагнувшись, заглянул за опущенные жалюзи. – На них стоят блокираторы?

– Нет, они до конца открываются, – ответила Линда, не сводя восхищенного взгляда с зада Питерсона. Эрика тоже подошла к окну и увидела, что от него вниз до самой земли спускается пожарная лестница.

– Андреа выбиралась из дома через окно, чтобы встретиться с друзьями, если ее сажали под домашний арест? – осведомилась Эрика.

– Мама с папой не имели ни времени, ни склонности сажать нас под домашний арест. Если нам нужно куда-то пойти, мы пользуемся входной дверью, – ответила Линда.

– Вам дозволено приходить и уходить, когда вздумается?

– Конечно.

Эрика опустилась на колени и заглянула под кровать. На полированном деревянном полу лежали комки пыли, но один участок был чуть чище. Она переключила внимание на комод, взялась за ручку верхнего ящика, якобы собираясь его выдвинуть.

– Линда, будьте так добры, подождите за дверью, – попросила она.

– Почему? Я думала, вы пришли сюда просто поболтать.

– Линда, у вас есть фотографии Андреа? Я бы хотел посмотреть. Это нам поможет, – поспешил на помощь Питерсон. Он подошел к Линде и легонько тронул ее за плечо. На ее круглом белом лице проступил яркий румянец.

– М-м-м, да, кажется, есть какие-то, – ответила она, с улыбкой глядя на Питерсона. Они вышли, и Эрика закрыла дверь.

– Молодчина Питерсон, принял удар на себя, – пошутила Мосс, добавив: – Что там?

Эрика вернулась к кровати.

– Криминалисты проводили здесь осмотр, когда поступило заявление о пропаже?

– Нет. Спаркс здесь был, осматривал. Думаю, в присутствии Саймона и Дианы, так что вряд ли тщательно.

– Под кроватью что-то подозрительное, – сообщила Эрика.

Они обе опустились на колени, надели резиновые перчатки, которые вытащили из курток. Эрика легла на живот и заползла под кровать. Мосс стала светить ей фонарем. Эрика обследовала половицу, которая была чище других, осмотрела швы с обеих сторон. Затем, достав ключи от машины, один сунула в щель между половицами и попробовала приподнять доску. Это оказалось непросто: половица была длинная, а кровать низкая. Эрика опустила ее на место и вылезла из-под кровати. Вдвоем с Мосс они взяли кровать с двух сторон и с огромным трудом сдвинули ее на несколько футов.

– Фу ты, это вам не дерьмо из ИКЕА, – поморщилась Мосс. Эрика обошла кровать и подняла половицу.

В углублении лежала коробка от мобильного телефона. Эрика осторожно взяла ее, открыла. Картонная подложка с выемками находилась на месте, но самого телефона не было. Вместо него там лежали пакетик с маленькими таблетками, завернутый в липкую пленку небольшой темный кубик какого-то вещества, похожего на смолу каннабиса, упаковка широкой папиросной бумаги Rizla и коробочка фильтров Swan Vesta, а также книжечка-инструкция к айфону 5S и комплект гарнитуры в целлофановом пакетике, запечатанный. Эрика вытащила картонную подложку. На дне коробки лежал чек, напечатанный на тонкой белой лощеной бумаге. Весь край с одного боку был замаран каким-то липким желтым веществом, которое смазало чернила. На обороте было пусто, не считая надписи, сделанной синими чернилами детским почерком: «ты мая детка х».

– Это квитанция о пополнении баланса мобильного телефона, – сказала Эрика, переворачивая чек.

– Номер операции виден только наполовину, – заметила Мосс. – Чем измазано?

Эрика поднесла чек к носу.

– Засохший яичный желток.

– А что за дурь? – спросила Мосс, снова заглядывая в коробку от мобильного телефона.

– Трудно сказать. К сожалению, стандартный набор. Шесть таблеток – это, возможно, экстази. Одна-две унции смолы каннабиса? Для личного пользования, – заключила Эрика. – Давай это все по пакетам, и вызываем криминалистов. Пусть проверят здесь остальное.

Спустившись вниз, они увидели, что Саймон с Дэвидом провожают врача.

– Все хорошо? – поинтересовалась Эрика. Саймон поблагодарил врача и открыл дверь. С кожаным саквояжем в руке доктор торопливо зашагал по дорожке под ливнем вспышек фотокамер, стремясь скорее убраться с «линии огня». Саймон закрыл входную дверь. В это самое время подошли Питерсон с Линдой.

– Нет, ничего хорошего. У моей жены тяжелое эмоциональное расстройство. Не обессудьте, но я попросил бы вас уйти.

– Вот это мы нашли под кроватью Андреа, – сообщила Эрика, показывая ему целлофановые пакеты с коробкой от мобильного телефона и наркотиками.

– Что? Нет, нет и еще раз нет, – отрезал Саймон. – Мои дети не употребляют наркотики! Откуда мне знать, может, вы их сами подложили!

– Сэр, нам нет дела до наркотиков. Нас больше интересует то, что у Андреа, как мы думаем, был второй телефон. В этой коробке лежала квитанция о пополнении баланса мобильного телефона, выданная четыре месяца назад. Вы знали о его существовании?

– Нет. Дайте-ка взглянуть… – Сэр Саймон взял чек в тонком целлофановом пакетике, изучил его. Дэвид и Линда наблюдали с любопытством.

– Кто это написал?

– Понятия не имеем. Может, Джайлз?

– Он окончил Гордонстон^[8]. И сумел бы правильно написать слово «моя». Почему вы вообще решили, что это принадлежит ей? Может быть, какая-нибудь старая коробка.