Гробовое молчание - Тесс Герритсен

— Нормально. — Опустившись на корточки, мальчик расстегнул рюкзак и достал оттуда аккуратно свернутую одежду — две рубашки, свитер и брюки.

— Так значит, ты доволен школой Вечерни? Тебе там нравится?

— Она отличается от моей прежней школы. Там ко мне хорошо относятся. — Это замечание прозвучало по-деловому, без всякой жалости к себе, но оно давало понять, насколько мучительной когда-то была его жизнь.

Маура читала вайомингское дело парнишки, а потому знала о его драках в школьном дворе, о том, как Крыса обзывали из-за поношенной одежды и распавшейся семьи. Очень многие люди — от соцработника до психолога — предупреждали Мауру, что это очень трудный мальчик и что, если она впустит его в свою жизнь, ей наверняка придется пожалеть. И вот, наблюдая за тем, как «трудный мальчик» спокойно распаковывает свою одежду и аккуратно вешает ее в шкаф, она подумала: «Слава Богу, что я их не послушала. Никого не послушала».

— А в школе у тебя появились друзья? — спросила она. — Тебе другие ребята нравятся?

— Они очень похожи на меня, — ответил Крыс. Выдвинув один из ящиков комода, парнишка сложил туда носки и нижнее белье.

Маура улыбнулась.

— То есть они особенные?

— У них тоже нет родителей.

Для Мауры это было новостью. Когда Сансоне сказал, что хочет предложить мальчику обучение в школе Вечерни, он обратил особое внимание на академические достоинства заведения, загородный кампус, международный преподавательский состав и отличную библиотеку. Однако ни словом не обмолвился о том, что это школа для сирот.

— Ты уверен? — спросила она. — Наверняка есть родители, которые приезжают навестить учеников.

— Иногда я вижу тетушек и дядюшек. Но никогда не встречался с чьими-нибудь мамами и папами. Он говорит, что мы теперь друг для друга родня.

— Он?

— Господин Сансоне. — Задвинув ящик комода, Крыс обернулся к Мауре. — Он постоянно спрашивает о вас.

Маура почувствовала, что краснеет, и сосредоточила внимание на Волке — пес перекатывался туда-сюда по собачьей кровати, привыкая к новому предмету роскоши.

— И что же он спрашивает?

— Пишете ли вы мне письма, приедете ли когда-нибудь в школу, не хотите ли преподавать у нас.

— В школе Вечерни? — Маура покачала головой. — Я не уверена, что старшим школьникам нужен курс судебной медицины.

— Но мы изучаем много крутых вещей. В прошлом месяце госпожа Соул показывала нам, как соорудить римскую катапульту. А мне позволили провести урок о следах животных, потому что я много о них знаю. Мы даже препарировали коня.

— Неужели?

— Он сломал ногу, и его пришлось усыпить. Мы вскрыли его, чтобы изучить органы.

— И ты не расстроился из-за этого?

— Я свежевал оленя. И знаю, как выглядят мертвецы.

Да, ты знаешь, мысленно согласилась Маура. В Вайоминге ты видел истекающего кровью человека. Маура задумалась: а может, мальчик тоже, как и она сама, в ужасе просыпается по ночам, мучимый воспоминаниями о том, что им обоим пришлось пережить в горах? Раскладывая на комоде учебники и относя в ванную зубную щетку, Джулиан казался спокойным и сдержанным, словно все его эмоции были заперты на замок. «Он похож на меня куда больше, чем я готова признать», — заключила про себя Маура.

На кухне зазвонил ее мобильный.

— Можно мне выйти во двор и осмотреться? — спросил парнишка.

— Иди. А я пока отвечу на звонок.

Маура вошла в кухню и вынула из своей сумочки сотовый телефон.

— Доктор Айлз, — проговорила она в трубку.

— Это детектив Тань. Прошу прощения, что беспокою в выходные.

— Ничего страшного, детектив. Чем могу помочь?

— Я просто подумал: а вдруг вы согласитесь высказать свое мнение по одному старому делу об убийстве? Эта история — стрельба в одном ресторане Чайна-тауна — произошла девятнадцать лет назад. Там было пять убитых. В свое время ее назвали суицид-убийством.

— Почему вы заинтересовались событием, произошедшим девятнадцать лет назад?

— Возможно, оно имеет отношение к нашей неизвестной с крыши. Вероятно, именно из-за этой истории она приехала в китайский квартал. Похоже, погибшая разыскивала людей, которые знали о стрельбе в ресторане.

— И что же все-таки вам нужно от меня?

— Чтобы вы ознакомились с отчетами о вскрытии тех пяти убитых, особенно стрелка, и сказали нам, согласны ли вы с выводами. Патологоанатом, проводивший вскрытия, уже не работает в бюро судмедэкспертизы, так что я не могу его расспросить.

Через кухонное окно Маура видела, как Крыс и его пес нарезают круги по двору, словно пытаясь найти выход — возможность вырваться в большой мир. Этот мальчик был создан для диких мест.

— Я занята на этой неделе, — проговорила она в трубку. — Вы могли бы попросить об этом, например, доктора Бристола.

— Но я очень надеялся…

— Да?

— Мне хотелось бы услышать ваше мнение, доктор Айлз. Я знаю, вы всегда говорите как есть, вне зависимости от обстоятельств. Я доверяю вашим суждениям.

Эта фраза поразила Мауру, потому что рядовые сотрудники Бостонского ПУ такого мнения теперь не придерживались. Она вспомнила пристальные взгляды и ледяное молчание, которые ей приходилось терпеть от полицейских всю прошлую неделю. А также прочие их поступки, заставлявшие ее чувствовать себя врагом.

— Сегодня вечером я дома, — сообщила она. — Вы можете завезти документы в любое удобное время.

Когда Волк начал лаять у входной двери, было уже начало десятого. Маура открыла дверь и увидела на пороге детектива Таня. Гость и пес две-три секунды настороженно оглядывали друг друга, но потом Волк, несколько раз изучающе обнюхав визитера, помчался назад в комнату — таким образом он выразил свое одобрение и разрешение пустить незнакомца. Тань передвигался с той же сдержанной энергией, которую Маура заметила во время их первой встречи в китайском квартале. Он остановился в прихожей и, услышав звук включенного душа, встревоженно повернул голову в сторону ванной. Детектив ни о чем не спросил, но Маура заметила вопросительное выражение в его глазах.

— Ко мне приехал гость на неделю, — объяснила она.

— Прошу прощения, что беспокою вас в выходные. — Тань протянул ей стопку отксерокопированных страниц. — Здесь все пять отчетов о вскрытии, а также полицейский отчет детективов Ингерсолла и Стейнса.

— Ого! Похоже, вам пришлось попотеть с этими бумагами.

— Это мое первое дело об убийстве. Стараюсь, как любой новичок, понимаете? — Детектив вынул из кармана флешку. — Мне не позволили взять оригиналы из бюро судмедэкспертизы, поэтому я отсканировал для вас все фотографии и рентгеновские снимки. Я понимаю, работы здесь полно, и прошу прощения, что сваливаю ее на вас.