Я слежу за тобой - Тереза Дрисколл

По поводу моего обещания Тони не появляться больше одной в магазине в ранний час, пока не установят новую сигнализацию… Ага. Попробуйте-ка вытащить охваченного депрессией подростка из постели с первыми лучами солнца.

Люк обещал, что не уйдет с работы, пока не найдется замена, но в последние дни бродит словно зомби. Вид жутко усталый. Мы разрешили ему не ходить в школу еще несколько дней. Прямо и не знаю, как быть.

С самого утра я стучала ему в дверь, но ответа не получила. Позже заглянула – смотреть страшно. Попросила приехать, когда сможет. Тони в Бристоле, и у меня привычная дилемма: верность покупателям против безопасности и моего обещания Тони. Единственный плюс в том, что полиция очень предупредительна. Наверное, чувствуют вину, что мое имя стало известно. Теперь раз в день мимо дома и мимо магазина проезжает патрульный автомобиль – просто обозначить «присутствие». Они, похоже, совершенно уверены, что дело в каком-то придурке, но мы все равно ставим в магазине новую сигнализацию, и я пытаюсь убедить себя, что всё в ажуре.

А минус в том, что я решила поехать с утра одна. Люк недавно сдал на права, и Тони купил ему малолитражку, так что сын сразу подскочит, когда будет готов.

Пока я доехала до магазина, отправила Люку еще два сообщения. Ответа нет. Честно говоря, жаль, что он хочет бросить работу. Люк помогает мне по субботам лет с четырнадцати; он всегда обходителен и мил с посетителями. А потом, и дополнительные деньги Люку, и дисциплинирует. Помогает понять, что такое почасовая оплата – и упорная работа, и удовлетворение в конце трудового дня.

Тони отправился в Бристоль на важную встречу – решают, необходим ли ребрендинг хлопьев. Лучше ничего ему не говорить, а то расстроится и будет переживать, каково мне тут в темноте.

Так. Элла, соберись, время поджимает. Шесть украшений на стол к обеду в мэрии. Хорошая реклама и вполне регулярный заказ через службу кейтеринга, не хотелось бы их подводить. В этом проблема регулярного бизнеса: с одной стороны, ты благодарен и польщен, а с другой – боишься, что попадешь в зависимость.

Обычно я рисую наброски и эскизы и согласовываю их по электронной почте с менеджером по доставке питания – Кейт. У нее у самой острый глаз, и она размещает фотографии моих украшений в социальных сетях – в наши дни это очень полезно. Кейт помогла мне заслужить репутацию оригиналки. Так что я не хочу оступиться и не хочу впадать в самодовольство.

Экспозиция приготовленного образовала строй ваз и подставок, чтобы можно было охватить все одним взглядом. Иногда я жалею, что маловато пространства для склада, хотя, если начистоту, я, пожалуй, трачу слишком много на презентации. Впрочем, уверена, что инвестиции в оборудование приносят регулярные заказы, а еще клиентов важно постоянно удивлять. И тогда будет больше фото в социальных сетях. Сегодня я предложила красные антуриумы, белые розы и эустомы в оцинкованных ведерках на фоне глянцевой зелени. Будет выглядеть эффектно при белых скатертях и нейтральной комнате.

При каждом заказе я надеюсь, что гости начнут спрашивать: «А кто составлял такие букеты?» Кейт очень добра, и у нее всегда наготове мои карточки. Единственное, что расстраивает, – когда делегаты конференций размещают новые заказы из дальних краев, а я могу организовать доставку лишь на определенное расстояние.

Господи! Уже почти полседьмого, а от Люка ни словечка.

На улице пока темно; я раздумываю насчет еще одной чашечки кофе – и тут снова слышу снаружи шум мотора. Не Люк ли приехал, думаю я, но звук не похож на двигатель малолитражки. Машина тормозит и затихает.

Смешно. Элла, это же просто машина. Успокойся.

Я стою неподвижно, жду, что машина уедет. Не уезжает. Фары гаснут.

Подождав минуту-другую, я снова пишу сообщение Люку. Ответа нет. Все звуки стихли, и я велю себе сосредоточиться на цветах. А потом… о господи!

Кто-то пытается повернуть ручку входной двери. Дверь, конечно, заперта. Боже…

У Люка свой ключ. Это не Люк.

Я хватаю мобильник, готовая звать на помощь. Если тот, кто снаружи, взломает дверь, я убегу через заднюю комнату, по дороге набирая полицию. Прокручиваю этот план в голове – и смешно, и страшно.

Снова гремит дверная ручка. Кто там – мне не разглядеть, жалюзи на двери закрыты.

Во всем магазине свет горит только в задней комнате – мастерской. К двери я не пойду. Ни за что. Очень хочется верить, что это Люк, что он просто забыл ключ.

Шаги. Да. Наконец-то я слышу, как кто-то ходит снаружи. Хорошо. Хорошо. Слава богу. Фары автомобиля снова вспыхивают. Машина уезжает.

Приходит мысль позвонить Тони, но я вспоминаю, что мне вообще не следовало находиться здесь одной.

Удивительно бывает: стоишь на месте, где обычно ощущаешь радость и безопасность, и вдруг чувствуешь себя совершенно другим человеком.

Я не хочу быть этим человеком. Я ненавижу этого человека.

На моих щеках слезы. Ах ты, тупая, тупая бабища! Почему ты не сделала сразу то, что было нужно, год назад? Не позвонила родителям из поезда – и не перевалила ответственность на них… Почему, почему, почему? Почему ты не сделала такую простую вещь, Элла?

Не знаю, сколько я уже стою на месте, но большие настенные часы подсказывают, что чересчур долго. Тут звонит мобильник, и я чуть не подпрыгиваю. Звонит Люк.

– Это ты только что был у двери?

– Нет. У какой двери? Я звоню сказать, что выезжаю. Мам, а что ты такая испуганная?

– Ничего. Давай приезжай скорее. Наобещал с три короба…

Я отключаюсь – и сразу жалею о своем тоне. Проклятье… Посылаю сообщение: «Извини. Устала. Кофеварка включена».

И теперь окончательно погружаюсь в цветы, пытаясь пропитаться яркими цветами и ароматом. Сосредоточиться на работе.

На мгновение мелькает мысль – не промахнулась ли я с ведерками. Не лучше ли было выбрать зеркальные кубические подставки? Нет, не лучше; и в любом случае уже поздно.

На улице светлеет, и мне становится легче, ведь я прекрасно вижу проезжающие и паркующиеся машины. Больше нет нелепого ощущения, что за мной следят – как будто я рыбка в аквариуме.

Почти семь, и снова гремит входная дверь. На сей раз сообщение от Люка подтверждает, что это он. И он действительно забыл ключ.