Верум - Кортни Коул

Она ловит мой пристальный взгляд и пожимает плечами.

– Я румынка, – произносит она, словно пытаясь мне что-то объяснить, а видя непонимающее выражение моего лица, она продолжает: – Я приехала из Румынии. Я цыганка. И я не стыжусь этого.

Она гордо приподнимает голову, ее подбородок выдвинут вперед, и я прекрасно вижу, что она далека от того, чтобы стесняться чего-либо. Она искренне ценит то, о чем мне рассказывает.

– Вам и не нужно стыдиться, – слабо убеждаю я ее, – это ваше наследие, и оно потрясает.

Кажется, мой ответ удовлетворяет ее, по крайней мере, теперь она не думает, что я смотрю на нее свысока из-за ее происхождения.

Ее темные глаза рассказывают мне целую историю, по ним я вижу, что знает она гораздо больше, чем я. Возможно, она даже знает больше обо мне, чем могу сообщить я сама.

Это безумие, я понимаю.

Но ведь совершенно очевидно, что теперь я окончательно сошла с ума.

Сабина подводит меня к бархатному креслу и мягко подталкивает меня к нему. Она бросает короткий взгляд на Дэра.

– Оставь нас, – осторожно говорит она ему, – я о ней позабочусь. С ней все будет в порядке.

Пару секунд он колеблется, взволнованно глядя на меня, я киваю ему в ответ.

Со мной все будет в порядке.

Я надеюсь.

Он уходит.

Сабина перебирает свои вещи, и когда она наконец заканчивает, я оглядываюсь по сторонам. На столике рядом со мной разложены карты таро, они образуют странную фигуру, словно я вошла в самый разгар гадания.

Я делаю резкий вдох, потому что в воздухе здесь что-то нависло.

Нечто мистическое.

Спустя минуту Сабина протягивает мне чашку:

– Выпей. Это лимонный бальзам с ромашкой. Он нормализует пищеварение и успокаивает.

Я не удосуживаюсь спросить, как она поняла, что меня что-то беспокоит. Должно быть, все было написано на моем лице.

Я делаю глоток отвара, и через минуту она смотрит на меня:

– Лучше?

Я киваю:

– Спасибо.

Она улыбается, обнажая свои пугающие темные зубы. Пока я смотрю в сторону, она пытается что-то найти в шкафчике. Наконец она достает то, что искала, и протягивает мне коробочку.

– Пусть это будет рядом с тобой ночью. Это поможет тебе уснуть. – Я вопросительно смотрю на нее, на что она отвечает: – Дэр рассказал мне.

Я беру в руки коробку, на ней нет никаких надписей, а она смотрит на меня внимательно и продолжает:

– У твоей мамы были проблемы со сном. Иногда у нее тоже случались нервные срывы.

Сабина и понятия не имеет о том, что мои «нервные срывы» также включают в себя галлюцинации, голоса в голове, поэтому я просто благодарно киваю ей и улыбаюсь.

Я бросаю еще один взгляд на ее стол.

– Сабина, вы гадалка?

Немного странно спрашивать об этом так серьезно, но она ни на секунду не смущается.

– Я умею читать по картам, – отвечает она, – однажды я могу прочитать и твои.

Я не уверена, что мне хочется знать, что они скажут.

– А вы когда-нибудь гадали Дэру? – поддавшись секундному импульсу, спрашиваю я, даже не знаю почему.

Сабина бросает на меня короткий взгляд, по которому я вижу, что она поняла меня без слов.

– Этому мальчишке не нужно предсказывать судьбу. Он пишет ее сам.

Я не представляю себе, что она имеет в виду, но киваю так, словно прекрасно ее поняла.

– Теперь тебе должно стать получше, – говорит она мне, на ее лице выражение мудрости, и я чувствую, что не могу ей не поверить.

У нее есть какие-то успокаивающие чары, нечто, что создает особую атмосферу вокруг нее. Раньше я не обращала на это внимания.

– Мама никогда не рассказывала о вас, – бормочу я, поднимаясь на ноги, – мне это кажется странным, хотя, как я могу понять, она очень вас любила.

Сабина отводит взгляд.

– У твоей мамы не осталось светлых воспоминаний об этом месте, – тихо произносит она, – но я хорошо знала ее сердце.

– Понятно, – неопределенно отвечаю я, замешкавшись на пороге.

Сабина кладет руку мне на плечо.

– Если я снова понадоблюсь тебе, ты знаешь, где меня найти.

Я киваю и ухожу. Я чувствую спиной пристальный взгляд Сабины, но мне удается побороть отчаянное желание обернуться.

Вместо этого я фокусируюсь на том, что мне стало лучше после визита к ней. Я чувствую себя значительно спокойнее.

Может быть, в этом чае что-то было?

Когда я захожу в свою комнату, то почти уверена в том, что все пережитое мной сегодня мне просто привиделось. Все это время, с того момента как я приехала сюда, я ни одной ночи не спала нормально. Мой мозг просто сыграл со мной злую шутку, как это бывает всегда, когда человек на несколько дней лишается сна.

Все слишком очевидно.

Это вполне разумное объяснение.

Я поднимаю руку, чтобы заправить непослушную прядь волос за ухо, и в этот момент замираю на месте.

Мои пальцы пахнут гвоздикой и лилиями.