Триггер. Как далеко ты можешь зайти? - Павел Воронин

— Вот сейчас остановись. Просто остановись! — воззвал Александр Андреевич.

Как бы не так! А для чего тогда была вообще вся эта встреча? Нет, останавливаться Артем не собирался. Наоборот.

— Тебе надо это услышать в терапевтических целях, — заявил он. — В каком-то смысле ты ее убил. И ты это знаешь.

Отец уже едва владел собой.

— Закрой рот! — потребовал.

— Убил, пап, — нажал Артем на больное место. — Мы оба…

Договорить он не смог, потому что в этот момент отец дал сыну пощечину. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Потом Артем деловито спросил:

— Ну как, легче стало?

— Ты знаешь… да! — признался отец.

— Рад, что смог помочь.

— Ничего в тебе святого нет! Но надо отдать тебе должное — провоцировать ты умеешь. Но это, к сожалению, все, на что ты способен.

Александр широко улыбнулся. А отец повернулся и пошел прочь. Уходя, услышал:

— Если захочешь исповедаться, для тебя два сеанса бесплатно!

Пока Артем возвращался в свой офис, ему позвонил Алексей из зоосалона. Он жаловался на жену:

— Она теперь и на сальсу со мной не хочет. Не знаю, что делать. Я боюсь, что она со мной разведется, понимаете?

— А чем аргументировала отказ?

— Сказала, что мы и так все время вместе. Что надо друг от друга отдыхать.

— Я так и думал. Завтра я вам позвоню.

— А что мне пока делать?

— Попробуйте онанизм, — посоветовал Артем. — Очень помогает.

Он уже вошел в свой бизнес-центр. Поднялся на нужный этаж, открыл дверь приемной… и увидел Дашу. При виде бывшего мужа она молча поднялась, и они вместе вошли в кабинет.

— Чай, кофе? — светским тоном предложил Артем.

Даша не обратила на его слова никакого внимания. Сказала:

— Сегодня привела Кирилла в садик, а там все на ушах. Говорят о каком-то маньяке, который был моим мужем, а теперь хочет украсть Кирилла. Стрелецкий, ты совсем охренел?

— У тебя изменился лексикон, — заметил Артем. — Не в лучшую сторону.

— Зачем ты это сделал?

— На звонки ты не отвечаешь, от встреч отказываешься, — объяснил Артем. — Пришлось действовать радикальными методами.

— Ты только и можешь просчитывать все и провоцировать. Хоть раз в жизни сделай что-то не от головы, а от того, что чувствуешь!

— Так я это и чувствую! Я хочу быть с тобой, с нашим сыном.

— Я устала повторять: Кирилл — не твой сын!

— А чей? Он родился через восемь с половиной месяцев после того, как мы с тобой…

— Таким, как ты, лучше вообще не размножаться! — перебила Даша. — Ты мне никто, ребенок от другого мужчины! Тебя посадили, и я трахалась направо и налево. А ты, если еще раз подойдешь ближе, чем на сто метров, ко мне или моему сыну, снова сядешь. Это я тебе обещаю.

Она вышла из кабинета, прошла через приемную, не заметив ни Матвея, ни сидевшей в приемной Леры. Ее душили слезы. А Лера, проводив ее взглядом, спросила:

— Клиентка?

— Бывшая жена, — честно ответил Матвей.

— Высокие отношения…

— Это не мое дело, — сурово ответил Матвей. — И не ваше, наверное.

— Жаль. Думала, посплетничаем. Ладно, иди обрадуй его, скажи, что я пришла. И вот еще, возьми. Это за прошлый сеанс.

И она выложила на стол пачку денег. Матвей спрятал деньги в сейф, положил перед Лерой квитанцию — заполнить, а сам направился в кабинет.

— Артем Александрович, к вам Валерия, — сказал.

Психолог не отреагировал. Сидел, смотрел в одну точку перед собой.

— Шеф, с вами все в порядке?

Неожиданно, не поворачивая головы, Артем произнес:

— Скажи ей, сейчас выйду.

Матвей выскользнул из кабинета… Спустя пару минут вышел Артем. Спокойно взглянул на Леру, сказал:

— Привет. Что-то случилось?

— Нет, просто пришла поблагодарить за все, — ответила она. — И извиниться. Я не всегда выражалась… корректно…

— Корректные выражения — ненужный камуфляж для эмоций, — объяснил Артем. — Они только загоняют проблему внутрь.

— Нет, ты действительно мастер! Я искренне тобой восхищаюсь.

— Взаимно. Но секса не будет.

Лера махнула рукой:

— Проехали уже. Но это же не мешает нам выпить? Отметить мое исцеление?

Артем повернулся к Матвею:

— Закажи нам на завтра столик где-нибудь, где есть вино и сыр и нет гремящей музыки.

Затем обаятельно улыбнулся Лере, сказал:

— Что ж, до завтра?

Подождал, когда она уйдет, затем деловито сказал помощнику:

— Завтра вечером ты должен быть на Малой Грузинской у зоосалона. Походишь за девушкой, которая утром приходила. Она говорит, что на сальсу ходит, но есть подозрения.

— Я, правда, следить не очень умею…

— Научишься. И найди интервью, которые отец давал после того, как меня арестовали. Распечатай.