Экипаж специального назначения - Александр Афанасьев

Гость из Лэнгли поднялся на ноги:

– Поехали…

…

– А труп сожгите. Говорить он точно не будет…

– Внимание, на горизонте!

Острова показались на фоне горизонта – скудного цвета бурые скалы, чью унылость разбавляла только зелень елей и сосен.

– Это они?

– Да, сэр.

Гость протянул руку – и ему поднесли бинокль со стабилизацией изображения.

– Тот, который по центру, – сказал он через несколько минут.

– Почему, сэр? – спросил начальник стокгольмской станции.

– Я бы выбрал его. Там удобно подойти, он покрыт лесом и довольно высокий – далеко видно и удобно вести огонь, если надо защищаться…

Командир группы морских пехотинцев, охранявшей посольство, активировал рацию.

– О’кей, золотые, проверьте остров по центру, самый крупный, и доложите. Красные остаются с нами…

Одна из лодок – они арендовали в порту три «Зодиака», просить шведскую береговую охрану не стали, – резко ускорилась и пошла по направлению к островам, морские пехотинцы кутались в дурацкие оранжевые плащи-дождевики – других просто не нашли – и проклинали все на свете. Холод, промозглая сырость, свинцово-серая Балтика – и возможная засада на острове. Если русские еще там, будет стрельба. Морские пехотинцы и агенты Дипломатической секретной службы прикрывали лодки, налегая на борта со своими «М4А1» и целясь во все стороны света…

– Говорят, тут видели русскую подводную лодку, – сказал гость из Лэнгли, пряча в кулаке зажигалку и пытаясь закурить.

– Да, сэр, недавно.

– А что сами думаете? Может, она и высадила русских «морских котиков»?

– Не думаю, сэр. Каждый день в порт приходит несколько паромов, и как минимум тысяча русских туристов идет знакомиться со Стокгольмом. Тысяча в день. Еще тысячи туристов из всех стран бывшего СССР прорываются сюда, чтобы получить вид на жительство и жить на халяву. Смысла высаживать кого-то с лодки нет – достаточно купить тур с заездом в Стокгольм где-нибудь в Санкт-Петербурге. Тут настоящий проходной двор.

– А исламисты? Что насчет этого думаете?

– Через десять лет мы не узнаем этой страны, сэр. Здесь даже шведы принимают радикальный ислам, потому что они видят в нем силу. Местное общество не готово применить силу, чтобы защитить себя, а исламисты не стесняются в средствах. Тут есть квартал, который называется «маленький Могадишо». Если все пойдет как сейчас, весь Стокгольм превратится в один большой Могадишо.

– Северное Сомали?

– Да, сэр. К югу и востоку отсюда полно стран, где зарплата за месяц меньше, чем здесь пособие. Оттуда идут люди, и пока это так, процесс не остановить. Здесь в общую чашу давно уже добавляют меньше, чем берут из нее. Страшно подумать, что будет, когда вычерпают совсем.

– Возможно…

– Так и будет, сэр, – сказал начальник стокгольмской станции, – вот увидите. Эта толерантность сведет всех в могилу…

Заработала рация.

– Сэр, на острове чисто, – выслушав доклад, сказал командир группы морских пехотинцев. – Есть костровище и следы перестрелки…

– Причаливаем! – решил гость из Лэнгли.

– О’кей, вперед!

Лодки, поднимая буруны, пошли к острову…

– Есть!

Гость из Лэнгли закрыл и сунул в карман швейцарский армейский нож, положил на ладонь командира группы морской пехоты пулю. Пулю выковыряли из ствола поваленного дерева, тут же был и костер.

– Пять и пятьдесят шесть… – задумчиво сказал лейтенант. – Наша…

– Да…

– Эй, Греймс!

Подбежал один из морпехов.

– Что можешь сказать?

– Сэр, стреляли только в одну сторону. В это поваленное дерево. В другой стороне следов пуль нет.

– Пристреливали оружие?

– Именно, сэр. Я нашел пистолетные и автоматные гильзы, их собрали, но не все. Девять миллиметров и пять и пятьдесят шесть. Выстрелов немного, видимо берегли боеприпасы. И тут же они провели какое-то время. Видите, вот это место, на дереве? Они срезали ножом щепки, чтобы развести костер, они так же собрали весь хворост. Я нашел место, где сидел их стрелок на прикрытии – он сломал несколько еловых веток и подстелил, чтобы не сидеть на голой земле. Место он выбрал грамотно, сэр.

– Что скажешь про костер?

– Прогорел недавно, земля еще теплее, чем окружающая, не успела промерзнуть. Растопку добавляли несколько раз. Этот костер горел не менее восемнадцати часов, сэр.

– Гильзы?

– Коммерческие, сэр. И те и другие.

– Разрешите? – Глава станции ЦРУ в Стокгольме достал чистый пластиковый пакет.

– Они уже избавились от оружия, – сказал гость из Лэнгли, – они не дураки. Оружие, скорее всего, контрабандное, с собой они его не везли. Где-то выбросили в воду. Ищите русского, средних лет, имеющего легальные документы и возможность передвигаться по всем странам региона, имеющего контакты с криминалом. Он – координатор. А группа поддержки уже ушла. Именно он переманил Ахмеда на свою сторону, и именно он настроил его против нас. Он где-то здесь.

…

– Соберите гильзы и посмотрите, есть ли что-то еще. Потом уходим…