Экипаж специального назначения - Александр Афанасьев

– Дайте еще раз картинку. С пятой минуты…

Оператор мгновенно дал новый тайминг. На огромном экране перед глазами собравшихся раздражающе медленно пополз черный, серый и белый мир…

Запись была сделана с борта самолета передового разведывательного патруля НАТО «EP-3E Aries II», переделанного для электронной и видовой разведки старого, заслуженного противолодочного «Ориона». Этот самолет ранее предназначался для разведывательных миссий в Афганистане, и потому ВВС США вложили пятьдесят миллионов долларов в его переоборудование, поставив сверхсовременные системы наблюдения и связи. Затем обострились отношения с Россией, и этот самолет, как и три ему подобных, перебросили в Германию с тем, чтобы он выполнял регулярные разведывательные полеты над Балтийским морем, демонстрируя флаг США, а также ведя разведку против Балтийского флота и калининградского анклава. В качестве вспомогательной миссии эти самолеты вели постоянное наблюдение за акваторией Балтики в целях отслеживания возможной незаконной деятельности. Это давало основания потребовать от правительств Швеции и Норвегии компенсации части расходов на эти полеты. Аппаратура наблюдения работала все время полета, и именно этот самолет и заснял группу неизвестных на острове близ Стокгольма. Конечно, у них не было снимка, позволяющего идентифицировать заснятых, – дело было ночью, использовался терморежим. Но и того, что было, достаточно было, чтобы полагать, что они нашли то, что искали. Один человек находился на острове против своей воли, судя по его позе. Еще один был в стороне от других – это явно снайпер, он контролировал подходы и делал это даже без видимой необходимости, что выдавало в нем профессионала. Остальные четверо были расположены вокруг первого.

– Можно увеличить?

Оператор сделал стоп-кадр, почистил изображение. Оно увеличилось по размерам примерно вдвое.

– Это все, сэр, – сказал оператор.

– Тот, что сидит, – Ахмед, – уверенно сказал американец в форме, сидевший справа от экрана. Золотистый «будвейзер» указывал на его принадлежность к US Navy SEAL, спецназу ВМФ США, который в 2009 году недалеко отсюда тремя скоординированными снайперскими выстрелами, прозвучавшими менее чем за секунду, поставил точку в пиратском захвате «Maersk Alabama».

– Как вы это поняли, лейтенант?

– Самый здоровый сукин сын изо всех. По ориентировкам, он очень большого роста – шесть футов и восемь дюймов. А в Швеции он, похоже, еще и разжирел…

– И обзавелся десятью детьми… – сказал сотрудник ЦРУ.

– Да? Удивительного мало, сэр, сукины дети плодятся как кролики…

– Так, внимание… – коммандер Стив Балчер, руководитель объединенной оперативной группы, поднял руку. – Стокгольм, вы слышите нас?

– Слышимость отличная.

– Объект, изображенный по центру сидящим, опознан как Хабиб Фарах Ахмед, достоверность средняя. Как поняли?

– Вас поняли, Джибути, спасибо…

– Отбой связи.

Балчер сделал знак, чтобы отключили связь. Оглядел собравшихся.

– Лейтенант Калперс, встаньте.

Американец с «будвейзером» медленно поднялся.

– Итак, по вашему рапорту. Ваши вертолеты находились в составе противодиверсионного патруля, верно?

– Так точно, сэр.

– И они поднялись после того, как радарная система прикрывавшего группу французского эсминца опознала четыре малоразмерные цели, идущие в сторону ударной авианосной группы, верно?

– Так точно, сэр.

– И что произошло после визуального контакта с целями?

– Сэр, как только они увидели вертолеты, они тотчас открыли по нам огонь из «калашниковых» и «РПГ».

– «Калашниковых» и «РПГ»? Вы уверены?

– Да, сэр.

– Сколько было лодок?

– Четыре, сэр.

– Опишите их.

– Скоростные, примерно тридцать футов в длину каждая, сэр. Обычные пиратские лодки, сэр…

– И они открыли по вам огонь из «калашниковых» и «РПГ».

– Верно, сэр.

– Зачем им это делать, лейтенант?

– Не знаю, сэр.

– Эй, Стив! – свойски сказал церэушник, прикомандированный к антипиратской группе с тем, чтобы отслеживать каналы перемещения оружия и боевиков из Африки на Аравийский полуостров, а также связи пиратов с такими милыми людьми, как Аль-Шабааб и Аль-Каида на Аравийском полуострове. – К чему ты клонишь?

– Почему они стреляли в вас из «РПГ», лейтенант? – не обращая внимания на реплику сотрудника ЦРУ, продолжил Балчер. – Вам должно быть известно, что выстрел из «РПГ» с обычной пиратской лодки – это пятидесятипроцентный риск перевернуть лодку. Зачем им стрелять по вам из «РПГ»?

– Не знаю, сэр.

– Но они это сделали.

– Да, сэр.

– И вы открыли по ним огонь в ответ.

– Да, сэр. В соответствии с ПВБ[15]. Все должно было быть задокументировано, верно, сэр?

– Да, должно было быть. Если бы не разгильдяй техник, забывший вставить носитель информации в систему при срочном вылете вертолетов.

– О…

– Так что у нас есть только ваши слова, лейтенант. В которых у меня нет оснований сомневаться.

– Да, сэр…

– Как вы покинули место обстрела?

– Сэр, русский эсминец начал наводить на нас систему ПВО, и пилот сказал: «Убираемся отсюда к чертовой матери».

– И почему взорвалась «Сирена», вы не знаете?

– Нет, сэр.

– Джентльмены, – обратился Балчер ко всем собравшимся, – мы все одна команда, мы служим одной стране, и у меня нет никаких оснований сомневаться в любом из вас. Но я предупреждаю всех: если здесь, в этом секторе, что-то происходит, я должен это знать. Что бы это ни было. Все это поняли?

…

– Все свободны. За работу!