Смех Циклопа - Бернард Вербер

В дверь стучат сильнее. Затем слышится «громкий фривольный смех пожилого человека». Лукреция приоткрывает дверь, не снимая цепочки.

– Надеюсь, я вас не потревожил, мадемуазель Немрод…

Это Стефан Крауц. Лукреция впускает его. Он ищет глазами стул и в конце концов садится на кровать.

– Не возражаете?

– У вас три минуты, чтобы рассмешить меня, – говорит Лукреция, повторяя слова самого Крауца. – Песочных часов у меня нет, но я буду следить за секундной стрелкой. Время пошло.

– «Политый поливальщик», первая кинокомедия.

– Две минуты пятьдесят секунд.

Крауц поворачивается к Исидору. Тот встает.

– Я, конечно, догадался, кто оказался на сцене вместо Ванессы и Давида. Быть физиономистом – часть моей профессии. Я узнаю лица даже под слоем грима.

Крауц оглядывает комнату, задерживается взглядом на единственной кровати и понимающе смотрит на Исидора.

– Я пришел поблагодарить вас.

– Надо же. И за что?

– Во время вашего номера наш рейтинг подскочил до потолка. Молчание… Вы уже использовали этот прием у меня в кабинете, мадемуазель. Я не ожидал, что он произведет такое впечатление на аудиторию. А вы знаете, кто первым его использовал?

– Американский комик Энди Кауфманн?

– Браво. Вы отлично знаете мир смеха. Он молчал перед полным залом, а вы – в прямом эфире, тут нужна смелость.

– Минута пятьдесят секунд, – говорит Лукреция, глядя на часы.

– … а идея спрыгнуть с колосников вслед за грустным клоуном! Просто фантастика! Жаль, мне самому это не пришло в голову! Ведь все решили, что это я придумал. Меня поздравляли руководители телевизионных каналов! Новостные программы даже не франкоговорящих стран просили право на показ. Удивить – вот главное в хорошем шоу, а вы уж точно удивили.

– Сорок пять секунд. Вы ведь пришли не затем, чтобы поблагодарить нас за рост рейтинга?

Лицо продюсера мрачнеет.

– Я пришел за «Шуткой, Которая Убивает», – произносит он четко и холодно.

– С чего вы взяли, что она у нас? – спрашивает Лукреция.

– У меня свои источники информации.

– Об этом мог рассказать только Пеллегрини, – говорит Исидор.

Крауц кивает.

– Мы вместе с ним учились в Институте социальных наук.

– Флоран! – восклицает Лукреция. – Я думала, он мой друг!..

– Да уж, с такими друзьями и враги не нужны, – замечает Исидор.

– Он знал, что я интересуюсь вашим расследованием, и рассказал о посылочке с необычным содержимым.

– И дал вам адрес гостиницы.

– В прошлом я оказал ему немало услуг, и он не хочет оставаться в долгу.

Продюсер улыбается как коммивояжер.

– Вы говорите, что узнаете любого даже под клоунским гримом. Может быть, вы поможете нам выяснить, кто ее отправил?

Лукреция находит в айфоне фотографию грустного клоуна и показывает продюсеру.

– Кто это? – спрашивает Крауц.

– Этот человек убил Дария и Тадеуша. Мы полагаем, именно он послал нам то, что вы так хотите получить.

Крауц явно заинтересован. Он внимательно рассматривает фотографию.

– Нет, увы, я никогда его не видел. Но мне кажется, вы не понимаете, что попало к вам в руки.

Лукреция невозмутимо смотрит на него.

– Это «оружие» в руках непосвященного может наделать много зла. Вы сами могли в этом убедиться. Отдайте мне шкатулку. Это в ваших же интересах.

– А что мы получим взамен? – спрашивает Лукреция.

– Я сохраню вам жизнь. Этого мало? Я хочу избавить вас от бомбы замедленного действия. Без нее вам будет гораздо легче, уж поверьте.

Исидор встает, наливает себе чашку кипятка и говорит:

– Вы состоите в Великой Ложе Смеха, не так ли, господин Крауц?

Продюсер снова включает машинку для смеха. Лукреция понимает, что он пытается выиграть время.

– Надо же. Вам известно о нашем маленьком клубе, господин Катценберг?

Исидор опускает в чашку пакетик зеленого чая.

– Наши условия просты. Вы отведете нас в новое убежище Великой Ложи Смеха и расскажете все о себе и своей деятельности. А мы дадим вам…

– Точнее будет сказать – вернем. Напоминаю вам, что «Шутка, Которая Убивает», принадлежит нашей Ложе.

– А мы вернем вам бомбу замедленного действия, которая случайно попала к нам в руки.

Стефан Крауц улыбается. Исидор улыбается в ответ.

– Мы, как Икар, слишком близко подлетели к солнцу. И солнце вот-вот опалит нам крылья, не так ли?

– Именно так.

– Вы не ответили, принимаете ли вы наши условия?

Стефан Крауц пристально смотрит на Исидора.

Он спятил! И речи быть не может о том, чтобы отдать им «Шутку, Которая Убивает»! Да еще взамен на информацию об их новом убежище, где-нибудь в глухой провинции! Мне наплевать на их тайное общество, расследование отлично идет и здесь. Хотя…

Я поняла. Исидор думает, что, если Дария убил не Тадеуш, значит, это кто-то из Великой Ложи Смеха. И значит, искать убийцу нужно не в лагере тьмы, а в лагере света!

Улыбка продюсера превращается в гримасу.

– Вы должны понять, в какое положение мы попали. Наша Ложа недавно пережила…

– Неприятности? – спрашивает Исидор.

– Это еще мягко сказано.

– Нападение «розовых громил» Дария, не так ли? Погибло много людей. Что, естественно, вынуждает вас занять оборонительную позицию, – дополняет Лукреция.