Голубь с зеленым горошком - Юля Пилипенко

– Выбор за вами, – резюмировал он, наблюдая, как я без колебаний потянулась к заднему сиденью, чтобы достать спасенный бумажный сверток.

Бережно его разворачивая, я поразилась качеству плотной бумаги. Холст. И по всей видимости, картина или лишившийся рамы портрет. Пока изображение было мне не доступно, десятки догадок и вариантов кувыркались в моей голове: семейные ценности, портрет отца, матери, дедушки, женщины, в конце концов… Но фраза «я вообще никогда никем не дорожил» перечеркивала все пришедшие на ум версии. Когда картина открылась мне в полной мере, я подумала, что схожу с ума. Чувствуя, как от удивления округлилась глаза, я в недоумении уставилась на Дженнаро.

Он молчал.

– Это какая-то шутка? – еле выговорила я. – Это же картина с голубиной лапкой, которая висит в ваших апартаментах в «Reid’s». Картина, которая нас чуть не прибила. Один в один.

Дженнаро смотрел на меня с нескрываемым интересом, не давая никаких подсказок.

– Мы что… – Я начинала задыхаться от поселившегося в организме дыма и шквала набросившихся на меня эмоций. – Мы что… рисковали жизнью из-за копии картинки с лапкой голубя?

– Получается, что так. – Дженнаро пожал плечами.

– И вы считаете, что я в это поверю? Копия какой-то картины?

– Но вам же она нравилась…

– Да, нравилась! Очень нравилась!

– Вот и мне понравилась.

– Да какая разни…

Проглотив окончание английского слова «difference», я замерла с холстом в руках. Мозаика сложилась в секунду, просто в момент.

– А кто написал эту картину? Это же кубизм, да?

– Совершенно верно. Но я не знаю имени художника.

– Что-то я сомневаюсь, синьор Инганнаморте… Думаю, вы прекрасно все знаете. Или мне спросить нашего общего немецкого друга? У него даже официальный сайт есть.

– Это вы о ком?

– О Вольфганге Вельтракки. Не об этих ли игрушках он говорил в Париже? Об игрушках, с которыми вы не можете разобраться.

Моя реплика произвела фурор. Дженнаро прожигал меня взглядом и раздумывал над ответом. Это был флэш-рояль, джек-пот, шах и мат, к которому он не был готов.

– Мадемуазель… Даже не знаю… То ли я вас сейчас ненавижу, то ли восхищаюсь.

– Я узнала Вельтракки в Париже. И я помню, что человек, с которым вы встречались в ресторане женевского терминала, называл вас другим именем. Так ради кого мы оказались здесь? Чью картину спасли? Пусть даже дорогостоящую копию, сделанную величайшим фальсификатором…

– Пабло Пикассо. «Голубь с зеленым горошком».

– У меня нет слов… Надеюсь, эта копия стоит того, через что мы прошли.

– А кто вам сказал, что это копия?

В этот раз была моя очередь опешить и растеряться. Зашевелились даже ресницы. Избавившись от мимических катаклизмов, я автоматически прижала холст к груди и почувствовала, как медленно съезжаю по сиденью.

– У меня в руках настоящая картина Пикассо?

– Возможно.

– Но я не понимаю… Я запуталась… Одна картина висит в «Reid’s». Другую я держу в руках… Какая-то из них подлинник, но вы не знаете какая?

– Правильный ход мыслей, – похвалил меня Дженнаро.

– Так в чем проблема проверить? Обратиться к специалистам, сделать экспертный анализ… с вашими-то возможностями! – От восторга я забыла и о пожаре, и о том, что кислорода становится меньше с каждой секундой.

– Проблема в том, что этой картины официально не существует.

– Объясните, пожалуйста…

– Картина «Голубь с зеленым горошком» официально считается уничтоженной.

– Но почему?

– Потому что она была украдена из музея современного искусства в Париже. Человек, которого со временем поймали и обвинили в соучастии в краже сказал, что уничтожил полотно.

– Но он не уничтожил…

– Он в глаза его не видел.

– Даже когда крал?

– Он его не крал.

– А кто же украл?

– Я.

Несмотря на ощутимое отсутствие кислорода, мне невыносимо захотелось курить. Желательно пачку и сразу. А лучше две. Просто, чтобы оставаться в сознании и услышать самую необычную историю в моей жизни.

Le pigeon aux petite poix

Украдена из Музея Современного Искусства в Париже в мае 2010 года.

Текущий статус: картина уничтожена.

Юмор всегда был моей опорой и защитной реакцией в критических ситуациях. По первому зову он приходил мне на выручку, принимая на себя спонтанные удары судьбы и категорически запрещая пасть духом. Он был моим близким другом, товарищем по несчастью и первоклассным спасателем. Появляясь совсем незаметно, он проникал в дебри моего мозга и показывал смешные картинки, которые сопровождались забавными надписями и словами. Незаменимый помощник. Великолепный партнер по жизни. Его Величество Юмор. С бесстрашием доблестного офицера он бросал вызов врагам и хамам, падениям и проблемам, разочарованиям и неудачам. Он никогда не говорил «я рядом». Он просто был. И это важно.

Естественно, что в ситуации с Дженнаро юмор тоже не остался в стороне. Справившись за пару минут с покрывшим мою голову шоком и отсутствием привычного сердцебиения, он подбросил мне довольно интересную идею: «Представь себе GIF-ку…»

– Мадемуазель… – Дженнаро дотронулся до меня с такой заметной осторожностью, как будто боялся, что меня передернет от прикосновения его пальцев.

– Простите… Я просто представляю себе GIF-ку… – выдавила из себя я, когда ко мне вернулся дар речи.

– Что-что вы себе представляете?

Его удивленное выражение лица заставило меня нелепо улыбнуться.

– GIF-ку…

– Какую еще GIF-ку? – Дженнаро явно не был готов к такой реакции.

– Animated GIF-images… Это такие веселые, движущиеся картинки, которые повторяют одно и то же действие…

– Мадемуазель, я знаю, что такое animated GIF-pictures.

– Вот и хорошо! Представьте себе GIF-ку… Старый тоннель. «Rolls Royce». Он без рубашки сидит за рулем. Она без майки на пассажирском сиденье. Они мокрые, потные и без кислорода. В руках у нее «Голубь с зеленым горошком» Пабло Пикассо. Без рамы, конечно. Она переводит ошалевший взгляд с картины на человека, который ее украл… С картины на человека, который ее украл… С картины на человека, который ее украл… Синьор Инганнаморте…