Homo Roboticus? Люди и машины в поисках взаимопонимания - Джон Маркофф

Какое-то время Брадски пытался быть командным игроком, но потом понял, что возвращается в мир компромиссов, который он оставил в Intel.

«Какого черта, – подумал он. – Это не для меня. Надо делать то, что хочется».

Брадски начал думать о возможностях применения роботов в промышленности – от перемещения ящиков до сборки изделий с помощью манипуляторов. Встречи с представителями промышленности показывали, что компании очень ждут роботов. Он заявил генеральному директору Willow, что им нужен план B на случай, если задумка с домашним роботом не выгорит. Директор, хотя и с неохотой, все же позволил Брадски сформировать небольшую группу для проработки возможностей промышленного применения роботов.

Соединив манипуляторы с новой технологией машинного зрения, группа Брадски добилась серьезного прогресса, но он старался поменьше говорить Хассану об успехах. Он знал, стоит только заикнуться об этом и проект тут же будет поставлен на коммерческие рельсы. Ему не хотелось выпасть из «гнезда» Willow Garage, прежде чем он будет готов организовать новое предприятие. В начале 2012 г. один из программистов разболтал основателю Willow Garage об их успехах и интересе промышленности к робототехнике. Хассан послал группе электронное письмо: «Завтра я начну финансировать это, встретимся в пятницу утром».

С Конолиге и несколькими другими сотрудниками при финансовом участии Хассана Брадски создал Industrial Perception, Inc., компанию по разработке специализированных манипуляторов для погрузки-разгрузки грузовиков, например машин для доставки посылок. После ухода Брадски в Industrial Perception лаборатория Willow распалась. Из нее вышли пять компаний, несколько команд, занимающихся стандартами для роботов, и консалтинговая фирма. Это был провал – домашние роботы, если не считать роботов-пылесосов, так и остались далекой целью.

Новая компания Брадски начала работу в промышленном районе Южного Пало-Альто. Штаб-квартира находилась в большом гараже и состояла из разделенного на офисы помещения и большого голого пространства, где находились горы коробок, непрерывно переставляемые роботами. К этому времени Industrial Perception привлекла интерес таких гигантов, как Procter & Gamble, которая стремилась интегрировать технологии автоматизации в свое производство и дистрибуцию. Но главное, у Industrial Perception был потенциальный первый заказчик: гигантская компания по доставке посылок UPS серьезно обдумывала замену роботами рабочих на погрузке и разгрузке грузовиков.

Industrial Perception появилась всего лишь на одной выставке Automatica в Чикаго в январе 2012 г. Оказалось, даже такая реклама была не нужна. Год спустя ее офис посетил Энди Рубин. Он разъезжал по стране, разыскивая и приобретая робототехнические компании. Он говорил тем, кого посещал, что через 10–15 лет Google станет мировой службой доставки информации и товаров. Ему требовались машинное зрение и навигационные технологии, а Industrial Perception успешно интегрировала эти технологии в свои манипуляторы, чтобы они могли перемещать коробки. Наряду с Boston Dynamics и шестью другими компаниями Рубин тайно приобрел и Industrial Perception. О сделках, которые Google считала «несущественными», не объявляли более шести месяцев. Даже когда публика узнала о новых амбициях Google, компания очень сдержанно раскрывала свои планы. Как и в случае с автомобилем, Google помалкивала до тех пор, пока молчание не теряло смысла.

Для Рубина, однако, ситуация скоро изменилась. Он пытался добиться от Google разрешения управлять своим новым стартапом, не придерживаясь того, что, с его нынешней точки зрения, было клаустрофобной корпоративной культурой. Проиграв, он в конце 2014 г. покинул компанию и занялся созданием инкубатора новых идей в сфере потребительской электроники.

Подавляющая часть команды Industrial Perception была интегрирована в новое робототехническое подразделение Google. Брадски, однако, и для Google оказался слишком вольной «дикой уткой», что было совсем неплохо, поскольку Хассан все еще имел на него виды. Он представил Брадски Рони Абовицу, успешному молодому робототехнику, который недавно продал компанию Mako Surgical, разрабатывавшую роботов для помощи неопытным хирургам. Абовиц вынашивал еще более масштабную идею, и ему требовался эксперт по машинному зрению.

Абовиц полагал, что он может заново изобрести персональный компьютер и превратить его в идеальный инструмент усиления разума человека. В случае успеха это открыло бы прямой путь к сближению миров искусственного интеллекта и усиления интеллекта. В Mako Абовиц использовал разнообразные технологии для перевода в цифровую форму навыков лучших хирургов и встраивания их в роботизированного помощника. Это позволяло неопытным хирургам использовать шаблонные действия робота для получения стабильно хороших результатов при проведении сложных операций. Другая ведущая компания в этой сфере, Intuitive Surgical, вышедшая из SRI, продавала роботизированные инструменты с дистанционным управлением, которые позволяли хирургам проводить операции с высокой точностью. Абовиц сосредоточился на тактильной обратной связи, пытаясь объединить человека и робота и таким образом расширить возможности хирурга. Помогало то, что специализацией Mako были операции на костной ткани (основным направлением исследований Intuitive по случайности была хирургия мягких тканей). Кость, более твердый материал, было намного легче «чувствовать» с помощью тактильной обратной связи. В такой системе и машина, и человек раскрывали свои лучшие качества, создавая эффективный симбиоз.

Важно отметить, что такой «симбиотический хирург» – не киборг, получеловек-полумашина. Четкая граница между хирургом и роботом здесь не исчезает. В этом случае человек пользуется помощью роботизированного хирургического инструмента. Киборг – создание, в котором грань между человеком и машиной стирается. Абовиц считал, что «сильный» искусственный интеллект, т. е. машина с интеллектом на уровне человека, чрезвычайно труднодостижимая цель, и нужны десятилетия, чтобы добраться до ее, если это вообще удастся. Из своего опыта разработки робота для помощи хирургу он вынес уверенность, что самый эффективный способ создания систем – это использование искусственного интеллекта для расширения возможностей человека.

Продав Mako Surgical в конце 2013 г. за $1,65 млрд, Абовиц занялся реализацией более масштабного проекта – создания стартапа Magic Leap со скромной целью заменить и телевизоры, и персональные компьютеры технологией, известной как дополненная реальность. В 2013 г. система Magic Leap представляла собой громоздкий шлем. Компания хотела уменьшить систему до размера очков и сделать ее во много раз мощнее, чем Google Glass. Вместо Google Брадски пошел на работу в Magic Leap Абовица.

Уже в 2014 г. появились первые свидетельства того, что Абовиц добился существенного прогресса в объединении искусственного интеллекта и усиления интеллекта. Примером служит Джеральд, 15-сантиметровый анимационный персонаж, парящий на фоне какого-то офисного комплекса в пригороде Майами. Его четыре руки мягко машут, а сам он висит в пространстве и кружится перед зрителем. Джеральда на самом деле там нет, это динамическая проекция, напоминающая трехмерную голограмму. Пользователи могут наблюдать за ним через прозрачные линзы, проецирующие то, что ученые-компьютерщики и инженеры-оптики называют «цифровое световое поле», в глаза зрителя. Хотя Джеральд не существует в реальном мире, Абовиц пытается создать не вызывающие дискомфорта компьютеризированные очки, которые позволяют видеть не только подобные Джеральду анимации. В принципе можно проецировать любой визуальный объект, воспринимаемый человеческим глазом. Когда Абовиц описывает систему Magic Leap, он говорит, что она, например, позволит надевшему очки человеку одним взмахом руки создать экран с высокой разрешающей способностью столь же четкий, как и телевизор. Если очки усовершенствовать, они заменят не только наши телевизоры и компьютеры, но и многие другие окружающие нас гаджеты.