Homo Roboticus? Люди и машины в поисках взаимопонимания - Джон Маркофф

Солсбери представлял поколение студентов, которые вышли из SAIL во время ее расцвета в 1970-е гг. Во время учебы в магистратуре Стэнфорда он превратил манипулятор для совместного с Лабораторией реактивного движения проекта из механического захвата в более похожее на руку человека устройство. Его диссертация была посвящена геометрии манипуляторов, но Солсбери стремился создать что-то работающее. Он не ложился спать всю ночь перед защитой, пока не заставил двигаться все пальцы.

Он получил степень доктора философии в 1982 г., через год после Брукса. Оба в конечном итоге перешли в Массачусетский технологический институт на преподавательскую работу. Там Солсбери вел исследования в области осязания, считая его ключом к решению ряда проблем в робототехнике. Там же он подружился с Марвином Мински и часами спорил с ним о подходах к конструированию рук роботов. Мински хотел усеять руки датчиками, а Солсбери считал, что прочность важнее восприятия, и многие разработки стали компромиссом между этими двумя вариантами.

Как преподаватель в Лаборатории искусственного интеллекта Массачусетского технологического института он работал со студентом Томасом Масси над переносным контроллером, который должен был служить компьютерным интерфейсом, превращающим трехмерные образы в нечто такое, что можно потрогать и почувствовать. Эта технология стирает границу между виртуальным компьютерным миром и реальностью. Масси (позже он стал представляющим Кентукки конгрессменом от Республиканской партии) и его жена, оба инженеры-механики, превратили идею в компанию Sensable Devices, которая создала недорогое тактильное устройство. После академического отпуска, который он взял, чтобы помочь основать Sensable и Intuitive Surgical, расположенный в Кремниевой долине стартап по разработке хирургических роботов, Солсбери вернулся в Стэнфорд, где в 1999 г. создал лабораторию робототехники.

В 2007 г. он со своими студентами Эриком Бергером и Кинаном Вайробеком сделал PR1, или «Персонального робота 1». На машину мало кто обратил внимание. Однако она могла выйти из здания, купить кофе для Солсбери и вернуться. Робот просил Солсбери дать ему денег, затем проходил через три тяжелые двери. Он открывал каждую из них наполовину за ручку и, повернувшись боком, проходил через проем. После этого PR1 шел к лифту, вызывал его, убеждался, что внутри нет людей, входил в кабину, нажимал кнопку третьего этажа и удостоверялся, что лифт доехал до нужного этажа, с помощью визуальных ориентиров. Выйдя из лифта, робот подходил к кофейному автомату, покупал кофе и приносил его в лабораторию, не пролив ни капли и прежде, чем напиток успевал остыть.

PR1 немного смахивал на гигантскую кофейную банку с руками, колесами с электроприводом и стереокамерами вместо глаз. На его создание ушло 18 месяцев и около $300 000. Обычно им дистанционно управлял оператор, за исключением случаев выполнения заранее запрограммированных задач (например, принести кофе или пиво). Он мог держать в каждой руке около 5 кг и выполнять разные работы по дому. На YouTube выложен впечатляющий видеоролик, где PR1 убирает гостиную. Однако им, как и роботом Atlas компании Boston Dynamics, управляет оператор, а видео ускорено в восемь раз, чтобы скорость его движения казалась сопоставимой со скоростью человека^{187}.

Проект PR1 вышел из лаборатории Солсбери в то время, когда молодой преподаватель Стэнфорда Эндрю Ын, эксперт в области машинного зрения и статистических методов, работал над аналогичным, но в большей мере сконцентрированным на программном обеспечении проектом под названием «Стэнфордский робот с искусственным интеллектом», или STAIR. Как-то Ын выступал с докладом о STAIR в рамках программы взаимодействия с промышленными компаниями. В числе слушателей находился выпускник Стэнфорда Скотт Хассан, который разработал для Google алгоритм PageRank, основу поисковой системы компании.

«Пришло время создать робота с искусственным интеллектом», – сказал Ын собравшимся и добавил, что хотел бы видеть робота в каждом доме. Идея нашла отклик у Хассана. Сначала он учился по специальности «информатика» в Университете штата Нью-Йорк в Буффало, а затем занимался по магистерским программам по вычислительной технике в Университете Вашингтона в Сент-Луисе и в Стэнфордском университете, но бросил их, так и не получив степени. Оказавшись на Западном побережье, он принял участие в проекте создания архива интернета Брюстера Кейла, который ставил задачей сохранить копию всех веб-страниц в интернете.

За создание PageRank Ларри Пейдж и Сергей Брин рассчитались с Хассаном акциями компании. Другой свой проект по поиску информации E-Groups Хассан продал компании Yahoo! почти за $500 млн. К тому времени он был очень богатым представителем Кремниевой долины, ищущим интересные проекты.

В 2006 г. Хассан поддержал и Ына, и Солсбери и предложил студентам Солсбери работу в Willow Garage, лаборатории по созданию роботов следующего поколения, в частности беспилотных автомобилей. На взгляд Хассана, домашний робот скорее мог найти свое место на рынке, поэтому он нацелил Willow Garage на создание робота PR2, т. е. на разработку технологии, которая была бы пригодна для других более эффективных проектов.

Себастьян Трун начал устанавливать связи в Кремниевой долине во время творческого отпуска в Университете Карнеги – Меллона несколькими годами ранее. В числе его знакомых был Гари Брадски, эксперт в сфере машинного зрения из Intel Labs в Санта-Кларе. Этот самый крупный в мире производитель микросхем разработал производственную стратегию под названием «точная копия» – подход к созданию новых технологий производства микросхем все меньшего размера. Intel отрабатывала новую технологию на предприятии-прототипе, а затем без изменения переносила ее на массовое производство. Такая организация требовала дисциплины, а Брадски был чем-то вроде «дикой утки» (так в IBM называли сотрудников, которые отказывались лететь в общем строю) в строго регламентированной культуре Intel.

Беглец из сообщества биржевых аналитиков на Восточном побережье, Брадски пришел в Intel в 1996 г. и целый год занимался такими скучными и утомительными задачами, как создание библиотеки программ для обработки изображений. После такого испытания его перевели в исследовательскую лабораторию и допустили к интересным проектам. Брадски вырос в Пало-Альто, а потом уехал в Беркли и Бостонский университет, чтобы изучать физику и искусственный интеллект. Однако сидевший в нем предпринимательский дух Кремниевой долины заставил его вернуться.

Некоторое время Брадски писал научные статьи о машинном зрении, но вскоре понял, что они не дают отдачи. Статьи приносили уважение в таких местах, как Беркли, Стэнфорд и Массачусетский технологический институт, но они мало что значили в остальной части Кремниевой долины. Кроме того, до него дошло, что уникальность Intel – ее финансовые возможности. Этим надо было пользоваться. «Я должен сделать нечто большее», – подумал он.

Проработав в Intel год, Брадски познакомился с русскими программистами высшей квалификации, которые сотрудничали с производителем микросхем по контракту, и понял, что они могут быть для него важным ресурсом. В то время популярность движения за программное обеспечение с открытым исходным кодом была на пике. Брадски, имевший опыт работы в сфере машинного зрения, сориентировался и решил создать библиотеку открытых программных средств машинного зрения. Операционная система Linux наглядно показывала, что доступ программистов всего мира к общему набору инструментов значительно облегчает работу каждого. «Я должен дать всем такой инструмент в области исследования машинного зрения», – решил он.