Загадать желание - Ольга Кай

Мы собирались молча, напряженно. Горыныч сидел на лавке под яблонями. Его никто не трогал, но мы с Алиной попеременно подходили к окошку, вжимались в стекло, пытаясь разглядеть – как он там. Не случилось ли чего. Староста с воеводой обговаривали что-то военное. Леон набирал воду во фляги…

Я завернула в ткань головку свежего сыра и замерла.

– А где Максим?

На мой голос, неожиданно громкий после долгой тишины, обернулись все.

– В корчме, – ответила хозяйка. – Он туда еще вечером пошел. Напился и спит, наверное.

– С чего бы ему напиваться? – удивленно и немного растерянно покачала головой Алина.

Я-то знала, с чего… Зато не попадется сегодня Арису на глаза – и то хорошо. Зачем только воевода придумал у этого наемника имя отбирать? Ну, хотели избавиться – сами бы и прибили где-нибудь по-тихому! Хотя… когда-то все равно пришлось бы исполнять обещанное хозяину леса. Может, так оно и лучше.

Я присела на лавку, рассеянный взгляд остановился на затесавшемся среди клубочков полосатом шарфике, который незаметно следил за нами своими глазками-пуговицами.

– Симпатичный, правда? – хозяйка села напротив и распахнула окно, подставив лицо прохладному ветерку. – Я называю его удавчиком. От незваных гостей выручает исправно. Только обычно я жду, пока все закончится, а потом мы их к берегу тащим и в речке топим.

Шутит, что ли? Подавив желание спросить, с мужем она вместе таскает трупы к реке или все-таки с куклами, я снова уставилась на полочку для рукоделия. Потом – на тряпичных красоток возле кувшина. Вспомнила ту, что сидела в комнате напротив моей кровати. Вздрогнула. Хозяйка заметила – тихо засмеялась.

– Вот-вот. Все видят – никто не догадывается. А если и догадывается – уже поздно бывает.

– Так они живые? – все еще не могла поверить я.

Собеседница кивнула.

– Значит… вы тоже колдунья?

– Ага, – она прищурилась. – Только об этом мало кто знает. И ты ведь тоже никому не расскажешь. Правда?

Я представила себя с симпатичным полосатым шарфиком на шее и торопливо кивнула.

Немного погодя мужчины решили, что пора отправляться в путь, и Леон, подхватив Алинкин рюкзак, позвал нас на двор.

Налетевший ветер сбил последние лепестки с отцветающих яблонь. Было холодно. Арис, не более хмурый, чем обычно, держал в поводу трех лошадей, одна из которых предназначалась для воеводы, две другие – нам с Алиной. Или для поклажи, как получится.

Староста и его колдунья-жена провели нас до ворот. Туман полз от реки, после шумной ночи поселок не спешил просыпаться. Тишина… И лишь ветер в листьях.

– Берегите себя, – колдунья легонько обняла нас с Алинкой, а потом достала из кармана небольшой полотняный сверток и сунула мне в руки:

– Спрячь пока, не выкидывай. Может и пригодится в дороге.

Наш путь лежал как раз мимо местной корчмы. Я все боялась, что Максим, как назло, решит выйти оттуда, в то время как мы будем проезжать рядом, и потому пристально смотрела на приоткрытую дверь заведения. Но из двери, покачиваясь, выполз только какой-то мужик, да так и пристроился досыпать под ступеньками, прямо на земле. Мы проехали корчму, и я облегченно перевела дыхание.

– Доброе утро! – Максим появился неожиданно прямо перед нами – вышел из калитки небольшого опрятного домика на отшибе. Растрепанный, рубаха как следует не заправлена, волосы мокрые, словно только что мылся. Встал у обочины. – Уже уезжаете?

– Как видишь, – Леон остановился. Мы с Алиной – тоже. Воевода и Арис, ведя лошадей, отошли подальше и встали немного впереди, поджидая нас.

– Я все-таки надеялся, что вы меня с собой возьмете, – Макс провел ладонью по лицу, стирая неподсохшие капли. – Я понимаю, что вы – друзья, – он глянул в сторону Горыныча с воеводой, – но нельзя же, вот так, вслепую…

– На то и друзья, – тихо возразила Алинка.

– Это все романтика, – отмахнулся Макс и посерьезнел, – до первого удара в спину. От друга.

Помолчал немного.

– Ты ему действительно веришь? Настолько, что забудешь все подозрения, и про Мишку, которого я не знал, и про Лизу Ерошину. Ты ведь помнишь, что она рассказывала? Если даже до меня, чужака, слухи дошли, то, наверное, вся Раслава знала. Так что смерть ее мужа очень похожа на убийство из мести.

Леон поглядел Арису в спину.

– Ему я верю больше, чем другим, – сказал. – Извини, Максим, это не значит, что я тебе не доверяю. Просто Арис против, а тайна общая. Не держи обиды.

– Да какая там обида! – отмахнулся Максим. – Придумали себе великую тайну! Я же не дурак, понимаю, что с таким серьезным видом вы, по меньшей мере, собираетесь спасать мир. И наверняка решили, что сделать это можно, только побывав в Иванцово, ведь там еще могли остаться эти стекляшки, исполняющие желания.

Мы смотрели на него молча. Вспомнилась зимняя ночь в землянке, долгий разговор, когда я предложила найти шар желаний и загадать что-нибудь такое, чтобы в обоих мирах – нашем и здешнем – все наконец-то встало на свои места. Максиму наши озадаченные лица показались забавными, он улыбнулся. Получилось невесело.