Загадать желание - Ольга Кай

Когда-то богатая и процветающая Раслава вовсю торговала не только чудесами своих колдунов, но и принимала купцов с товарами. Рынок возле города был одним из самых больших в стране. Из-за гор, расположенных на юго-востоке, тоже прибывали караваны. Они ехали по хорошей дороге, нередко нанимая колдунов в охрану: от перевала до города и обратно.

На дорогу мы не выходили, шли стороной. Благо погода не портилась, и ночевать можно было в лесу. Арис сказал, что через несколько дней сможет достать нам лошадей у одного верного человека, потому как пешком до предгорья путь долог. Что ждет нас там, где в лесах, полях, реках и болотах еще живут те существа, которых теперь под одну гребенку всех называют нечистью, никто не знал.

В первый же вечер Горыныч предупредил нас, чтобы в лесу были осторожны, без надобности ничего не ломали, не срывали, не топтали…

– И вообще на землю лишний раз не ступали, а лучше – и не дышали, – пробурчала я. На маленькой уютной полянке чернел круг от кострища, но мы еще недалеко ушли от хутора и опасались подать знак возможным преследователям, а потому обошлись на ужин сухим пайком. – Эх, жалко, у вас драконы не водятся. Оседлали бы одного – вмиг домчали!

– Это кто бы оседлал? – поинтересовался Горыныч.

– Ты, конечно, – мы с Алиной расстелили карематы и уютно расположились почти вплотную друг к другу. – Дракон – это ведь тоже… как ящерица, только с крыльями и большая.

– Мысль, конечно, хорошая, но драконов у нас нет, – Леон устроился на сложенном одеяле, захваченном из нашего дома в Осинках. – Большие Змеи когда-то водились в горах, но о них уже лет десять не слышно.

– После того, как Горыныч последнему из них голову отрубил, – просветила я Алинку.

– Правда? – заинтересовалась подруга.

– Не знаю. Но очень надеюсь, что сейчас нам кто-нибудь расскажет.

Мы затаились и ждали. Мужчины молчали, потом Леон, сжалившись над нами, тихонько позвал:

– Арис!..

– Он уже дохлый был, змей этот, – проворчал Горыныч. Он лежал на земле, подложив руки под голову, и смотрел в небо, где светлячками загорались звезды.

– А зачем тебе его голова понадобилась? – спросила я.

– Продать. Или обменять. Вдруг бы кому глянулась.

– И как? Обменял?

– Нет.

– Чего так?

– Не донес.

– А чего не донес? И куда ты ее нес?

Рядышком захихикали.

– Женя, прекрати! – подруга обняла меня, придвигаясь ближе, чтоб согреться. Это после, засыпая, мы начнем пихаться локтями и располземся в стороны – не получается у нас спать в обнимку! Но сейчас нам было тепло и уютно. – Прямо допрос устроила. Захочет, сам расскажет. Правда, Арис?

– Не захочет он.

Горыныч нам отвечать не стал. Но в этот раз наверняка был со мною согласен.

Ночью я проснулась от холода. Алинка перетянула на себя мой спальник-одеяло, укрылась по самые уши – только ноги торчат. Было темно и тихо. Леон спал на боку, отвернувшись, положив пальцы на рукоять меча, словно в любой момент готов вскочить и защищать от кого и чего угодно.

Лунный свет мягко касался причудливых очертаний древесных крон, стволов, травы. Старый покрученный пенек стал похож на носатое чудище с недоброй ухмылкой. Эта ухмылка меня напугала, пришлось долго вглядываться в нечеткие контуры, чтобы убедиться – нет никакого чудища. Показалось.

Я вздохнула облегченно, и в этот миг пенек подскочил на месте и, шустро перебирая короткими корешками, юркнул в лес.

Там, где исчез оживший пенек, среди деревьев, проступая из черноты, виднелся бледный силуэт: длинное платье, словно дымка, треугольное лицо и глаза на нем – темными ямами.