Волк по имени Ромео. Как дикий зверь покорил сердца целого города - Ник Дженс

Ноябрь 2010

Весну сменило лето, а на смену лету пришла осень. Даты судебных заседаний для Майерса и Пикока дважды откладывали по просьбе адвоката защиты Дэвида Малле: надежная, если не сказать циничная, стратегия, основанная на уверенности, что по прошествии времени интерес публики к этому делу ослабнет^[88]. Прошел уже год с момента гибели волка. Разногласия по поводу даты судебных заседаний привели к тому, что их отодвинули на еще более поздний срок^[89], ^[90].

Несмотря на то что суд все время откладывался, а Майерс (как он потом сам признался в суде), на удивление, не заметил сильной волны негодования в свой адрес, все же местное правосудие пусть и по мелочам, но вершилось. Согласно поступавшей информации, Майерса то и дело пихали и избивали у бара за его бахвальство в связи с убийством волка. А кассир в продуктовом магазине рассказала мне, что она видела, как из торгового центра вызвали службу охраны в бар «Супер Бэа», чтобы защитить Майерса от парня, который узнал его по фотографии в газете и стал угрожать^[91].

Кроме того, через несколько месяцев ко мне подошла незнакомая женщина и рассказала свою историю встречи с Майерсом. У нее спустило колесо рядом с аэропортом, и какой-то мужчина остановился, чтобы помочь ей. Устанавливая домкрат, он спросил, каково это ей принимать помощь от убийцы Ромео, и тогда она узнала его по снимку в «Эмпайер». Потрясенная, она немедленно отказалась от его помощи^[92].

Были и куда более серьезные последствия его деяния: Парк Майерс потерял работу в пивоварне по причинам, о которых не сообщалось открыто. После этого Парк попрошайничал и перебивался случайными заработками, а Пэм Майерс, уволившись из ветеринарной клиники, устроилась работать кассиром в бар «Супер Бэа». Некоторые жители Джуно стали помогать им, чем могли – от продуктов до предложений работы, и Парк Майерс давил на жалость на полную катушку. Он был мастером рассказывать разные плаксивые истории: про сфабрикованные против него факты и про то, как он страдал от преследований (которых фактически не было), что ему грозило лишение имущества по суду, чего, естественно, и в помине не было. Кто-то слышал, как Парк хвалился, что они обманули банк и жили, не платя ренту за квартиру. «Он дурачил меня, – рассказывал Джон Стетсон, протянувший ему руку помощи, которую «укусил» его неблагодарный сосед. – Я узнал его истинное лицо»^[93].