Собака в подарок - Сьюзан Петик

Все шестеро волонтеров получили по заданию и ушли в ночь вместе с Диланом, Джеком и Джадом Фрименом. Уэндел настаивал на том, чтобы пойти с ними, но Рене напомнила ему, что взрослые должны оставаться и в доме для того, чтобы отвечать на телефонные звонки и следить за детьми – и если Кирана найдут, ей надо будет иметь возможность сразу же отправиться к нему. Не желая ранить гордость своего отца, она решила не говорить ему, что поисковой партии совсем ни к чему беспокоиться еще и о том, как бы еще и он не поскользнулся на льду и не остался лежать на снегу.

После того как все ушли, комната показалась Рене слишком большой, у нее появилось такое чувство, что до дивана, на котором сидели девочки, так далеко, что ей надо будет закричать, чтобы они ее услышали. Она начала ходить взад и вперед, собирая пустые бумажные стаканчики из-под кофе, бросая их в мусорное ведро и пытаясь вспомнить, не говорил ли Киран чего-нибудь такого, что могло бы указать на то, куда именно он пошел. Все, разумеется, отлично понимали причину, заставившую его убежать. Он отправился на поиски Макса.

Рене винила в этом себя. Ей следовало сказать Кирану правду, вместо того чтобы представлять дело так, будто пес просто убежал, когда помощник шерифа пытался отвести его в приют. К тому же, вспомнив тот разговор на повышенных тонах, который она и остальные взрослые вели между собой в гостиной после того, как он пошел спать, она поняла, что их громкие голоса, должно быть, были слышны и в спальне Уэндела, где на диване лежал Киран. Она закрыла глаза, и ее тело сотрясла дрожь, когда она представила себе своего младшего сына, застигнутого бураном во время розысков пса, которого, возможно, даже уже нет в живых. Если бы только Макс вернулся к себе домой, ничего этого бы не случилось.

Рене посмотрела на Меган:

– Я позвоню Трэвису.

– Зачем? Он же сказал тебе, что позвонит, если пес вернется домой.

– Знаю, – сказала Рене, находя в контактах его номер. – Но, может быть, он решил, что уже слишком поздно, чтобы звонить.

– Алло?

Голос Трэвиса звучал хрипло и сонно, и Рене сразу же пожалела, что не прислушалась к совету невестки. Но теперь, когда Трэвис все равно уже не спит, прервать связь, так ничего и не сказав, будет еще хуже, чем задать ему глупый вопрос.

– Привет, – сказала она. – Простите, что беспокою вас, но я хотела узнать, вернулся ли Макс домой.

– Нет, – ответил Трэвис. – Я так его и не видел. А вы?

Рене сглотнула и попыталась говорить ровным тоном.

– Нет, – сказала она, – я его тоже не видела. И Киран…

Ее голос дрогнул.

– Что с Кираном? Рене, что произошло?

Рене покачала головой.

– Он убежал. Мы думаем… мы думаем, что он отправился на поиски Макса.

– Я сейчас приеду.

– В этом нет нужды, – сказала она. – Помощник шерифа и группа волонтеров уже ищут его.

– Я знаю, что нужды нет – я просто хочу к вам приехать. Дайте мне минутку, чтобы что-нибудь надеть, и я немедля буду у вас.

Она кивнула, чувствуя облегчение и благодарность, несмотря на то что понимала, что его приезд, вероятно, ничего не изменит. Если им не удастся как-то догадаться, куда именно отправился Киран, единственное, что им останется, так это предоставить волонтерам обыскивать местность и ждать, когда привезут поисковую собаку.

В парадную дверь кто-то постучал, потом открыл ее и вошел в прихожую.

– Привет, – сказал приятный женский голос. – Есть кто-нибудь дома?

Рене подняла глаза и увидела, как в кухню входит Мэгги МакРэй с большой коробкой в руках.

– Я принесла еды для ваших волонтеров, – сказала она, открывая крышку. – Тут пончики, сладкие булочки, пара термосов с кофе плюс сандвичи на тот случай, если поиски продлятся долго.

Она достала из коробки поднос с сандвичами и открыла холодильник.

– Можно я поставлю их сюда?

– Ставьте, – ответила Рене, – если сможете найти для них место.

– Места будет достаточно, если вынуть отсюда индейку, – сказала Мэгги, выдернув птицу наружу. – В фургоне у меня есть сумка-холодильник. Можете подержать индейку в ней, пока не придет время ставить ее в духовку.

Она поставила поднос с сандвичами на полку и закрыла дверцу.

– Я скоро вернусь.

С тех пор, как Мэгги вошла в дом, Уэндел, ходя кругами, подходил к ней все ближе и как раз стоял за ней, когда она повернулась, чтобы уйти.

– О, привет, Уэндел, – сказала она, стремительно пройдя мимо.

Он посмотрел ей вслед, потом повернулся, удивленно разинув рот.

– Кто эта женщина?

– В каком смысле кто? Это Мэгги МакРэй.

Он оглянулся через плечо.

– Это была Мэгги?

– Да, – ответила Рене. – А что?

Уэндел взглянул на мятую одежду, которую он в спешке натянул, встав с кровати, и заметно побледнел.

– Я вернусь через минуту.

* * *

Уэндел и Мэгги сидели на кухне и угощались пончиками, когда приехал Трэвис. Двое из наиболее опытных волонтеров уже вернулись, чтобы свериться с картой, прежде чем начать обыскивать другой квадрат местности, а Джек и Дилан наливали кофе в термос, прежде чем также опять отправиться на поиски Кирана. Грейс и МакКенна ушли спать, а Меган укачивала Лили на коленях, надеясь, что заснет и она. Когда Рене увидела Трэвиса, идущего по пешеходной дорожке к парадной двери, она тут же распахнула ее.

Он настоящая услада для глаз, подумала она. Он был одет по погоде в теплую удлиненную куртку с капюшоном и джинсы, и решимость на его лице казалась еще более непреклонной благодаря щетине на подбородке, и в то же время оно казалось мягче из-за нежной заботы, которая светилась в его глазах. Одним словом, он выглядел именно так, как может выглядеть мужчина, которого хочешь видеть рядом, когда приходит беда.

Рене отступила назад, и он вошел, быстро оглядев кухню, в которую был перенесен командный пункт.

– Насколько я понимаю, он еще не вернулся, – сказал он.

Рене покачала головой, чувствуя, что к ее глазам опять подступают слезы.

Трэвис глубоко вздохнул.

– Итак, чем я могу помочь?

Рене пожала плечами.

– Точно не знаю, – сказала она, оглядевшись вокруг. – Все уже ушли по двое человек на каждый квадрат, так что на данный момент у вас нет напарника, с которым вы могли бы отправиться на поиски. А мы здесь просто ждем, когда зазвонит телефон, и ожидаем прибытия поисковой собаки.

Он стянул с рук перчатки и положил их в карман.

– В таком случае, – сказал он, – нам надо поговорить.

Она проводила его в гостиную и села на диван, гадая, о чем он хочет с ней поговорить. У Трэвиса был такой серьезный вид, что она испугалась, что он желает сообщить ей что-то плохое. Но она тут же напомнила себе: что бы это ни было, это не может быть хуже того, что уже произошло, и пусть хоть что-то отвлечет ее от тревоги за Кирана.