Персональный апокалипсис - Татьяна Коган

– А что бы ты хотела?

Тина хитро улыбнулась:

– Я бы хотела братика!

Алекс многозначительно подмигнул жене:

– Шоколадная, а ведь хорошая идея. Надо бы нам над этим поработать. За результат не ручаюсь, но процесс обеспечу.

Из окна ресторана открывался вид на мохнатый сосновый лес и петлявшую между скал дорогу. Солнце клонилось к закату, разливая по небу розовые всполохи. Андрей планировал двинуться в обратный путь пораньше, но Софочка внезапно прониклась величием леса и пожелала прогуляться еще часок-другой. В итоге умаялась так, что, плюхнувшись в мягкое кресло в кафе на припарковой территории, прилипла намертво.

– Давай посидим еще десять минут, ладно?

– Соня, было уже десять раз по десять.

– У меня нет сил дойти до машины, – драматично вздохнула она. – Пожалей меня.

– Прямо здесь?

– Держите вашего коня в стойле, мистер, – хихикнула Соня и ойкнула, когда Андрей наклонился, поднял ее на руки и понес к выходу. Она обхватила его ногами и руками, повиснув, как коала на эвкалипте, и положила голову на плечо.

Когда выехали на трассу, уже стемнело. Софья прислонилась виском к стеклу и следила, как фары высвечивают идущую под уклон ленту дороги.

Андрей свернул на шоссе 1–5, проехал минут десять, и вдруг машину стало резко уводить в сторону с характерным шлепающим звуком. Аккуратно затормозить не получилось, автомобиль тряхнуло.

Он выбрался из машины и осмотрел колеса – переднее левое было спущено.

– Что там? – спросила Софочка, потягиваясь.

– Похоже, мы напоролись на стекло или гвоздь, черт знает. Шину пробило, – объяснил он.

– И что теперь делать?

– Менять колесо. Запаска есть. Придется повозиться.

Пока Андрей доставал инструмент, Софочка разглядывала его, опершись на капот. Сейчас на нем были джинсы и тесная футболка, которую очень хотелось задрать, чтобы погладить плоский живот. Впрочем, когда Немов надевал деловой костюм, у нее возникало похожее желание: расстегнуть пуговицы на его рубашке, схватить за галстук и потащить в укромное место.

Пикник затянулся допоздна. Волны лениво набегали на опустевший пляж, троица вышагивала вдоль берега, созерцая закат. В Калифорнии каждый вечер солнце садится по-новому, никогда не повторяясь. Подобно гениальному художнику смешивает краски, создавая уникальные оттенки. Мэдди ощущала теплую ладонь мужа на своем плече, глядела на собиравшую мелкие камешки дочь и мурлыкала от удовольствия.

Они засобирались, когда над озером сгустились сумерки. Выкинули мусор, побросали вещи в багажник и выехали на шоссе 1–5. Разместившаяся на заднем сиденье Тина затянула попсовую песенку. Голос был тоненький, но сильный. Мамино наследство. Алекс положил ладонь на коленку Мэдди и пожал:

– Спасибо. Это был идеальный день.

– Надеюсь, завтра утром у меня будут причины сказать: «Спасибо, это была идеальная ночь»? – пошутила та.

Прямая дорога неслась в фиолетовой полутьме; за окном стеной возвышались темные очертания гор; где-то вдалеке угадывались мерцающие огни Лос-Анджелеса. Машин на трассе было немного, но кто-то умудрился напороться на неприятности. На обочине стоял автомобиль с включенной аварийкой. Алекс проехал мимо, но почувствовал укол совести. Мало ли, вдруг человеку помощь нужна. Дал задний ход.

Мужчина в светлой футболке сидел на корточках и орудовал домкратом, намереваясь поменять колесо, – запаска лежала на земле. Рядом стояла юная рыжеволосая девушка и наблюдала за процессом.

Алекс выбрался из машины:

– Хей, ребята! Помощь нужна?

– Спасибо, не откажемся! – ответил Андрей и поднял глаза.