Книжная жизнь Нины Хилл - Эбби Ваксман

– А что там, в гараже? – спросила Нина. Ей вспомнилась телевизионная передача, в которой продают на аукционе ящики с неизвестным содержимым. Что ей достанется? Несколько разбитых настольных ламп и альбом с марками? Отрезанная голова в большой стеклянной банке? Нина поняла, что это из какого-то фильма, и попыталась вспомнить его.

Саркасян казался слегка смущенным.

– Ну, Уильям был необычным человеком, склонным к романтичным идеям и жестам.

– Гараж полон шоколада? – Нина была нисколько не против такого варианта. – Шампанского?

– Нет.

– Роз?

– Нет.

Внезапно у Нины вспыхнула надежда.

– Котят? – она понимала, что это маловероятно, просто ей всегда хотелось котят.

Поверенный кашлянул:

– Нет. В гараже «Понтиак Транс Ам» 1982 года.

Нина уставилась на него непонимающим взглядом, потом в ее голове всплыл факт.

– Подождите, как в «Рыцаре дорог»^[32]?

– В точности. Черный «Понтиак Файрберд Транс Ам».

– Он оставил мне КИТТа? – в памяти Нины тут же вспыхнули счастливые вечера, когда она лежала на ковре перед телевизором, слушая, как Луиза вполголоса комментирует кожаные штаны Дэвида Хассельхоффа. – Он что, думал, я одинокий крестоносец в опасном мире?

– Боже, – изумленным голосом произнесла Лидия. – Он оставил тебе машину?

– Можешь ее забрать. Мне она не нужна.

Нина не кривила душой. Ее не интересовали машины, она почти никогда не водила. Кстати, голова в банке, как она вспомнила, была из «Молчания ягнят».

Лидия покачала головой. Ее явно взволновала эта новость.

– Гораздо приятнее получить машину с искусственным интеллектом, чем деньги.

Нина посмотрела на нее.

– Это не настоящая машина с искусственным интеллектом. Это просто машина, – она повернулась к Саркасяну. – Хотя к ней прилагается эта штука на запястье для дистанционного управления, я точно оставляю ее себе.

– Я знаю, – презрительно бросила Лидия. – Но нам всем он оставил только деньги.

Последовало молчание.

– Может быть, он думал, что тебя заботят только его деньги, – тихо сказала Элиза.

– Ну, в таком случае он был не прав. Но откуда ему было знать, ведь он никогда не спрашивал о моей жизни, – Лидия огляделась. – Никто из вас никогда ни о чем меня не спрашивал.

Снова последовало неловкое молчание, потом Саркасян кашлянул и произнес:

– В любом случае, оставит ли Нина машину себе или нет, в завещании ясно сказано, что она должна как минимум раз проехать на ней как водитель, прежде чем продать или подарить.

Нина нахмурилась:

– Разве юридически возможно ставить такие условия? Мы что, в фильме «Миллионы Брюстера»?

Поверенный явно не увлекался абсурдными голливудскими комедиями на юридические темы, потому что посмотрел на нее с крохотной складкой между бровями.

– Не понимаю, о чем вы. Вот ключи. Пожалуйста, будьте поласковее с механиком: он превосходно заботился о машине последние двадцать лет. Когда я сообщил ему о завещании, он понадеялся, что вас не смогут найти, – заключил он и придвинул к ней ключи через стол, и внезапно Нину посетила ужасная мысль.

– Я не умею ездить на машинах с механической коробкой.

Он поднял брови, и дурацкая складка разгладилась.

– Вот и научитесь.

* * *

Сидя в такси, везущем ее домой, Нина проверила телефон. Никаких уведомлений. Под влиянием настроения она отправила сообщение Тому.

«Привет, я только что унаследовала машину».

Ответа не последовало. Может, он работает?

«Понтиак Файрберд» 1982 года. Как КИТТ из «Рыцаря дорог».

Опять нет ответа. Может, он занят?

«Хотя, конечно, он не говорит голосом Уильяма Дэниелса, так что, сам понимаешь…»

Молчание. Может, он с кем-то еще?

Она посмотрела в окно, глядя на все парочки, гуляющие, держащиеся за руки, улыбающиеся друг другу или просто сидящие друг против друга и проверяющие телефоны. Ей всегда нравилось быть одной, отдельной ото всех, когда все вокруг скапливались вместе, как плесень в давно немытой кофейной чашке. Но теперь ей стало одиноко.

Она наклонилась к водителю:

– Эй, мы можем изменить место назначения?

Тот встретился с ней взглядом через зеркало заднего вида:

– Конечно, но вам придется сделать это через приложение.

– А я не могу просто сказать вам? Словами?

Он покачал головой.

– Конечно, вы можете сказать словами или показать знаками, или отправить мне голубя с листком пергамента, но, чтобы я изменил маршрут, вам нужно сделать это через приложение, – подытожил он и пожал плечами, снова глядя на дорогу. – Несмотря на то что нас разделяет всего полметра, наши взаимоотношения требуют посредничества компьютерной системы, расположенной в серверном парке, в котором мы с вами никогда не окажемся. Так технологии разделяют нас, подрывают наше доверие друг к другу и ведут наш вид в такое будущее, где мы будем видеть друг друга только на экране, разговаривать только при помощи знаков, а идеями будут владеть компании, которыми управляют алгоритмы.

Нина с минуту смотрела ему в затылок:

– То есть… через приложение, да?

– Ага.