Стингрей в Зазеркалье - Мэдисон Стингрей

На четвертом месяце мы узнали, что родится девочка. Я была на седьмом небе от счастья. И вдруг я поняла, что хочу, чтобы мы с Сашей поженились, чтобы будущий ангел родился в полноценной семье. Еще спустя пару дней мы стояли вместе с моими родителями в здании окружного суда Беверли-Хиллз, и судья поженил нас в свой обеденный перерыв. Ничего общего с приготовлениями и треволнениями моей первой свадьбы, но мне это казалось правильным и уместным.

С каждым месяцем петь в студии становилось труднее и труднее. Сильно возросший вес не позволял брать высокие ноты. Звукорежиссер на записи, Фрэнк, вспоминает, как Саша заставлял меня вновь и вновь перепевать высокий по тону кусок в песне Up All Night, пока я, наконец, не взмолилась:

– Саша, малышка за это отомстит и не даст МНЕ спать всю ночь!

Из Москвы сообщили, что так как договор на новую серию программ «Red Wave представляет» уже подписан, то они выпустят в эфир еще 12 передач. Заручившись согласием врача, холодным январским днем я полетела в Москву и следующие три недели провела там, монтируя программу в квартире на первом этаже в центре города. Рожать я намеревалась, конечно же, в Штатах, но потом думала вернуться с ребенком в Россию и продолжать там жить и работать.

И вдруг это случилось. Через открытую форточку студии я набрала полные легкие дизельных выхлопов. Меня чуть не стошнило. Я попросила звукорежиссера сходить во двор, выяснить, что там происходит. Он возвращается и говорит, что во дворе стоит грузовик с дизельным двигателем, и сидящий в кабине водитель держит двигатель включенным, чтобы не замерзнуть.

– А выключить его он не может? – задыхаясь от кашля, спросила я.

– Ну, здесь так принято, – пожимая плечами, ответил звукорежиссер.

«Да, конечно, здесь так принято», – смиренно повторила я про себя.

Впервые я задумалась: может быть, все же разумнее будет растить моего ребенка не в России.

Измученная, я вернулась в квартиру и весь следующий день паковала вещи, чтобы лететь домой. Выглянув в окно и увидев там сумрачное зимнее небо, простирающееся над огромной страной, которую я уже привыкла называть домом, я вдруг поняла, что, наконец, нашла то, в поисках чего приехала сюда в восьмидесятые. Я нашла друзей, нашла цель в жизни, нашла семью. Но главное – в этом сложном, безумном мире я нашла себя. И женщина, которой я стала, мне нравилась.