Саур-Могила. Военные дневники (сборник) - Андрей Пальваль

Подошёл к кассе:

– Здравствуйте, до Волновахи билет сколько стоит?

– Пятнадцать пятьдесят (кстати, про копейки не уверен уже) – хорошо, в двадцатку укладываюсь.

– А у меня ещё такой вопрос. У меня украли документы.

– ??? Это плохо…

– Да, пофестивалил с незнакомыми. Проснулся без мобилы, документов и денег. Только двадцатка в кармане была, она осталась.

Кассир посочувствовала мне.

– Так вот вопрос. Там блокпост перед Волновахой есть сейчас? Я доеду – восстановлю. Но сейчас мне лучше не попадаться на проверки.

– Утром не было. Сейчас… Предыдущий рейс ездил, блокпоста нет.

– Хорошо. Дайте мне билет до Волновахи.

С билетом, четырьмя гривнями и пятьюдесятью копейками я вышел на улицу. Был солнечный жаркий день, и моя новая субличность начала сильно требовать пива. Поправив сползавшие треники, расслабленной походкой (усталость и мозоли, спрятанные под носками, помогали) я зашёл в магазин. Увы, на пиво уже не хватало, только на минералку. А воды у меня и так две бутылки было. Оставалось ждать на остановке автобуса, до которого оставалось полчаса.

К скамейке подошла худая кошка. Я отрезал ей маленький кусочек колбасы, который она начала жадно есть.

– Так ты, оказывается, голодная, раз так ешь.

– Такую колбасу я сама так бы ела, – Отозвалась пожилая женщина рядом.

Отдать ей колбасу я не мог, неизвестно, что у меня самого дальше будет. Но образ, созданный легендой внутри меня хотел пива:

– А я б щас пива выпил. Нет пива? Меняю на колбасу.

– Нет, пива нет.

– Жаль…

В автобусе я устроился у окна, достал бутылку воды и сделал несколько глотков. По легенде у меня был сушняк. Рядом села симпатичная молодая женщина. Ухоженная, с маникюром и золотыми украшениями. Я посмотрел на свои страшные отросшие ногти, вспомнил свой затрапезный вид и улыбнулся про себя. Через какое-то время мы с ней разговорились, и она дала мне свой телефон.

– Алло.

– Ира, это я, Андрей. С другого телефона.

– Что у тебя с голосом?

– Да забухал вчера. Не важно. Скажи Косте, пусть на этот номер перезвонит.

Передал трубку девушке:

– Спасибо, сейчас должны перезвонить. Я попросил, чтоб Ваши минуты не тратить.

– Но я выхожу скоро, мне до Николаевки.

– Надеюсь, успеют.

Получается так, что я звонил незадолго до её выхода и перезвонить командир не успел. Выходя, она спросила:

– Что передать, когда позвонят?

– Скажите, что я им ещё позвоню, с Волновахи.

Перед Волновахой мы проехали пустой блокпост. Ни ВСУ, ни нацгвардии на нем уже не было. Но россиян или «днр-овцев» не было тоже. Я выдохнул. На автостанции я оставил одну бутылку с водой. Вышел и осмотрелся. Церковь. Закрытый боковой вход с площадкой, на которой можно будет разместиться присесть. А вон магазинчик и чай-кофе. Зайду-ка туда.

В магазине я собирался выпить чая, но, увидев, что есть кофе-машина и чашечка эспрессо стоит четыре гривни, заказал его. Попросил у продавщицы телефон, позвонил Ире опять. На этот раз процедура уже была отработана – хватило одной фразы. После этого сидел, наслаждался кофе и ждал звонка от «Вихря». Я не мог скрыть восторга, ещё бы, вкусный натуральный кофе, после долгого периода. Пока я выяснял, на каком сорте был приготовлен эспрессо, зазвонил телефон у продавщицы.

– Алло… это, наверное, Вас, – сказала она, протягивая мне трубку.

– Алло, Костян, привет. – Я не мог говорить прямым текстом при других людях.

– Привет, где ты сейчас?

– В Волновахе. Мы тут с пацанами фестивалили… ну, в общем, они в участке, ты понял? А я тут без денег и документов. Выручай, брат…

– Я сейчас далеко от Волновахи, надо делать крюк в пятьсот километров. Наши все в Мариуполе, в аэропорту собираются. Ты сможешь туда попасть?

Я прикинул свои шансы добраться до Марика…

– Неее братишка, я туда не пойду. Меня надо сейчас отсюда вытаскивать.

– Хорошо, я что-нибудь придумаю. Скажи, ты там сколько можешь находиться?

– Ну, до вечера смогу, – про себя я подумал, что если не получится, то ночью рвану на запад.

– Скажи, где ты будешь ждать?

Я дал «Вихрю» ориентировку на место, где собирался ждать, по отношению к церкви и автостанции. После этого, поблагодарив продавщицу, вышел и расположился сбоку от автостанции так, чтоб магазин был в прямой видимости.

На столбах возле остановки виднелись перечёркнутые украинские флажки (одни рисовали, другие зарисовывали) и корявые надписи за «днр».

Подошла незнакомая бабушка, попросила попить, а то жарко невыносимо. Я поделился водой. Глядя, как она пьёт, пожалел, что оставил вторую бутылку.

Спустя время решил перекусить. Пока жевал, слушал, как гусеничная техника ездит по соседним улицам. Звук от одной машины был совсем близко, похоже, она остановилась за зданием станции. Интересно, это уже россияне вошли в город? А может, ВСУ?

Я взял пакет и обошёл угол здания станции. На улице стояла БМП с украинским флагом, броня была занята сверху военными, сзади была прицеплена пушка, похожая на рапиру. Мне хотелось побежать и запрыгнуть на броню. Но кто его знает, как бы они меня восприняли в этом виде? Куда они ехали? Были ли у них места? Если я побегу, но не уеду с ними, то окажусь в очень плохой ситуации – вокруг сепары, а это, похоже, БМП с нашими в этом городе. Лучше, наверное, подождать «Вихря», так надёжнее. В крайнем случае свалю из города по-тихому. До «бэхи» было метров 50–100. И, пока я так размышлял, она сорвалась с места и уехала.

На углу автостанции стояли два крепких парня. Пили что-то слабоалкогольное из жестяных банок, наподобие Revo. Я уже раз проходил их, когда шёл посмотреть на шум, а теперь понял, что они внимательно на меня смотрят. Было ясно, что не получится просто пройти мимо них второй раз.

– Ну что? Сваливают, похоже? – бросил я первым, проходя рядом.

– Да, пи…да им теперь. С…кам, после всего, что они сделали.

Ну что ж, позиция обозначена, «двое сбоку, наших нет». Я не стал спрашивать, «а что они сделали?», чтобы не стать в их глазах укропом. Возможно, он имел в виду что-то вроде «бомбить донбасс». А может, и правда, накосячили по-местному. Где толпа мужиков с оружием, всегда что-то случается, особенно во время войны. Не всем же быть воинами света. Но одно уже было понятно – украинская армия для этих двоих была чужой.

Парень же, продолжая на на меня смотреть:

– А ты откуда?

– Да я тут кента жду, должен меня подобрать.

– Кент – это хорошо, а ты сам откуда?