Триумф Рози - Грэм Симсион

— Телепатия. Вполне приемлемо предложить одно фантастическое допущение или открытие как основу для фабулы. Применение специальной теории относительности в контексте мгновенной коммуникации подано правдоподобно.

— Ты ее читал?

— «Будет скафандр — будут и путешествия» лучше, но «Время для звезд» — подходящий пример.

— Ты же говорил, что не читаешь фантастику.

— Сейчас — нет. Я читал ее в тот период, когда был чрезвычайно несчастен.

— Чтобы ты мог вообразить, будто ты где-то в другом месте?

— Совершенно верно.

— А почему ты был несчастен?

— Из-за нехватки друзей. Но мы сейчас не об этом. Итак, в книге мальчик, умеющий телепатически общаться со своим братом-близнецом, вынужден отправиться в космос — без полагающейся нормальному астронавту подготовки. Времени хватает лишь на то, чтобы научить его самому важному — навыкам выживания во враждебной среде.

Хадсон засмеялся:

— В старших классах.

— Совершенно верно.

Люди с аутизмом плохо схватывают аналогии.

— Его главная сила — способность к телепатическому общению, и окружающим приходится с этим считаться. Тут можно провести сравнение с твоими умениями в области математики или программирования. Но от телепатии не будет никакой пользы, если герой допустит какую-то элементарную ошибку и погибнет от кислородного голодания или не сумеет правильно применить оружие в борьбе с инопланетянином.

— Не думаю, чтобы в старших классах меня убили.

— Разумно. Но ты можешь заменить «убит» на «несчастен». И если в течение ближайших нескольких месяцев ты приобретешь навыки, которые смогут понизить риск…

— И ты знаешь, что это за навыки? Так тебе кажется?

— Меня можно считать опытным астронавтом, который много раз с трудом избегал неминуемой гибели в космосе.

— Ты неуклюжий астронавт.

— Совершенно верно. Лучше учиться у тех, кому пришлось серьезно поработать, чтобы добиться результатов, чем у тех, кому талант достался от природы.

— А еще ты старый астронавт. Со временем все меняется. Думаю, школа сейчас — не такая, как когда ты сам учился.

— Справедливо. Поэтому нам следует пересмотреть план — с учетом того, что мы оба считаем навыками первой необходимости. Рискну предположить, что ты хочешь и дальше заниматься плаванием. И программированием?

— Ты же сказал — никаких решений, пока не поедем домой.

— Я лишь собираю информацию.

Мне начинало казаться, что четкое формулирование проблемы стало важнейшим шагом на пути к ее решению. Так часто бывает.

В Клунсе мы провели два часа двадцать минут — посетили книжные магазины и пообедали жареной курицей.

По дороге домой Хадсон предложил несколько изменений расписания. Они казались разумными, но я уже объяснил, что до официального одобрения понадобится обсудить их с Рози.

— Почему именно Клунс? — осведомилась Рози. — Могли бы поехать в Шеппартон к твоей матери. Вы с ней не виделись после похорон.

— Великолепная мысль, но сейчас уже, к сожалению, поздно претворять ее в жизнь. К тому же я говорил с ней в воскресенье. — Наши еженедельные телефонные беседы продолжались и после смерти моего отца — без всяких перерывов. — И потом, нам требовалось сосредоточиться на проблеме несчастливости Хадсона. Которую мы решили. Требуется лишь твое одобрение.

— Выкладывай.

— Он хотел бы отказаться от утреннего чтения, которое начинается в пять двадцать, перед уроками. Он будет звонить Джорджу по выходным.

— Пока все нормально.

— Вполне очевидно, что это позволит ему дольше не ложиться по вечерам. Он хочет и дальше посещать Фила и Юджинию согласно текущему распорядку.

— Я отлично вижу, что у тебя на уме. Давай, переходи к плохим новостям.

— Он хочет каждый вечер ходить к нам в бар. Хочет, чтобы ему платили как консультанту по приложению — и как разработчику.

— А что он собирается есть? И это не значит, что я согласна. Просто интересно.

— Пиццу.

— Нет. Исключено. Он не будет каждый вечер есть пиццу.

— Я пошутил. Он всей душой за разнообразие рациона. Но он хочет есть в баре.

— Из-за моей стряпни?

Готовя свою презентацию, я решил не затрагивать в ней взгляды Хадсона по этому вопросу. Я развел руками, изобразив итальянский жест «кто знает?».

— Разумеется, ему нельзя каждый вечер ходить в бар.

— Каковы твои возражения?

— Ему всего одиннадцать. — Рози сделала паузу. — Он ведь заранее приготовил ответы на все это, да?

— Совершенно верно. Это семейный бизнес. Законодательство позволяет ему работать — в течение ограниченного количества часов. Он будет находиться вместе со своим отцом, а значит — под присмотром. И ты сможешь к нам присоединяться, когда тебе будет удобно. Всю домашнюю работу он будет выполнять до того, как идти в бар. Если ему понадобится тайм-аут или возникнет какая-то сложная ситуация, он сможет пойти в бывший кабинет Мин.

— А какая цель всего этого? Если не считать заработка.

— Он будет отрабатывать на практике навыки работы с компьютерным обеспечением, закладывая основу для получения уважаемой и хорошо оплачиваемой профессии.

— Он сам так сказал?

— Нет, это дополнительная информация, от меня. Довод Хадсона состоял в том, что он будет практиковаться в общении с людьми, находясь в среде, которая традиционно считается весьма подходящей для социализации. И что он будет узнавать, как люди мыслят, анализируя то, как они используют приложение. А это его самая существенная потребность, к тому же такому труднее всего научить.

— Все посетители — взрослые.

— А значит, их социальное поведение устроено более сложно. Так что он как бы попадет в класс для углубленного изучения предмета. По его словам.

— Ты вообще хоть смотришь на тех, кто приходит к нам в бар?

— Среди них наблюдается высокое разнообразие. И это идеально. Кроме того, я сделал дополнительный вывод по результатам наших бесед. Если говорить: «Наблюдай за развитием данной ситуации — и, если обнаружишь проблему, предприми практические действия для ее устранения», снизится вероятность повторения Рисового инцидента — в более широком контексте.

Рози засмеялась:

— Не его же одного заставлять меняться. Думаю, другим тоже не помешало бы.

— Замечательный принцип. Предложение одобрено?

— Самое большее — четыре вечера в неделю. Мне надо проводить с ним какое-то время дома. И ему со мной — тоже.

— Полагаю, он сочтет этот вариант приемлемым.