Счастье? - Арсений Никитин

vikool: Над чем работаешь?

maxiarch: Над собой.

vikool: Как успехи?

maxiarch: По сравнению с Махатмой Ганди я еще не начинал.

vikool: А какой тогда в этом смысл?

maxiarch: …я так хотел бы опираться о платан, а так мне кажется, все это зря…

Не дожидаясь ответа, я продолжил:

…Это, конечно, не я написал, но на платан я бы так хотел опереться…

В ответ я увидел печальную желтую рожицу и «до пятницы».

И зачем мне сдалась эта переписка? Не знаю. Может, я могу покрасоваться перед Викой тем, что другим моим знакомым девушкам вроде бы как и по барабану? Перед сном, поразмыслив на этот счет пару минут, я даже вскочил, благо Аня уже уснула, и попытался изложить результаты размышлений в виде концепции.

ne_romantick

Мне гораздо больше нравится переписываться с девушками в FB, SMS-ками, в Скайпе, ВКонтакте, где угодно, чем разговаривать. И я ни в коем случае не претендую на уникальность. А почему тогда все эти сервисы так популярны? Все невероятно просто. Людям нравится в этом процессе не то, с кем и как они общаются, а то, что они додумывают о своих собеседниках, как они представляют у себя в голове те идеальные образы, которые наконец-то соответствуют идеалу, такому недостижимому в реальной жизни. А стоит только позвонить по телефону, и даже просто малейшее изменение интонации собеседника может все испортить.

С утра в четверг в телефоне обнаружил эсэмэску от Саши: «Хочу прижаться к тебе покрепче». «Мило», – вынужден был признаться я, и тут же почувствовал, что уже по ней соскучился. «Или по сексу с ней?» – вдруг мелькнула догадка. А разве есть разница? Между отношением к человеку и к сексу с ним? Ведь я попался именно в эту ловушку, начав встречаться с Аней, и до сих пор из нее не могу выбраться! От такой ассоциации стало не по себе.

Тем временем наступила пятница, а с ней приблизились выходные, на которые была намечена встреча с Викой. Я решил не ограничиваться какао с круассанами и добавить к этому нечто интеллектуальное, например выставку или поход в Дом кино на нечто стильно-радикальное, к примеру на ретроспективу фильмов Гринуэя, но в итоге все же остановился на какой-то европейской драме – при всем высоком уровне интеллекта Вики, я решил сперва от шоковой терапии воздержаться.

Несмотря на мои опасения, Вика все-таки оказалась не толстым дядькой, а действительно той самой девушкой с фотографии и даже лучше – она с первых же секунд моментально развеяла все одолевавшие меня сомнения насчет ее соответствия бенчмаркам по ряду основных показателей. Сначала я даже слегка опешил, такой эффектной она мне показалась – с точеной фигуркой, милым личиком и веселой открытой улыбкой, это не говоря о безупречном стиле: волосы, туфли, ногти, даже футляр у айфона – все это невероятным образом сочеталость по оттенкам и ощущению единой дизайнерской идеи. Может, она недавно посетила ТВ-шоу, где ей все это насоветовали? Но вела она себя при этом совсем не так, как должна бы вести себя кукла из новомодной серии, пришедшей на смену наивно-глуповатой Барби.

– Привет. – Она зачем-то протянула мне узенькую ладошку. Я осторожно до нее дотронулся. Искры, как часто показывают в дурацких комедиях, не пробежало, отметил я про себя.

– А ты так здороваешься, чтобы подчеркнуть равноправие женской половины человечества? – решил съязвить я.

– Не знаю, – слегка смутилась она, – просто хотела до тебя дотронуться. А это отличный повод.

Последовало несколько почти ничего не значащих фраз, и Вика показалась мне немного скромной, даже слегка застенчивой, однако старательно игравшей роль современной и открытой. Как и договаривались, мы отправились в кино; при выборе фильма я проявил инициативу, но пожалел об этом, как только закончились титры, – мы попали на какую-то европейскую артхаусную тягомотину, подходящую исключительно для моего депрессивного настроения, но никак не для свидания с девушкой, тем более первого. Чтобы исправить эту нелепость, я предложил зайти в кафе, где мы, также следуя плану, действительно попили какао с круассанами. Тем временем Вика немного освоилась и разговорилась.

– Повезло, что мы именно сегодня встретились, – загадочно улыбнулась она.

– Это почему? – удивился я.

– Знаешь, какой у меня гороскоп на сегодня? Сегодня ваша улыбка будет обладать прямо-таки убойной силой. Будьте осмотрительны, иначе можно невзначай завести целую армию людей, безнадежно в вас влюбленных.

– И как успехи?

– Не знаю. Пока никто не признался. Но мне армия и не нужна. Мне и одного хватит.

– Не мало? Даже выбрать не из кого.

– А знаешь, как девушкам бывает сложно выбрать?

– Догадываюсь! Вас, девушек, надо чем-то заинтриговать, чтобы других мыслей даже не появлялось!

– Это как? – вытаращилась на меня Вика.

– Очень просто! Вот тебе пример: я на первом курсе влюбился, девушка была просто отпад, самая крутая на факультете. Ухажеров со всего института целая толпа. А у меня, хоть и отличника, шансов не больше, чем у мотылька свечку потушить. Короче, я решил использовать метод доказательства от противного. Раздобыл справку, что я импотент, и как-то, типа, случайно ее на лекции обронил.

– И что? – захихикала Вика.

– Так меня почти все девушки домогаться стали! Всем стало до жути интересно меня вылечить! И та самая неприступная почти на переднем фронте медпомощи санитаркой выступала.

Наверное, это была единственная забавная история в моей жизни, где я выглядел если не Джеймсом Бондом, то, по крайней мере, Остапом Бендером. Хотя, по правде сказать, авторство идеи принадлежало моему приятелю-однокласснику, и ее осуществление происходило при его непосредственном содействии (его дядя работал в поликлинике хирургом).

Я так увлекся, что даже думать забыл, что мне тридцать три, последние семь из них я женат и уже восемь лет выношу себе мозг крайне серьезной и совершенно несмешной работой. Внезапно я поймал себя на мысли, что из кожи вон лезу, чтобы понравиться Вике, и я тут же осекся. Слишком ярким было неожиданно нахлынувшее воспоминание о радости, одолевавшей меня, когда я так же увлеченно пытался очаровать Аню.

Потом я отвез Вику домой, продолжая веселую и легкую, как сборник Hed Kandi, болтовню. Вика рассказывала – о своей подружке, накачавшей губы ботоксом, конечно, стало сексуальней смотреться, но как-то слишком пошло, так что она сама передумала с собой такое делать; потом про другую подружку, которая разрывалась между двумя ухажерами – начальником РУВД лет на двадцать ее старше и начальником кредитного отдела какого-то неизвестного мне банка.

– Понимаешь, у того мента и «инфинити», и дача в Зелике, да и подарки дарит, но пьет как лошадь, а банкир хоть и жадный, но в постели просто Тарзан. Вот она и страдает, не знает, кого выбрать.