Благородный дом. Роман о Гонконге - Джеймс Клавелл

Данросс поспешно оделся и ринулся вниз. Мэртаг развалился в покойном кресле. Как только открылась дверь, он вздрогнул и проснулся.

— О, привет!

— Мне страшно неудобно, прилег отдохнуть и не знал, что вы здесь.

— Ничего, тайбань. — Вид у Дэйва Мэртага был измученный. — Эта старуха служанка такого страху на меня нагнала, что я даже не пикнул, но мне уже было все равно, и я отключился. — Он устало потянулся, подавив зевок, и тряхнул головой, чтобы взбодриться. — Боже, я прошу прощения, что явился без приглашения, но так лучше, чем по телефону.

Данросс старался не выдать щемящего разочарования. «Должно быть, от ворот поворот», — думал он.

— Виски?

— Да, с содовой. Спасибо. Господи, как я устал.

Данросс налил Мэртагу виски и бренди с содовой себе.

— Ваше здоровье, — сказал он, сдержавшись и ничего не спросив. Они чокнулись.

— Ваше здоровье. И сделка тоже ваша! — Лицо молодого человека расплылось в широченной улыбке. — У нас получилось! — чуть не кричал он. — Они вопили как резаные, но час назад согласились. Мы получили все! Сто двадцать процентов стоимости судов и возобновляемый фонд на пятьдесят миллионов американских долларов, деньги в среду, но вы можете брать на себя обязательства в понедельник с десяти утра. Все решило предложение по сделкам с танкерами. Господи, у нас получилось, боже мой!

Данроссу пришлось призвать всю свою выдержку, чтобы не издать победный клич и не светиться от радости, а спокойно произнести: «О, вот и славно!» — и отпить ещё один глоток бренди.

— В чем дело? — спросил он, глядя на ошеломленного молодого человека.

Мэртаг покачал головой и без сил обмяк в кресле.

— Вы, «лайми», просто нечто! Мне вас не понять никогда. Я даю вам стопроцентную отмашку на самую великолепную сделку, какую только Господь посылал человеку, и в ответ слышу лишь: «О, вот и славно».

Данросс расхохотался. Это был просто взрыв хохота, и вместе с ним выплеснулась вся мера его счастья. Он хлопал Мэртага по плечу и благодарил его.

— Ну, а так? — спросил он, сияя.

— Совсем другое дело! — Тот схватил кейс, открыл его и вытащил кипу контрактов и бумаг. — Здесь всё, как договорились. Я не спал всю ночь, составляя их. Вот основной договор займа, а это ваша личная гарантия, на этих бумагах нужно поставить печать компании, всё в десяти экземплярах.

— Я сейчас парафирую один комплект, и вы оставите его себе, а другой парафируете вы, и его оставлю себе я, официально же мы подпишем все это завтра утром. Можете встретиться со мной завтра утром, скажем в половине восьмого? Мы поставим печатки на всех документах и…

У молодого человека вырвался непроизвольный стон.

— Может, в восемь, тайбань, или в половине девятого? Мне просто необходимо отоспаться.

— В половине восьмого. Потом можете спать хоть целый день. — Тут Данроссу кое-что пришло в голову, и он добавил: — Вечер у вас завтра занят.

— Разве?

— Да. Лучше отдохните как следует, насколько удастся: вечером вы будете очень заняты.

— А что я буду делать?

— Вы не женаты, вас ничто не связывает, так что развлечься не помешает. А?

— Ха. — Мэртаг явно повеселел. — Это было бы здорово.

— Прекрасно. Я пошлю вас к своему приятелю в Абердине. К Златозубому У.

— К кому?

— Это старый друг семьи. Надежно на сто процентов. И, раз уж об этом зашла речь, прошу на ланч на скачках на следующей неделе.

— О боже, спасибо. Вчера Кейси дала хорошую наводку, и я выиграл кучу денег. Ходят слухи, что вы собираетесь выступить на Ноубл Стар в субботу. Это действительно так?

— Возможно. Сделку в самом деле одобрили? — Данросс не сводил с него глаз. — Не может что-нибудь пойти не так?

— Вот вам крест, и чтоб мне помереть! О, вот, совсем забыл. — Он передал Данроссу телекс с подтверждением. — Как и договаривались. — Мэртаг взглянул на часы. — В Нью-Йорке сейчас шесть утра, но через час вам нужно позвонить Эс Джей Беверли, нашему председателю совета директоров. Он будет ждать вашего звонка. Вот его номер. — Молодой человек расплылся в улыбке. — Они назначили меня вице-президентом, я буду заниматься всей Азией.

— Поздравляю.

Данросс посмотрел на часы. Скоро нужно уезжать, или он опоздает, а заставлять Рико ждать не хотелось. Сердце забилось сильнее.

— Ну что, парафируем?

Мэртаг уже разбирал бумаги.

— Вот ещё что, тайбань, Эс Джей сказал, что мы должны держать всё в секрете.

— Это будет непросто. Кто печатал бумаги?

— Моя секретарша, но она американка, и из неё ничего не вытянешь.

Данросс кивнул, но убежденности не было. «Есть ещё оператор телекса — разве не сказал Филлип Чэнь, что имеет копии некоторых телексов? А также уборщицы и операторы телефонной компании. Так или иначе, скоро об этой новости узнают все, что бы мы с Мэртагом ни предпринимали. Отсюда вопрос: пока сделка ещё в секрете, как извлечь из этого максимум преимуществ?» Он лихорадочно прикидывал шансы, а сам чуть не плясал от радости: невероятная удача, трудно даже поверить. Данросс начал проставлять инициалы на своем комплекте документов, а Мэртаг — на другом. Но тут открылась и хлопнула входная дверь, и Данросс остановился. Послышался пронзительный вопль Адрион:

— А Тат! — Далее последовал целый поток кантонской речи — так обычно говорят ама, — в конце которого он разобрал: —…и погладила ли ты мою новую блузку, клянусь всеми богами?

— Блузку? Какую блузку, Молодая Барышня, у которой пронзительный голос и нет ни капли терпения? Красную? Ту, что принадлежит Главной Жене, сказавшей те…

— О, она теперь моя, А Тат! Я же велела тебе её погладить.

Мэртаг тоже остановился, прислушиваясь к визгливым звукам кантонского диалекта.

— Господи, — устало проговорил он, — никогда не привыкну к манерам здешней прислуги, хоть говори им, хоть не говори!

Данросс усмехнулся и, поманив его, тихонько приоткрыл дверь. Мэртаг ахнул. Адрион стояла, уперев руки в боки, и выговаривала А Тат. Старуха не уступала, голоса обеих звучали пронзительно, обе перебивали друг друга.

— Тихо! — гаркнул Данросс. Женщины остановились. — Благодарю вас. Ну, ты и говорунья, Адрион, — мягко пожурил он.

Та просияла.

— О, привет, отец. Как ты ду… — Тут она заметила Мэртага и замолчала. Данросс уловил мгновенную перемену. И в сознании вспыхнул предупредительный сигнал.

— О, Адрион, разреши представить тебе Дэйва Мэртага, вице-президента «Ройял Белджэм энд Фар Ист бэнк» по Азии. — Он повернулся к Мэртагу: тот застыл с выражением крайнего изумления на лице. — Это моя дочь Адрион.