Благородный дом. Роман о Гонконге - Джеймс Клавелл

Кожа стала липкой от пота при мысли о том, что ожидает Брайана Квока.

— Бармен!

— Да, сэр, сию минуту, сэр!

— Добрый вечер, Роберт, можно к тебе присоединиться? — Это был главный инспектор Дональд С. С. Смит.

— О, привет. Да… садись, — пригласил Армстронг без особого энтузиазма.

Смит уселся рядом на высокую табуретку у бара и поправил поудобнее руку на перевязи.

— Как оно?

— Как всегда.

Смит кивнул, и Армстронг подумал, как все же тому подходит его прозвище — Змея. Симпатичный, гладкий, хитрый, как гад ползучий, вызывающий то же ощущение смертельной опасности, от которого стынет кровь в жилах, и та же привычка проводить по губам кончиком языка.

— Господи! До сих пор трудно поверить, что это Брайан. — Смит, один из немногих, был в курсе насчет Брайана. — Поразительно.

— Да.

— Роберт, у меня приказ начальника уголовного розыска, самого высокого твоего босса, принять у тебя дело Вервольфов, пока ты занят. И любые другие дела, которые, по твоему мнению, я мог бы вести.

— Все в папках. Номер два у меня — главный сержант Тан-по… Хороший детектив, действительно очень хороший. — Армстронг глотнул пива и цинично добавил: — И с хорошими связями.

— Прекрасно, это на пользу дела, — улыбнулся одним ртом Смит.

— Только не надо наводить в моем бедном районе свои порядки.

— И не мечтай, старина. Меня только на Восточный Абердин и хватает. Так и что же насчет Вервольфов? Продолжать наблюдение за Филлипом Чэнем?

— Да. И за его женой.

— Занятно. Ведь до того, как выйти за старого скупердяя, она была Майвэй Чжун, верно? Занятно ещё и то, что один из её родственников — Колибри Сун.

Армстронг уставился на него.

— Ты хорошо подготовился.

— Служба такая! — сказал Смит и мрачно добавил: — Хочется побыстрее добраться до этих Вервольфов. У нас в Восточном Абердине уже три панических звонка от людей, которым звонили Вервольфы и требовали сян ю «осинь бысла», грозя похищением. Я слышал, что такое происходит по всей колонии. Если нам позвонили трое перепуганных граждан, можешь быть уверен, что ещё триста побоялись это сделать. — Смит попивал виски с содовой. — Это нехорошо для бизнеса, совсем нехорошо. Корову за один раз дважды не подоить. Если мы этих Вервольфов быстро не сцапаем, они откроют свой «монетный двор». Несколько звонков по телефону — и деньги уже отправлены по почте. Бедные жертвы будут, черт возьми, только рады откупиться, чтобы не привлекать внимания. И любому другому преступнику, учуявшему поживу, есть где разгуляться.

— Согласен. — Армстронг допил пиво. — Ещё будешь?

— Позволь мне. Бармен!

Армстронг наблюдал, как ему наливают пиво.

— Думаешь, есть связь между Джоном Чэнем и Колибри Суном? — Он помнил этого Суна, богатого судового магната с репутацией любителя орального секса, которого похитили шесть лет назад, и криво усмехнулся. — Господи, я не вспоминал о нем сто лет.

— Я тоже. Эти два дела никак не пересекаются. Мы посадили похитителей Суна в тюрягу на двадцать лет, и они сгниют там. Но кто знает, может, какая-то связь есть. — Смит пожал плечами. — Диана, должно быть, ненавидела Джона Чэня. И я уверен, что он платил ей тем же. Это общеизвестно. Та же история была и со стариной Колибри. — Он засмеялся. — Ещё одно прозвище Колибри, у профессионалов, так сказать, — Сун Сунь Нос.

Армстронг хмыкнул и потер глаза, чтобы стряхнуть усталость.

— Может, стоит встретиться с женой Джона — Барбарой? Я собирался сделать это завтра, но… Может, это что-то даст?

— Я уже договорился. А первым делом хочу съездить в Шатинь. Вдруг местные что-нибудь упустили под дождем?

— Хорошая мысль. — Армстронг с тревогой посматривал на потягивающего виски Змею. — Что у тебя на уме? — спросил он, зная, что это не просто так.

Смит взглянул ему прямо в глаза.

— Я много чего не понимаю в этом похищении. Например, почему за возвращение Джона — заметь, живого или мертвого — Великие Драконы назначили такое огромное вознаграждение?

— Вот у них и спроси.

— Я спросил. По крайней мере, спросил кое-кого, кто знаком с одним из них. — Снейк пожал плечами. — Ничего. Вообще ничего. — Он помолчал. — Придется поковыряться в прошлом Джона.

Армстронг ощутил холод глыбы, которую таил глубоко внутри.

— Думаю, что придется.

— Ты знал, что Мэри была с ним знакома? В лагере для военнопленных в тюрьме Стэнли.

— Да. — Армстронг отпил пива, не ощущая вкуса.

— Она может навести нас на мысль. Скажем, был ли Джон связан в лагере с черным рынком. — Его бледно-голубые глаза не отпускали бледно-голубых глаз Армстронга. — Может, стоит спросить?

— Я подумаю на сей счет. Да, я подумаю об этом. — Армстронг не испытывал к Змее никакой злобы. На месте Смита он тоже спросил бы. Вервольфы — это очень скверно, и первая волна ужаса уже прокатилась по китайскому сообществу. «Сколько ещё людей знает о Мэри и Джоне Чэне? — спрашивал он себя. — Или о тех сорока тысячах, которые по-прежнему прожигают дыру в моем столе, по-прежнему прожигают дыру в моем сердце». — Это было давно.

— Да.

Армстронг взялся за кружку.

— «Друзья» тебе помогают?

— Скажем так: наше братство, ведающее азартными играми, выплачивает весьма значительные вознаграждения — в благодарность, поспешу добавить. — Язвительная усмешка исчезла с лица Змеи. Шутливый тон исчез тоже. — Надо поймать Вервольфов, и очень быстро, а то они действительно испортят нам всю обедню.