История матери - Аманда Проуз

В дверь позвонили. Мэттью вскочил, и Джессика услышала громкий вопль своей лучшей подруги. От перспективы встречи с новыми гостями у нее все перевернулось внутри.

Она посмотрела на Джейка.

– Полли и вправду увлеклась этим парнем, и ты будешь очень любезен, если дашь ему понять, что ему здесь рады.

Откинув голову назад, Джейк захохотал.

– Я серьезно! – прошептала она. – Они забежали ненадолго, поэтому будь любезен. – Она погрозила ему пальцем, словно желая подчеркнуть свою угрозу.

– Хорошо, Джесс! Чтоб мне провалиться, что за тон, ты что, тренируешься быть сердитой мамочкой?

– Рядом с тобой я могу потренироваться вволю, Джейк. Я еще не забыла, как ты растрезвонил всему свету о том, что я беременна!

– О, слава богу. Я думал, ты все еще злишься на меня за то, что я рассказал твоим родителям о том, что вы с Мэттом трахались на первом же свидании! – С самодовольным видом Джейк поднял бутылку пива. – Разумеется, я буду вежливым, но спорим, что он жалкий слабак со скверной кожей и бегающими глазками. – Он пожал плечами. – Вегетарианцы обычно такие важные, их снедает желание рассказать всем, почему есть мясо – значит убивать. Я нахожу в себе очень мало общего с пожирателями чечевицы.

Войдя в гостиную, Полли сначала скривила губы при виде Джейка, а потом улыбнулась подруге.

– Ох, Джесс! Посмотрите-ка на нее! – Она наградила подругу поцелуем. – Можно мне подержать ее? – От нетерпения у нее чесались руки, когда она присела у ног Джессики и взяла на руки спящую Лилли.

– Это Топаз, – объявил Мэттью, войдя вместе с ним в комнату.

Джейк переводил взгляд с резко очерченной нижней челюсти кавалера Полли на своего приятеля. По его взгляду можно было догадаться по крайней мере о трех моментах, обычно провоцирующих его насмешку: нелепое имя, длинные волосы, а также целая коллекция браслетов и кожаных шнурков на запястьях. Обоим припомнились те времена, когда они делили комнату в общежитии университета со Скотти, который появился после летних каникул, щеголяя кожаным шнурком на шее, что выглядело так же подозрительно, как обесцвеченные пряди его волос. С тех пор его стали называть Просветленным.

– Поздравляю тебя, Джесс. И тебя Мэтт. Вы, должно быть, на седьмом небе от счастья. Разве это не удивительно? – Топаз говорил как человек, у которого большой опыт общения с новорожденными.

– Итак, Топаз… – Джейк замолчал, словно ожидая взрыва хохота. – Какое необычное имя. Оно передается из поколения в поколение? – Прежде чем отпить глоток пива, он бросил на Мэттью быстрый взгляд. Игнорируя просьбу Джессики быть повежливее, он начал допрос исключительно из желания угодить другу.

Топаз выступил вперед.

– Прошу вас, зовите меня Паз. И на самом деле нет, это не семейное имя. Я – первый.

– Правда? Ты меня поражаешь, – притворился удивленным Джейк.

Сложив пальцы вместе, Топаз поставил локти на колени.

– В действительности при крещении мне дали имя Ролан Раймон Жак де Буйе. Раймон Жак де Буйе – это то имя, которое передавалось из поколения в поколение, поэтому моего старшего брата зовут Саймон Раймон Жак де Буйе. Но мой крестный, взглянув на мои голубые глаза, назвал меня Топазом. Мне было около двух лет, мы жили в родительском доме на Сен-Бартсе^[13]. Это что-то вроде прозвища.

Полли самодовольно улыбнулась, поглядывая в сторону Джейка. Он колебался, сбитый с толку родственными связями мужчины и его явным благополучием. Запинаясь, он быстро проговорил:

– Итак… итак, Паз, ты обучаешь йоге? – и улыбнулся.

– Да, йоге, медитации, духовному здоровью и все такое.

Джейк посмотрел на Мэттью.

– А для того, чтобы заниматься медитацией, ты должен находиться в хорошей физической форме, не так ли? – хмыкнул он.

Топаз встал и, аккуратно приподняв двумя пальцами край белой полотняной рубашки, обнажил идеально вылепленный смуглый пресс.

– Отчасти мне также помогают тренировки по смешанным видам боевого искусства и бег. Я считаю, что это тройственное сочетание и тренировки помогают мне не только поддерживать себя в хорошей физической форме, но также сохранять выносливость. – Опустив рубашку, он провел ладонями по упругим бедрам.

Джейк втянул свой небольшой животик и повернулся к своему другу.

– Посмотрим в выходные на футбол, Мэтт?

Полли подмигнула Джессике. Ей доставляло удовольствие наблюдать за увертками Джейка.

– Мне кажется, я никогда не отпущу ее, – вырвалось у нее. В ее глазах, пристально смотрящих на Лилли, блестели слезы. – Нет лучшего лекарства на свете, чем подержать ее на руках. – Она обернулась на мучителя Паза. – Ты держал ее на руках, Джейк? – мимоходом спросила она.

– Нет. Я слишком неуклюж для того, чтобы мне доверять что-нибудь такое же хрупкое. Знаешь, у меня руки-крюки.

– Ты уверен, что не хочешь? – проговорил Паз, и все, кроме Джейка, громко рассмеялись.

Расстегнув рубашку, Мэттью бросил ее за дверь спальни, где скрывалась корзина для грязного белья. – Как приятно было всех увидеть, не так ли?

– Да, приятно. – Джессика отпила глоток воды из стакана и снова села на кровать.

– Лилли им понравилась.

– Да, понравилась.

– Заметь, ее трудно не полюбить. Полли была на удивление добра к ней, тебе не кажется? Интересно, почему она такая неразговорчивая теперь, когда на сцене появился Паз. Не могу представить себе Джейка в роли отца, а ты? – Мэттью снял джинсы и повесил их в шкаф.

Джессика вздохнула.

– На самом деле кто знает.

– Мне не хочется завтра идти на работу. Мне хотелось бы побыть дома с моими девочками. Я не хочу ничего пропустить.

Джессика кивнула, полагая, что не стоит комментировать, боясь, что спровоцирует излияние чувств.

Мэттью прыгнул на кровать и, изогнувшись, склонился над ней.

– Иди сюда, – скомандовал он и стал притягивать ее к себе, просунув руку под ее спину и заключая в объятия. Поцеловав ее в голову и скользнув ладонью по плечу и спине, он поцеловал ее в шею.

Джессика напряглась и, положив ладонь ему на грудь, слегка оттолкнула его.

– Нет! Я не могу… мы не можем ничего делать, Мэтт. Доктор сказал подождать шесть недель. То есть…

Мэттью отпустил ее и сел на кровати.

– Господи, Джесс, не нужно так смотреть на меня! Я только пытался помочь тебе расслабиться! Мне было приятно обнимать тебя, я не собирался на тебя прыгать! Я знаю, что сказал доктор. Я был там, ты не забыла? И если говорить точнее, то он сказал, что шесть недель – это общая рекомендация, но если ты не будешь испытывать неудобства раньше этого срока, тогда…