Благородный дом. Роман о Гонконге - Джеймс Клавелл

— Относительно крайнего срока, когда я должен положить тебе на стол заявление об отставке — до полуночи в воскресенье, если Мата и Прижимистый или… Могу я попросить об отсрочке на неделю?

Взяв стакан Филлипа Чэня, Данросс снова наполнил его. Ему была по душе азиатская утонченность этой просьбы: продление срока сделает его пустой формальностью, потому что через неделю кризис давно уже будет разрешен. Просьба позволяла обеим сторонам соблюсти приличия и сохранить лицо.

«Да, но старику придется изрядно попотеть. Позволит ли ему здоровье? Это единственное, что меня беспокоит».

Наливая бренди, Данросс размышлял о Филлипе Чэне, Кевине Чэне, Клаудии Чэнь и старом Чэнь-чэне и о том, что бы он без них делал.

«Мне нужно сотрудничество и верное служение, и чтобы больше никаких предательств и измен».

— Я подумаю, Филлип. Давай поговорим об этом сразу после «утренней молитвы» в понедельник. — Потом осторожно добавил: — Возможно, отсрочки будут утверждены.

Филлип Чэнь благодарно принял бренди и большими глотками выпил его: цвет лица у него стал получше. Он обратил внимание на ловко ввернутое множественное число и почувствовал немалое облегчение. «Все, что мне нужно, — это добиться успеха. Больше ничего». И он поднялся, чтобы уйти.

— Благодарю…

Резко зазвонил телефон, и он чуть не подпрыгнул. Данросс тоже.

— Алло? О, привет, мистер Синдерс. — За шумом дождя Данросс слышал биение своего сердца. — Что нового?

— Боюсь, очень немного. Я обсудил ваше предложение с губернатором. Есть основания полагать, что, если это поступит в мое распоряжение завтра к полудню, ваш друг может быть доставлен к пограничному переходу Ло-У к заходу солнца в понедельник. Я, конечно, не могу гарантировать, что он захочет перейти границу «красного» Китая.

Голос Данросса зазвенел:

— Не многовато ли оговорок, мистер Синдерс? «Есть основания полагать», «может быть»…

— Это все, что я могу, официально.

— Какие вы даете гарантии?

— От меня и мистера Кросса, боюсь, никаких. Мне кажется, стороны должны доверять друг другу.

«Ублюдки, — выругался про себя Данросс. — Знают, что выхода у меня нет».

— Благодарю вас, я подумаю над тем, что вы сказали. Завтра в полдень? Завтра я на гонках по холмам, если их не отменят — с десяти до полудня. А потом сразу приеду в Главное управление полиции.

— Не стоит беспокоиться, мистер Данросс. Если гонки не отменят, я тоже там буду. Здесь или там, крайний срок — полдень. Хорошо?

— Хорошо. До свидания. — Данросс угрюмо положил трубку. — «Может быть», Филлип. Может быть, к заходу солнца в понедельник.

Замерев, Филлип Чэнь сел. Он побледнел ещё больше.

— Это слишком поздно.

— Сейчас выясним. — Данросс снял трубку и снова набрал номер. — Алло, добрый вечер. Губернатора, пожалуйста. Иэн Данросс. — Он отпил бренди. — Прошу прощения за беспокойство, сэр, но мне только что позвонил мистер Синдерс. Он сказал, по сути дела, «возможно». Возможно, к заходу солнца в понедельник. Разрешите спросить, можете ли вы это гарантировать?

— Нет, Иэн. Нет, не могу. Мои полномочия так далеко не распространяются. Извините. Вам придется договариваться напрямую. Вообще-то, Синдерс показался мне человеком благоразумным. Вы так не считаете?

— Мне он показался весьма неблагоразумным, — горько усмехнулся Данросс. — Благодарю вас. Ничего страшного. Извините, что побеспокоил, сэр. О, кстати, если этот вопрос удастся решить, по словам Типтопа, потребуется ваша печатка, а также печатка банка и моя. Вас можно будет найти, если понадобится?

— Да, конечно. И удачи вам, Иэн.

Данросс положил трубку.

— Согласятся ли они дать деньги завтра, если парня отпустят в понедельник к заходу? — высказал он свои мысли, помолчав.

— Я бы не согласился, — беспомощно признал Филлип Чэнь. — Типтоп ведь ясно выразился: «В любое время, когда будут выполнены необходимые процедуры». Стороны должны выполнить свои обязательства одновременно.

Данросс откинулся в кресле с высокой спинкой, попивая бренди и погрузившись в раздумья.

Ровно в девять он позвонил Типтопу и долго говорил ни о чем, пока не настал нужный момент.

— Я слышал, что полицейский чин, допустивший нарушение, будет уволен и сторона, которой причинен ущерб, может быть у Ло-У во вторник в полдень.

Повисло тягостное молчание. Когда же Типтоп заговорил, голос его звучал холоднее, чем когда-либо.

— Мне кажется, это совсем не «немедленно».

— Согласен. Может, мне удастся убедить их перенести все на понедельник. Возможно, ваши друзья смогут проявить немного терпения. Я счел бы это очень большой услугой. — Он специально поставил это слово в конце фразы, чтобы сделать на нем ударение.

— Я передам ваши слова. Благодарю вас, тайбань. Прошу позвонить мне завтра в семь вечера. До свидания.

— До свидания.

Наступившее молчание прервал весьма озабоченный Филлип Чэнь.

— «Услуга» — очень дорогое слово, тайбань.

— Знаю. Но у меня не было выхода, — твердо ответил Данросс. — Несомненно, однажды придется заплатить за это ответной услугой. — Он отвел упавшие на глаза волосы. — Возможно, её попросит Джозеф Юй, кто знает? Но мне пришлось сказать это слово.

— Да. Ты поступил очень мудро. Мудро не по годам, гораздо более мудро, чем поступал Аластэр и твой отец, но не так мудро, как Карга. — Филлип чуть поежился. — Ты поступил мудро, торгуясь насчет времени и не упомянув при этом о деньгах, деньгах банка — очень мудро. Он человек слишком умный, чтобы не сознавать: они нужны нам завтра — насколько я понимаю, самое позднее — к вечеру.

— Как-нибудь мы их получим. Это избавит нас от давления со стороны «Виктории». Скоро Пол должен созвать совет директоров, — мрачно добавил Данросс. — Одним из директоров будет Ричард, ну, и Ричард многим нам обязан. Новый состав совета проголосует за увеличение нашего возобновляемого кредита, и тогда нам не понадобится ни Бартлетт, ни Первый центральный, ни проклятый Богом синдикат Маты.

Филлип Чэнь помолчал, а потом выпалил:

— Терпеть не могу приносить плохие вести, но я слышал, что Хэвегилл потребовал от Ричарда Квана подписанного заявления об отставке с открытой датой и обещания голосовать так, как захочет Пол. Это часть договоренности.

Данросс вздохнул. Все встало на свои места. Если Ричард Кван голосует вместе с оппозицией, «Струанз» теряет большинство.

— Нам остается потерять одного из тех, кто нас поддерживал, и партия Пола будет давить нас, пока не задавит насмерть. — Он поднял глаза на Филлипа Чэня. — Подкупил бы ты Ричарда, что ли…

— Я… Я попытаюсь, но он уже подкуплен. Как насчет Пи Би Уайта? Как считаешь, он может помочь?