Корпорация Чесс. Международный дефектив - Ната Хаммер

Джафар не успел закончить свой внутренний отцовский монолог. Судя по оживлению спин своих похитителей, снаружи что-то происходило. Спины похитителей стали ёрзать и пихаться. Послышался чей-то отрывистый возглас, хлопнула дверь кабины, похитители подскочили к Джафару, схватили его, зачем-то нахлобучили ему на голову мотоциклетный шлем, с кряхтением подтащили к краю, раскачали и бросили вниз. Джафар упал на выжженный солнцем газон. Он понял назначение шлема – похитители оберегали его голову от сотрясения. Взвизгнули шины, машина рванула с места, и когда Джафар сгруппировался, перевернулся и поднял голову, фургон уже превратился в маленькую точку. Он повертел головой и осознал, что он лежит у подножия кургана. Посреди кургана на высокой стеле сиял золотой всадник на золотом коне. Копыто коня словно целилось в зад удирающему фургону. У стелы шла фотосессия: невеста в пышном белом платье и жених в чёрном смокинге с бабочкой позировали суетящемуся вокруг них фотографу. Поодаль стояла группа разодетой молодёжи: девушки в коротких платьях на высоких каблуках, парни в европейских костюмах, но без галстуков. Они криками подбадривали новобрачных, новобрачные что-то кричали в ответ, все смеялись, снимали сцену на мобильные телефоны и пили что-то из ярких пластиковых стаканчиков. Джафара они не видели.

Джафар попробовал встать. Это получилось не сразу, но получилось. Идти на связанных ногах было невозможно, приходилось прыгать. Когда он показался из-за холма, заметившая его группа начала хохотать, видимо полагая, что какой-то шутник решил посмешить молодожёнов. Они что-то закричали, а потом начали хлопать в такт его прыжкам. Когда Джафар был уже достаточно близко, чтобы различить его лицо, смех и хлопки стихли. Кто-то из девушек взвизгнул, парни побежали ему навстречу. Перочинным ножом разрезали скотч на руках и ногах. Сняли шлем.

«Пить», – попросил он по-русски. Ему что-то ответили, он не понял. Протянули стаканчик с пузырящейся жидкостью, он быстро выпил и попросил ещё. «Что-то типа шампанского», – подумал Джафар на третьем стакане. Дальше мысли спутались, ноги перестали слушаться, люди стали двоиться, он сел на газон и закрыл глаза…

…Когда он отрыл глаза, то увидел над собой капельницу. Потом лицо доктора в зелёной шапочке. Поодаль чью-то знакомую фигуру. Он силился вспомнить, где же он мог видеть этого человека, сидящего поодаль с телефоном и строчащего эсэмэс-сообщение. Вспомнил. Этот человек приезжал несколько раз с Сапсаном в Башню Чесс, это был его личный помощник. Он умел разговаривать по-английски.

– Сэр ассистент, – обратился Джафар к Личпому, не помня его фамилии, – скажите, как там Принцесса.

– Вы очнулись? Отлично! Просто отлично!

– Который час?

– Семь вечера.

– Как прошёл полуфинал?

– Как я уже сказал– отлично! Во второй партии соперница сдалась Принцессе на двадцать девятом ходу!

– Альхамдулиллях!

– Что вы сказали?

– Слава Богу, сказал. А где я?

– В аэропорту, в медпункте. Ждём, когда циркачи выгрузят из вертолёта свой реквизит. Они вернулись из Башни. Вы видели вчера представление?

– Да, конечно.

– Ну, и как вам наш российский цирк?

– Волнующе. Особенно, когда осознаешь, что тут у вас везде сплошной цирк, и даже специального реквизита не требуется. Достаточно подручных средств.

– Что вы сказали? Я не понял.

– Я пошутил.

– Пошутили? Отлично! Значит– чувствуете себя хорошо и готовы к перелёту.

– Мы собираемся лететь в темноте?

– Ну, что вы! Всего лишь в сумерках! У нас отличное навигационное оборудование.

– Не сомневаюсь, не сомневаюсь. Кто заплатил за меня выкуп?

– Сапсан Никанорович.

– Передайте ему мою благодарность.

– У вас будет возможность сегодня самому с ним встретиться.

– Может быть, все-таки отложим полет на утро?

– Тогда мы с вам пропустим большое событие!

– Какое? Закрытие чемпионата только завтра.

– А сегодня в Башне скорая свадьба.

– Вот как? И кто женится?

– Младший брат Принцессы, Абдулла. На русской девушке Маше. Мы с вами приглашены.

– Иншалла! За один день увижу двух невест!

– Что вы сказали?

– С божьего позволения, сказал. Если так, давайте поспешим.

– Начало в девять. Должны успеть!