Один день в декабре - Джози Силвер

Лори

— Sawatdee kha^[1].

Я машу рукой, приветствуя Накула. Он улыбается и вскидывает большой палец. Усаживаюсь на шаткий стул за столь же шатким столиком в его кафе на Санрайз-Бич. Мои ощущения от Таиланда трудно выразить словами, но я точно знаю: эта причудливая смесь безмятежности и счастливого шумного хаоса мне по душе. Вряд ли кто-нибудь назовет Таиланд скучным, голова у меня постоянно идет кругом от обилия впечатлений, а тело день ото дня становится все более мускулистым. Прилетев в Бангкок, я направилась на север страны, намереваясь хоть немного познакомиться с ее культурой. Я опасалась, что, поехав первым делом на юг, все время своего путешествия проваляюсь в гамаке на пляже.

Теперь я уже достаточно повидала, чтобы позволить себе немного расслабиться. Восхитительные пляжи южного Таиланда поразили мое воображение. Мне удалось снять крохотное и невероятно дешевое бунгало на берегу, в нем всего одна комната, но мне этого вполне достаточно. К тому же в бунгало есть еще веранда, откуда открывается такой вид на океан, что у меня всякий раз дух захватывает. Только оказавшись здесь, я поняла, как это было мне необходимо — вырваться из привычной реальности. В первую свою неделю в Таиланде я, продираясь сквозь джунгли вместе с другими путешественниками, почти беспрестанно плакала. И плакала я вовсе не потому, что путешествие оказалось утомительным, хотя, поверьте, оно было чертовски утомительным! Горячие соленые слезы, которые текли из моих глаз, были слезами облегчения. Я физически ощущала, как с каждым шагом по этой земле становится легче бремя, гнетущее мою душу. За несколько недель до того, как я отправилась в Таиланд, мы с мамой посмотрели в местном кинотеатре фильм «Ешь, молись, люби». И хотя я не встретила пока здесь свою любовь, я переживаю некое маленькое богоявление. Чувствую себя человеком, который выздоравливает после долгой болезни, учусь прощать себе ошибки и просчеты. Теперь, несмотря на то что произошло между мной и Джеком, я сознаю: мне ни к чему себя казнить. Я осталась собой, а не превратилась в исчадие ада. И я осталась подругой Сары. Возможно, настанет день, когда я почувствую, что имею право быть счастливой.

— Кофе, Лау-Лау?

Накул так мило переиначивает мое имя, что я невольно улыбаюсь. Он подходит к моему столику по теплому мягкому песку. Я прибыла на остров Ко-Липе четыре дня назад и каждое утро пью кофе в этом пляжном кафе. Воздействие, которое оказывает на меня остров, без всякого преувеличения можно назвать магией. Чувство такое, словно впервые за много лет я обрела настоящий покой.

Накул ставит на стол маленькую белую чашку.

— Khop khun kha^[2], — говорю я.

Не знаю, насколько хорош мой тайский, но мою неуклюжую попытку разговаривать на его родном языке Накул встречает благожелательной улыбкой:

— Твои план сегодня, Лау-Лау?

Этот вопрос он задает каждое утро, и всякий раз я отвечаю одинаково:

— На сегодня у меня нет никаких планов!

По-моему, Ко-Липе не слишком подходящее место для людей, которые любят строить планы. Зато это идеальное место для тех, кто хочет расслабиться. Накул смеется и отходит от моего столика, чтобы поболтать с другими клиентами, только что пришедшими с пляжа.

— В такой замечательный день у вас нет никаких планов?

Услышав голос, явно принадлежащий англичанину, я поворачиваюсь и вижу за соседним столиком долговязого парня, скрестившего длинные ноги на песке. Поймав взгляд Накула, он приветственно вскидывает руку. Тайское солнце успело придать моей коже золотисто-медовый оттенок, но этот парень, похоже, относится к числу убежденных солнцепоклонников. Он загорел почти до черноты, иссиня-черные волосы падают на темные веселые глаза.