Влюбленные в книги не спят в одиночестве - Аньес Мартен-Люган

– Я ее тебе не сломала.

– Придется поверить. Пройдемся немного?

– Да.

Мы прошли больше ста метров, не произнеся ни слова, засунув руки в карманы. Вдали я слышала веселые крики Деклана и лай собаки.

– Иди сюда, отсюда лучше виден цирк, который устраивает Джудит.

Мы уселись на скале, нависшей над пляжем.

– Как понять, хорошо ли ему?

Я посмотрела на Эдварда, все его внимание сосредоточилось на сыне.

– Когда ты берешь его на руки, как сегодня утром, ему хорошо, потому что он знает, что у него есть отец. А когда он не может заснуть, потому что нет его матери, тогда ему очень плохо.

– Мне правда жаль, что тебе пришлось все это пережить.

– Забудь, не важно.

– Что ты ему тогда сказала? С тех пор как он со мной, это была первая ночь, которая прошла без кошмаров.

– Ничего особенного, просто рассказала о Кларе.

Мой голос дрогнул, руки, когда я закуривала, тряслись. Эдвард дал мне время прийти в себя, а потом продолжил:

– С тех пор как мы знакомы, ты единственная, кто не щадит меня, так что я на тебя рассчитываю. Скажи, что я делаю не так? Я хочу, чтобы ему было хорошо, чтобы он забыл, не хочу, чтобы он пришел к тому же, к чему и я.

Моя рука, словно действуя независимо от разума, сама собой потянулась к его ладони, взяла ее и крепко сжала.

– Он никогда не забудет, вбей это себе в голову. Маму, как и ребенка, забыть невозможно. Ты все делаешь правильно, просто ты еще учишься, вот и все. Вряд ли я могу тебе что-то посоветовать. Все родители ошибаются. Пройдет время, и вы привыкнете друг к другу, сблизитесь. Единственное, что мне известно, – для Деклана ты полубог и он в ужасе от мысли, что может тебя потерять. Я тебя знаю… ты не слишком разговорчив, но все же постарайся по возможности его успокоить. Проводи с ним больше времени… учи фотографии – когда ты держишь аппарат в руках, для него это как волшебство. По крайней мере, вчера я это заметила… И знаешь… если он придет к тому, к чему пришел ты, значит, ему повезло.

Я еще раз сжала, а потом отпустила его руку. Встала, сошла со скалы и вплотную приблизилась к кромке океана. Вдалеке я видела Джудит и Деклана, за спиной ощущала присутствие Эдварда. Я глубоко дышала. Ветер хлестал по лицу. Нет, не вернуться мне из этой поездки невредимой, не стоит и надеяться.

– Когда ты уезжаешь? – Я не слышала его шагов, и вдруг рядом раздался голос.

– Послезавтра.

– Мы зайдем к тебе попрощаться после школы.

– Если хочешь.

Он направился к Джудит с Декланом, я проводила его глазами и увидела, как он забирает сына и собаку. Они сели в машину и тронулись в облаке пыли. Рядом со мной возникла Джудит, закинула руку мне на шею, положила голову на плечо:

– Все в порядке?

– Скорее да.

Остаток дня пролетел на бешеной скорости. Мы с Джудит знали, что у нас мало времени. Она прибегла к лучшему средству от мрачного настроения – смеху. За обедом у Эбби и Джека Джудит держала публику, безостановочно рассказывая всякие дурацкие истории. Когда пришло время возвращаться в Дублин, я проводила ее до машины.

– Не будем ждать целый год, чтобы обменяться новостями?

– Я бы очень хотела приехать к тебе в Париж, но боюсь загадывать – сама понимаешь, Эбби… как бы мне не нарушить обещание. Так что…

– Я буду звонить тебе и узнавать, как она, – ответила я. – Держи меня в курсе.

– Ну, это-то я смогу.

Броня Джудит дала трещину; она резко вздернула подбородок, но не сумела скрыть слезы. Я обняла ее.

– Все будет хорошо, ты справишься, – шепнула я ей на ухо.

– Какая же ты все-таки дрянь! Всякий раз доводишь меня до слез… Знаешь, не важно, с кем ты построишь свою жизнь… Все равно ты моя самая…

– Знаю… у меня так же…

Она отодвинулась, похлопала себя по щекам, вытянула вверх два больших пальца.

– Давай, Джудит, возьми себя в руки, ты уже не сопливая девчонка! – приказала она себе. – Надо ехать, значит, надо.

– Будь осторожна.

Она шутовски отдала честь, забралась в машину и умчалась.

Последний день я посвятила Эбби. Она попросила меня сделать ей маникюр и уложить волосы. Ее все еще волновало, как она выглядит, но она стеснялась обращаться с подобной просьбой к Джудит. И вот Эбби приметила, что я вновь обращаю внимание на свою внешность, и решила, что я вполне подхожу для этих процедур. Такое типично женское занятие еще больше сблизило нас. Мы расположились в спальне. На комодах стояли фотографии Эдварда и Джудит в детстве. В школьной форме оба выглядели забавно, и я улыбнулась, разглядывая снимки.

– Ты рада, что приехала повидать нас? – спросила Эбби.

Мы сидели на кровати, и я красила ей ногти.

– Еще как! Можешь быть уверена.

– А что Эдвард?

– Они придут попрощаться со мной после школы, то есть так он мне вчера сказал…

– И это все?

– Ну да…

Нас прервал Джек, он позвал меня. Деклан и его отец как раз приехали. Пора было прощаться с ними. Эбби пошла со мной, держась за меня, и я чувствовала на себе ее испытующий взгляд. Когда мы сошли вниз, она отпустила мою руку и села в кресло, переглянувшись с Джеком, что явно не сулило ничего хорошего.

– Привет, – только и сказала я Деклану и Эдварду.

Я избегала смотреть на отца и предпочла встретиться глазами с сыном, который подошел ко мне и поцеловал.

– Как сегодня в школе, все хорошо?

– Да!

– Иди сюда, дружок, я тебе кое-что покажу, – подозвал его Джек.

Деклан послушался. Мне ничего не оставалось, кроме как повернуться к Эдварду.

– Хорошего возвращения в Париж, – сухо сказал он.

– Спасибо.

– Жаль, что вам двоим не удалось пообщаться, – вставила свое слово Эбби.

– Она права! – тут же подхватил Джек. – Дети, не хотите ли пойти сегодня вечером в паб? Деклан может остаться у нас.

Мы переглянулись.

– Хочешь? – спросил Эдвард.

– Э-э-э… да, с удовольствием…

– Папа?

Мы не заметили, как Деклан снова подошел к нам.

– Ты уходишь, папа?

Плечи Эдварда опустились, он провел рукой по волосам сына, улыбнулся ему.

– Нет… не беспокойся, сейчас поедем домой… Диана, мне очень жаль… придется нам осуществить нашу затею как-нибудь в другой раз.

Мы оба знали, что этого не будет.

– Все нормально. Я понимаю.