Одного человека достаточно - Эльс Бэйртен

Что я мог сделать, кроме как кивнуть.

– Я объясню все Ферплаатсену.

– Ты ничего не должен ему объяснять. Он должен радоваться, что, несмотря на обстоятельства, ты продолжаешь тренироваться.

– Он хотел отвезти меня на Тур.

– Что ты такое говоришь?

– Тот самый Тур, ма.

– Я слышала, что ты сказал, я рада за тебя. Наш папа тоже будет рад. Очень-очень рад, мой мальчик.

Она глубоко вздохнула.

– Я не могу его потерять, Вилфрид.

Бригада «Скорой помощи» собралась уезжать. Мама села в машину. Я никогда не видел ее такой испуганной. Не просто так они были женаты почти сорок лет.

Сорок лет.

Будет ли Бетти любить меня так же через сорок лет?

Бетти.

Через секунду я уже стоял у ее двери. Мой отец, Тур, кафе. Я начал плакать. Она обняла меня и прижала к себе. Она не сказала, что все было ошибкой, и не сказала, что все будет хорошо. Наверное, она правильно сделала, что не сказала ничего. А что сказать, когда никто из нас не знал, что делать дальше?

– Вилфрид Фербэйке, ты не бросишь свою мечту просто так. У тебя все еще есть я, не так ли?

У меня все еще была она, да. И пока мама проводила целые дни в больнице, Бетти стирала и гладила мою форму, набирала ванну к моему возвращению с тренировки. Она не только следила за тем, чтобы на столе каждый день стояла горячая еда, она даже помогала Этьену в кафе.

Все соглашались, что Бетти была подарком небес.

Каждый день я заезжал в больницу. Привет пап, как твои дела сегодня, не оставляй надежду, потом начинал говорить о Туре. Чего от меня ждут, как я рад. И хоть мне было вовсе не радостно, я кривил губы в улыбке. Я всегда находил, что ему рассказать, что он хотел услышать. Ты поедешь со мной, в машине сопровождения, па, я лично прослежу, чтобы это устроили.

– Ты, мой мальчик?

Удивленный взгляд, что он порой кидал на меня из-под белых простыней, улыбка, что изредка появлялась на его лице, – за это я был готов отдать всю свою месячную зарплату.

Мама не смеялась почти никогда.

Она только морщила лицо.

Папа шел на поправку медленно, а мама таяла все больше и больше.

Мог ли я что-нибудь для нее сделать?

– У тебя большое сердце, мой мальчик, ты и так делаешь достаточно. Сейчас ты должен просто тренироваться.

У меня было большое сердце, как сказала моя мать. В этом были свои недостатки, оно болело из-за бед всего мира. Не только из-за состояния отца – Бетти тоже беспокоила меня. Может, она и была подарком небес, но еще она была моей девушкой. И если твоя девушка каждый день приходит к тебе домой делать за тебя всю грязную работу, чтобы ты мог тренироваться, она имеет право рассчитывать на благодарность.

– Расскажи, как прошел твой день, Вилфрид. Почему ты так мало улыбаешься, ты что, не рад меня видеть?

– Очень рад.

– Если будешь ломать комедию, я уйду.

Ты можешь иметь самую лучшую девушку в округе, но, если она не замечает, что ты из кожи вон лезешь, чтобы всем вокруг было хорошо, ты начинаешь сомневаться.

К счастью, даже самой страшной беде когда-нибудь приходит конец. Когда после четырех недель в больнице папа вернулся домой, мы устроили большой праздник. А то, что он выехал из машины «Скорой помощи» в инвалидном кресле, я сразу выкинул из головы, потому что кресло – это временно, а мой папа – навсегда.