Гении и злодейство. Новое мнение о нашей литературе - Алексей Щербаков

– А если и это не аргументы?

– Предположим. И даже забудем о результатах исследования тела С. Есенина, проведенного А. Гиляревским в морге Обуховской больницы. Допустим, он при вскрытии предпочел «не заметить» перелом лобной кости. Допустим, агенты ОГПУ создали себе кучу проблем, сначала избив С. Есенина, а потом затащив на трехметровую высоту мертвое тело. В этом случае версию о самоубийстве, как это ни парадоксально, доказывает именно этот след на лбу у покойного.

– ?!

– Любой судебный медик знает: если человека ударить по лбу тупым предметом, никакого вдавления не получится. Образуется рана. Она может быть различной формы, но в виде ямки – никогда. Даже если после удара образуется вдавленный перелом лобной кости, вдавления на коже все равно не будет.

– Тогда что на лице у Есенина?

– Я провел эксперимент. С посмертной маски Есенина снял гипсовую форму и нанес на ее внутреннюю сторону слой пластилина толщиной около 5 – 6 мм (толщина мягких тканей). Вмятину выровнял. Внутреннюю сторону получившейся маски залил гипсом, который играл роль черепа. А затем приложил трубу диаметром 3,7 см (диаметр был вычислен исходя из размеров и глубины вдавления) с учетом характерного для повесившихся наклона головы. И все совпало! След на маске точно повторял оригинал – вплоть до следа у правого ската носа. Следовательно, горячая труба (а в ночь на 28 декабря в гостинице «Интернационал» – бывший «Англетер» – включили паровое отопление) в течение нескольких часов была в плотном контакте с кожей лба.

– Разве это ожог? Что-то не похоже...

– Мягкие ткани как бы сварились, и вдавление зафиксировалось вплоть до похорон. Горячая труба сделала еще одно дело. Левое же глазное яблоко несколько запало, как у всех покойников, и произвело впоследствии впечатление «вытекшего».

– Но были же в деле Есенина и другие странности.

– Возьмем протокол осмотра, составленный участковым надзирателем Н. Горбовым. Итак, «прибыв на место, мною был обнаружен висевший на трубе мужчина... Лицо было обращено к трубе... Ноги от пола были около 1 и 1/2 метра...».

– Вот и пожалуйста! Говорят, что высота потолков в «Англетере» около четырех-пяти метров и туда невысокий поэт самостоятельно бы не забрался.

– Ничего подобного. Судя по фотодокументам, высота потолков – не более 352 сантиметров. Это легко устанавливается с помощью математики (показывает расчеты). Тут вообще-то трагическое стечение обстоятельств. Никаких высоко расположенных крючков в номере не было. Но кресло, письменный стол и высокая подставка для канделябра привлекли внимание С. Есенина. Они образовали этакую лестницу на Голгофу. Оставалось только взойти по этим ступенькам и дотянуться до трубы парового отопления. Есенин ростом 168 сантиметров стоял на тумбе высотой 150 сантиметров – получается 3 метра 18 сантиметров. Он легко дотягивался до той точки, где был узел.

– Но разве узел не должен соскользнуть по трубе вниз?

– Тогда позвольте спросить: каким образом участковый застал Есенина висевшим именно на вертикальной трубе? Но так как возникло много дурацких вопросов, мы провели дурацкий эксперимент – нашли точно такую трубу, что была в гостинице, и стали на ней испытывать всевозможные виды веревок – пеньковые, хлопчатобумажные, шелковые различного диаметра. Завязывали самые разные узлы, и ни один из них не подвел. Сначала на трубе подвесили нашего лаборанта А. Иванова, затем к нему присоединился другой, и только когда на этой гирлянде повис третий, узел начал сползать вниз.

– «...В нижней трети левого предплечья одна рана, идущая в горизонтальном направлении, и три раны в вертикальном направлении, эти раны длиною около 3 см...» – читаю я протокол.

– Он сделал поверхностные разрезы кожи, чтобы написать кровью свое последнее стихотворение «До свиданья, друг мой, до свиданья...». Кое-кто утверждал, что такие небольшие раны не могли дать достаточного количества крови. Мы снова опытным путем доказали – могли. Наш лаборант случайно чуть порезал палец, и я его кровью написал это стихотворение. Причем в двух экземплярах, так как второй должен оставаться в архиве. Выяснилось, что крови хватило бы и на три стихотворения (0,02 миллилитра на каждое). Но здесь нужно учесть, что вряд ли С. Есенин написал это произведение за 2 – 3 минуты. Поэтому после остановки кровотечения из первой ранки он делал второй разрез, затем третий и четвертый.

– «Под левым глазом – небольшая поверхностная ссадина...» Еще одна странность.

– Одна из фаз механической асфиксии при повешении – так называемые клонические судороги, в результате чего человек бьется об окружающие предметы. Один старый судмедэксперт, присутствовавший при казнях предателей во время войны, рассказывал мне, что судороги были настолько сильны, что обрывались веревки. Кстати, если вы прочтете следующую строку: «Одет в черные лакированные туфли», то вы обнаружите настоящий криминал. Шикарные туфли Есенина бессовестно украли в морге. Это установила научный сотрудник ИМЛИ М. Стахова. Я хочу, чтобы вы поняли, насколько скрупулезно исследовались все документы.

– Но в фильме утверждают, что у рта Есенина имеются следы от удавки.

– Следы действительно есть. Но это вертикальные потеки подсохшего желудочного содержимого у уголков рта. Такое случается с повесившимися. И никакого предшествовавшего повешению удавления в случае с Есениным не было. Посмотрите на фотографию крупным планом правой боковой поверхности шеи. Видна двойная борозда, образованная обычной витой веревкой диаметром около 1 см. Кстати, известно, что С. Есенин всегда надевал шарф именно двойным оборотом...

– Получается, Есенин наложил на себя руки все-таки сам.

– Думаю, в этом поучаствовал алкоголь. За несколько дней до гибели поэт вышел из психиатрической больницы. В тот вечер он с друзьями выпил немного шампанского. А у алкоголиков после длительного воздержания даже маленькие дозы алкоголя могут вызвать помутнение рассудка.

– Но почему все-таки версия об убийстве так популярна?

– Наверное, потому, что выдумки интереснее правды».

* * *

Справедливости ради стоит отметить, что некоторые странности в этом деле имеются. Но пока что никто из сторонников версии убийства Есенина не смог членораздельно опровергнуть ВСЕ аргументы, выдвинутые Никитиным. Который, заметим, в отличие от оппонентов, является профессионалом. В его добросовестности нет никаких оснований сомневаться. В 1992 году конъюнктурной была как раз противоположная версия – в то время большевиков обличали все кому не лень. В любом случае на жертву режима Есенин не тянет никак. Советскую власть можно упрекнуть лишь в том, что при ней Есенин мог позволить себе делать все, что ему хотелось.

Кстати, в США того времени поэту, сочинившему что-либо «богоборческое» вроде «Инонии» и «Пантократора», до конца жизни не удалось бы напечатать ни одной строчки[21].