Благородный дом. Роман о Гонконге - Джеймс Клавелл

— Марлоу? — переспросил пораженный Данросс.

— О да, лейтенант ВВС Марлоу, благородный английский джентльмен, — произнес Грей хриплым от горечи голосом. — Да. Они были там заправилами — он и его приятель, американец, которого звали Кинг, капрал Кинг. Потом был ещё один, австралиец, Тимсен… Но самым крутым считался тот американец: действительно Кинг[194]. Из Техаса. У него все офицеры состояли на содержании, сплошь английские джентльмены — полковники, майоры, капитаны. Марлоу служил Кингу переводчиком, когда тот общался с японскими и корейскими охранниками… Нас в основном сторожили корейцы. Хуже их не найти… — Грей закашлялся. — Господи, словно вчера это было. Марлоу с Кингом жили припеваючи: эти двое съедали по меньшей мере по яйцу в день, а мы, все остальные, голодали. Вы представить себе не можете, как… — Грей снова, сам того не замечая, вытер пот над верхней губой.

— Вы долго были в плену? — сочувственно осведомился сэр Чарльз.

— Три с половиной года.

— Ужас, — сказал Хью Гутри. — У меня двоюродный брат погиб на железной дороге в Бирме[195]. Ужас!

— Да, это было ужасно, — подтвердил Грей. — Но не так ужасно для тех, кто становился предателем. Будь то на Дороге или в Чанги! — Когда он взглянул на сэра Чарльза, выражение лица у него было странное, глаза налились кровью. — Марлоу всего мира — вот кто нас предал, нас, обыкновенных людей без привилегий от рождения. — Его голос ещё больше исполнился горечи. — Не хочу никого обидеть, но теперь вы все получаете по заслугам, и давно пора. Господи, мне надо выпить. Прошу извинить. — И он торжественно удалился в сторону бара у одной из стен зала.

— Невероятно, — пробормотал сэр Чарльз.

— В какой-то момент мне показалось, что он сейчас кинется на Марлоу, — нервно хохотнул Гутри.

Все провожали Грея взглядами, и Бродхерст обратил внимание, с каким напряженным и холодным выражением смотрит ему вслед нахмурившийся Данросс.

— Не обращайте на него внимания, мистер Данросс. Боюсь, что Грей очень утомителен, довольно вульгарен и зануден. Он… Ну, по нему, слава богу, вообще нельзя судить о руководстве лейбористов. Вам понравится наш новый лидер Гарольд Вильсон[196]. Вы составите о нем хорошее мнение. Когда в следующий раз приедете в Лондон, буду рад познакомить, если у вас найдется время.

— Благодарю вас. Вообще-то, я думал про Марлоу. Трудно поверить, что он кого-либо «продал» или предал.

— Чужая душа потемки, верно?

Грей взял виски с содовой, повернулся и пошёл через зал.

— Вот те на! Неужто лейтенант ВВС Марлоу!

Вздрогнув, Питер Марлоу повернулся к нему. Улыбка исчезла с лица. Двое мужчин смотрели друг на друга в упор. Флер Марлоу замерла.

— Привет, Грей. — Голос Марлоу звучал ровно и невыразительно. — Я слышал, что ты в Гонконге. Вообще-то, я читал твое интервью в дневном выпуске. — Он обернулся к жене: — Дорогая, это Робин Грей, член парламента. — Он представил Грея китайцам, одним из которых был сэр Шитэ Чжун.

— А-а, мистер Грей, какая честь для нас, — проговорил Шитэ, демонстрируя оксфордское произношение. Высокий смуглый мужчина с приятной внешностью, он больше походил на европейца, чем на китайца. — Надеемся, вам понравится в Гонконге. Если чем-то могу быть полезен, вам стоит лишь сказать!

— Угу, — буркнул в ответ Грей. Все обратили внимание на эту неучтивость. — Вот, значит, как, Марлоу! Ты почти не изменился.

— Ты тоже. А ты хорошо устроился, — ответил Марлоу и пояснил для остальных: — Мы были вместе на войне. Я не видел Грея с сорок пятого года.

— Мы были в плену, Марлоу и я, — сказал Грей, а потом добавил: — Вот только стоим мы на противоположных концах политического ковра.

Он замолчал и посторонился, чтобы пропустить Орланду Рамуш. Она улыбнулась, приветствуя сэра Шитэ, и проследовала дальше. Грей секунду смотрел ей вслед, потом обернулся.

— Все так же торгуешь? — Это было завуалированное английское оскорбление. Для потомственных офицеров, подобных Марлоу, торговля была занятием малопочтенным, недостойным людей из высшего сословия.

— Я пишу. — Марлоу повернулся к жене и улыбнулся ей одними глазами.

— А я думал, ты до сих пор в королевских ВВС. Строевой офицер, как и твои именитые предки.

— Меня демобилизовали по болезни — малярия и все прочее. Печально, знаешь ли. — Марлоу намеренно подчеркивал свой аристократический выговор, зная, что Грея это бесит. — А ты, стало быть, в парламенте? Это ты здорово придумал. Представляешь там Стретем-Ист? Ведь ты оттуда родом?

— Да. Да, оттуда… — вспыхнул Грей.

Шитэ сделалось явно не по себе от этого напряженного противостояния, хотя он и пытался скрыть неловкость.

— Мне нужно… э-э… проверить, как там с ужином, — пробормотал он и поспешно отошел.

Остальные китайцы, извинившись, отвернулись. Флер Марлоу обмахнулась рукой, как веером.

— Может, пойдем поищем наш столик, Питер?

— Хорошая мысль, миссис Марлоу. — Грей, как и Питер Марлоу, был напряжен и сдерживался. — Как поживает Кинг?

— Не знаю. Я не видел его со времен Чанги. — Марлоу смотрел на Грея свысока.

— Но ты поддерживаешь с ним связь?

— Нет. На самом деле, нет.

— И не знаешь, где он сейчас?

— Нет.

— Странно, вы были так близки.

Грей перевел взгляд на Флер Марлоу: такой красивой женщины ему не доводилось встречать. Симпатичная и славная, сразу видно — англичанка, светловолосая и очень похожая на его бывшую жену Трину, которая сбежала с американцем меньше чем через месяц после того, как ей сообщили, что Грей пропал без вести в бою. Меньше чем через месяц.

— Вы знали, что в Чанги мы были врагами, миссис Марлоу? — спросил он с мягкостью, которая показалась Флер устрашающей.

— Питер никогда не говорил со мной о Чанги, мистер Грей. И ни с кем другим, кого я знаю.

— Любопытно. Там было ужасно, миссис Марлоу. Я ничего не забыл. Я… ну, извините, что прервал вашу беседу… — Он поднял глаза на Марлоу, явно намереваясь что-то сказать, но потом передумал и отошел.