Запах фиалки - Иван Охлобыстин

– Господа, это командир отделения, сержант…

Фамилию корреспондент «Нью Плэнет» даже слушать не стал. Ситуация окончательно прояснилась – никакого серьезного репортажа не будет. Им подсовывали липу. Наглую, топорную и ничем не прикрытую. Потому что и прикрывать не требовалось, понятно было – схавают. Придется схавать.

Однако, как и в Машкинском лесу, отступать было некуда. Только теперь в спину упирались не пирамиды палаток, а память о веселом взгляде Чарли: «…мы весьма рассчитываем на вас».

Александр почувствовал, что к горлу подкатывает противный комок, и судорожно сглотнул. Он посмотрел в глаза Сергею Алексеевичу, а затем перевел взгляд на Джеффри. Тот, судя по всему, уже смирился с такой безнадегой, достал камеру и начал настраивать объектив.

Калачев подошел к «командиру отделения».

– Здравствуйте, товарищ сержант. Меня зовут Александр Калачев. Представляю российскую редакцию «Нью Плэнет».

– Здравствуйте.

На лице Сергея Алексеевича не дрогнул ни единый мускул. Калачев даже восхитился его выдержкой. С таким и в разведку пойти не страшно – в плен точно не возьмут. Никого.

– У россиян много вопросов касательно нашего контингента в Сирии. В частности, хотелось бы знать, в каких боевых операциях принимают участие наши солдаты? В каких условиях живут? Что вы, как командир танкового отряда, можете рассказать?

«Сержант» покивал с понимающим видом и ответил:

– Давайте начнем с условий жизни на базе. Все военнослужащие, помимо всесезонного комплекта полевого обмундирования, недавно получили новую форму для жаркого климата, спортивную форму, а также специальную одежду для поваров, ремонтников, медицинских работников, пожарных.

– Спасибо, крайне ценная информация, – с каменным лицом поблагодарил журналист и продолжил: – А вы лично принимали участие в боевых операциях? И если да, то в каких?

– Да, я принимал участие в нескольких боевых операциях и должен отметить, что раньше во время подобных операций солдаты и офицеры носили форму цвета какао с молоком. Теперь ее дополнили светло-коричневые и бледно-зеленые тона, отчего она стала менее заметной на природном фоне. А это очень помогает в бою, спасает многие жизни.

Дальнейшее «интервью» протекало в таком же ключе – Александр узнал массу подробностей о новой летней форме российских военных… и не получил прямого ответа ни на один вопрос. Этот цирк мог продолжаться бесконечно, но через час журналистов попросили сворачиваться.

Очевидно, что цитата из Корана – загадочный пароль, который Калачев попытался произнести, – тоже не сработала.

Джефф начал было протестовать, спорить, только солдаты даже слушать его не стали, просто помогли снять камеру со штатива и уложить в машину. «Танкист» Сергей Алексеевич вежливо попрощался, отдал честь и укатил в своем «Тигре».

Калачев от событий сегодняшнего дня пришел в странное расположение духа, будто без меры наглотался каких-то успокоительных. Ему казалось, он плывет сквозь густую патоку, в которой глохнут звуки, а движения становятся неестественно медленными и тягучими. Он даже не успел заметить, как их с Джеффом выставили за ворота базы.

Надо отдать должное российским военным – они были предельно вежливы, тактичны и ни разу не повысили голоса. Даже в ответ на оскорбленные крики ирландца.

В себя Калачев пришел только после того, как Джефф с силой хлопнул его по плечу, шипя от бешенства:

– Это возмутительно! Мы проторчали на базе целый день и не сняли ничего! Только брезент и грязные гусеницы! И эту говорящую голову. Бла-бла-бла – я сам знаю, что вам надо отвечать!

Пародируя «танкиста», рыжий скорчил зверскую гримасу и еще сильнее запыхтел от злости.

– Надо посмотреть материал. Может, получится хоть что-то слепить? – попытался успокоить его Александр, хотя сам ни капли не верил в эти слова.

– Нет, не получится. Русские милитаристы в очередной раз всех кинули. Всё, что мы сняли, можно посмотреть в интернете.

Черт! – Ирландец грохнул кулаком по рулю и сильнее вдавил педаль газа. – Только время зря потратили.

Калачев посмотрел в окно. Солнце уже добела раскалило улицы. Было так жарко, что даже кондиционер в их видавшей виды машине не слишком помогал. Хотелось принять душ.