Любовь в каждой строчке - Кэт Кроули

В «Книжном зове» у нас свободный график. Открываемся к десяти утра и работаем как минимум до пяти, но обычно задерживаемся. Зато в пятницу заканчиваем не позже восьми, потому что ужинаем всей семьей в «Шанхай-дамплингс». Сегодня, как всегда перед закрытием, я возвращаю с улицы передвижные этажерки, и тут входит Лола. Говорит, только что видела Рэйчел. Я не спрашиваю, о какой Рэйчел идет речь. Рэйчел только одна. Та самая Рэйчел. Рэйчел Суити. Моя подруга, которая уехала три года назад и была так занята, что забыла обо мне.

Я писал ей письма – длинные письма – рассказывая все новости книжного. Писал о Джордж, маме и папе, о Лоле и Эми. Она отвечала мне письмами в один абзац, которые вскоре превратились в мейлы в один абзац, а потом и вовсе перестал получать вести от нее. «Она на меня обиделась, – говорил я Лоле, когда видел, какие длинные мейлы приходили ей от Рэйчел. – Она тебе ничего не говорила?» – спрашивал я, но она лишь мотала головой. Лола не умеет врать. Рэйчел что-то ей сказала, но она слишком хорошая подруга и никогда не поделится этим со мной. Оставалось только гадать.

– Рэйчел коротко подстриглась и стала блондинкой, – сообщает мне Лола.

И я против воли представляю ее. Не хочу думать о ней. Строю равнодушную гримасу.

– Я до сих пор не знаю, почему мы перестали дружить. Но раз уж так случилось, я не хочу ее видеть.

Лола поворачивается к прилавку спиной и, опершись на руки, садится на него, прямо рядом с плошкой мятных леденцов. Берет один и говорит:

– Привыкай тогда. Она вернулась, и я хочу с ней общаться.

– Да я уже давно привык. К тому, что она пишет тебе, но не мне. Привык, что она не отвечает на мои звонки. Даже свыкся с мыслью, что она уехала из города, не попрощавшись.

– Насколько мне известно, ты послал ей сообщение, что проспал.

– И поэтому она сердится? Проспать для меня обычное дело. Я очень редко встаю вовремя, и Рэйчел об этом знает. Могла заехать по пути и попрощаться.

– Похоже, ты действительно привык.

– А знаешь, что она сделала вместо этого? Написала, что оставила моих «Американских богов» на крыльце своего дома. Пока я добирался туда, пошел дождь. Книга вся намокла.

Лола берет еще один леденец.

– К счастью, ты работаешь в книжном магазине и у тебя есть еще пять экземпляров на полках и два в личной библиотеке.

– Не в этом дело, – возражаю я.

Она передает мне листок:

– Сегодня The Hollows играют в «Прачечной». Тебе удобно, прямо через дорогу.

Лола и Хироко официально играют вместе как группа The Hollows с выпускного вечера в одиннадцатом классе. Неофициально они мечтали о концертах класса с восьмого. Они немного похожи на Arcade Fire с примесью The Go-Betweens и Карибу – играют замечательно. Лола договорилась с владельцем «Прачечной», что сегодня их дуэт будет выступать целый час перед основной группой. Лоле пока не хватает денег, вырученных от концертов, чтобы платить за аренду квартиры, поэтому она подрабатывает в супермаркете и иногда подменяет продавцов в книжном.

Я обещаю прийти, и тогда Лола спрыгивает с прилавка.

– Рэйчел я тоже пригласила, – добавляет она. – Вот и помиришься с ней.

Чутье подсказывает мне, что помириться вряд ли удастся. Нельзя помириться с человеком, который забыл о тебе. Потом всю оставшуюся жизнь будешь бояться, что все повторится. Понимаешь: этот человек без тебя обойдется, а вот тебе без него тяжело.