Если завтра не наступит - Дженнифер Арментроут

– Не надо. – Себастьян положил руки на мои запястья, и наши глаза встретились. – Сегодня мы не будем это обсуждать. Здесь только ты, я и тонна калорий. Ничего больше. Нет прошлого. Нет ничего другого.

Я просто перестала думать. В тот самый момент. В том самом месте.

Я просто действовала.

Я сократила расстояние между нами и поцеловала Себастьяна в губы, вложив в свой поцелуй не только благодарность, но и все чувства. Он ни секунды не колебался. Обхватив рукой мою шею, переместился с матраса на колени передо мной. Его губы одновременно были мягкие и жесткие, и, когда я приоткрыла рот, он поцеловал меня глубже.

Себастьян отстранился первым, его голос стал восхитительно низким:

– Наверное, нам нужно поесть.

– Отлично.

В тот момент я была согласна на все.

Мы закончили поцелуй и перебрали пакеты с чипсами. Пока ели, говорили о всякой ерунде, и это было великолепно, потому что я давно так не… жила. Теперь я могла говорить о своем любимом шоу или о книгах, которые ожидали меня в комнате, слушать рассуждения Себастьяна о том, что он хотел изучать в колледже, не отвлекаясь на мысли о прошлом.

Когда я наелась, а Себастьян закрыл сумки, я поинтересовалась:

– Мы действительно будем спать в палатке?

Себастьян усмехнулся.

– Конечно, – он удивленно поднял голову. – Если только тебе будет удобно.

– Мне удобно.

В тот момент я ощутила как комфорт, так и дискомфорт, потому что находиться здесь с ним всю ночь было совсем не то же самое, что и в детстве.

Его ресницы опустились.

– Ты уверена?

– Да. – Я скатилась вниз. – Любопытно, почему наши родители не возражают.

– Они нам доверяют.

Я фыркнула.

Себастьян растянулся на боку.

– Хочу, чтобы ты знала. Ты не обязана оставаться. Можешь уйти, когда захочешь.

Я расслабилась. Честно говоря, я даже не представляла, что вновь окажусь в палатке. Когда мы были детьми, я не видела его без футболки и не думала о… вещах, которые сейчас приходили мне в голову. Я повернулась на бок, лицом к нему. Я понятия не имела, как долго пробуду здесь, но была уверена, что Себастьян меня поймет в любом случае.

Никаких ожиданий.

Кроме одного.

Еще до того, как вопрос выскользнул из моего рта, я почувствовала жар в щеках.

– Как ты отнесешься к тому, если… я буду твоей девушкой?

Улыбка, которая появилась на его лице, едва не остановила мое дыхание.

– Я хотел, чтобы ты была моей девушкой, еще с тех пор, как понял, что мне вообще нравятся девушки.

Во мне загорелось счастье, и я не могла позволить его погасить. Никому и ничему.

Я положила руку Себастьяну на грудь, и он накрыл ее своей ладонью.

Во мне неожиданно вспыхнула смелость, которая толкнула меня на отчаянный шаг. Я не закрывала глаз, произнося слова, которые хотела сказать много лет и которых, как я думала, я больше не заслуживаю.

– Я люблю тебя. Люблю с тех пор, как мы познакомились.

Себастьян мгновенно приблизился, коснулся моей щеки, и наши губы слились в поцелуе. Мы целовались, и между нами не было лжи. Парень положил под меня одну руку, и мы оказались так близко, что я ощутила жар его тела. Затем он перекатил меня на спину, и тогда наши руки принялись скользить под одеждой в горячем порыве.

Мои руки бродили по всей длине его спины и бокам, а его рука скользнула вниз по моему бедру. Себастьян забросил мою ногу вокруг своей талии, и я оказалась еще ближе к его телу, хотя даже не представляла, что это возможно. Сначала снялась его футболка, а затем – моя, и в тот момент мы оказались по-настоящему близки, как никогда прежде.

Я задрожала, когда его кожа коснулась моей.

На меня обрушилось необузданное желание.

– Я не с этой целью затеял все сегодня, – пробормотал Себастьян непривычным для меня голосом. – Нам не нужно ничего делать. Мы не…

– Знаю. – Я открыла глаза, обхватив рукой его затылок. – Знаю.

Я притянула его к себе, и на этот раз поцелуй изменился.

Он был свободным и… целенаправленным. Я чувствовала безмерные силы, и это было незабываемо. Я понятия не имела, чем закончится вечер, но доверяла Себастьяну. А он доверял мне.

– Я люблю тебя, – прошептала я возле его губ.

Себастьян издал грубый, глубокий стон и опустил бедра между моими ногами. Его грудь прижалась к моей груди. Он двигался, а я падала, плыла, тонула в ощущениях.

Я жила.

Я любила.

И это было более чем хорошо.

Это было прекрасно.

Это было ярко.