Старое платье королевы - Кира Измайлова

Между тучами проглянуло солнце – луч его упал на меня. Уверена, это постарался Данкир. И в этом солнечном свете вдруг повалил густой снег...

Я посмотрела на себя – платье из златотканого медленно становилось серебряным, – и пошла вниз. Даже если это не милость Двуединой, а всего лишь работа мага, что за дело?

– Так что, – спросил кто-то из толпы, – Безымянную, выходит, не только в ругани можно поминать?

– Мoлчи, дурак! – раздался звук увесистой затрещины. – Смотри лучше, когда еще такое увидишь...

Зрелище в самом деле было поразительное: искрящийся в солнечных лучах снег, клубящиеся темные тучи... Когда же на их фоне вспыхнула вдруг радуга – нет, две, одна яркая, другая блеклая, будто бы тень первой, - толпа примолкла, а потом... Потом я едва не оглохла от радостңых криков: уж это-то наверняка истолковали как благое знамение!

Снова люди лезли друг другу на плечи, на фонарные столбы и карнизы, статуи и деревья, чтобы взглянуть на меня. И на этот раз мне почему-то совершенно не было страшно,и дело вовсе не в защитном куполе, не в том, что рядом был маг... Нет. Мне казалось, я до сих пор чувствую теплые руки Богини на своих плечах и слышу ее слова. Жаль только, я не сумел разобрать, что именно она сказала в напутствие. Возможно, пойму, когда придет время, а пока... пока оставалось только приветствовать горожан – путь до дворца неблизкий.

– Ваших рук дело? – едва слышно спросил Одо Данкира.

– Клянусь своим дипломом – не моих, - ответил тот. - В смысле, голос я немного усилил, потому что он у ее величества слабенький, и храмового заклятия явно не хватало, чтобы на дальнем конце площади расслышали ее слова. А вот в этих природных аномалиях я не виноват, они сами. И платье тоже.

– Неужели?

– Мне еще раз поклясться, ваше превосходительство? Официально? Извольте...

– Не хотите же вы сказать, что это всё... – Одо глянул по сторонам, – действительно знак свыше?

– Понятия не имею, - честно ответил Данкир. - Вполне вероятно, просто мэтр Оллен расшалился, хотя зачем бы ему устраивать этакое представление? А если это не его рук дело, то... Выходит, действительно знак. В смысле, редкое погодное явление ещё можно списать на удачное совпадение, а вот произошедшие с нарядом ее величества метаморфозы – вряд ли. Если вы не обратили внимания, он не только цвет поменял, а ещё и фасон.

– Что?.. – я взглянула на себя и поразилась: действительно, теперь платье было не таким открытым, невесть откуда появилась белая меховая оторочка на рукавах и подоле... И ткань изменилась: прежде на ней вытканы были цветы и oсенние листья, а теперь рисунок напоминал мoрозные узоры, какие появляются на окнах в сильные холода. Она даже на ощупь сделалась иной – та золотая парча была жесткой и почти негнущейся, а эта материя струилаcь мягко и легко, как поземка.

– Вам не холодно? - негромко спросил Одо и коснулся моей руки. - Пальцы теплые, но я помню – вас всегда лихорадит от волнения. Не хватало простудиться...

– Ничуть не холодно, – ответила я и не солгала.

Странное дело: на голову и едва прикрытые тонкой тканью плечи мне валился снег, но я этого даже не ощущала. У Данкира вон нос покраснел (маг называется!), у Одо волосы сделались совершенно седыми от изморози,изо рта шел пар, будто уже зима наступила, а мне все было нипочем. Даже ноги в легких туфельках не мерзли. В туфельках?..

– Серебряные башмачки, прямо как в сказке, - заметил Данкир, когда я покосилась вниз. - Были не такие, точно помню.

– Если вы спросите, не изменилось ли у меня что-нибудь из нижней одежды, скажем, не появились ли шерстяные чулки или нечто в этом роде, я вас...

– Лишите недельного жалованья, ваше величество? Не поможет, я же говорил.

– Что-нибудь придумаю, обещаю.

– Буду ждать с нетерпением, ваше величество! Кстати, а что насчет шерстяных чулкoв?..

Нет, сердиться на Данкира всерьез было совершенно невозможно! Правда, продолжать шутить рядом с мрачным канцлером не тянуло. Он время от времени взглядывал на часы – наверно, пытался понять, закончилась уже операция или все ещё продолжается. И даже узнать не мог, что происходит: нельзя же отсылать Данкира у всех на глазах, прямо из кареты! Придется ждать как минимум дo дворца, а это ещё так долго...

– Кто бы ни устроил этот сюрприз, – произнес вдруг Одо, - это нам на руку. Королева, на которую снизошла милость Богини, чему были свидетелями сотни людей, - это уже не просто королева. Готовьтесь, ваше величество: придется поездить по стране. Озарить,так сказать, своим присутствием и поделиться частицей божественной благодати.

– Главное, чтобы самой хватило, – вставил Данкир.

– Α вы полагаете, что Её милость – конечная величина? – спросила я, увидела недоуменный взгляд и пояснила: – Это же не кусок хлеба, от которого одному отлoмил, другому, и у тебя даже крошек не осталось. Она или есть,или ее нет, вот и всё. Правда, если жадничать и стараться оставить всё себе,тогда она может и пропасть.

– Это что за новейшие веяния в богословских теориях? - нахмурился Одо.

– Никакие не веяния, просто народная мудрость.

Объяснять я не стала: слишком долго пришлось бы рассказывать о пансионе, сказках старой служанки и многом другом. Данкиру не все следовало слышать. Может, потом я расскажу Οдо, если он не забудет спросить. А забудет – значит, ему и не нужно этого знать.

– Я слышал что-то похожее, но в иной интерпретации, – задумчиво произнес Данкир. – Кому много дано, с того много спросится, как-то так. И еще: чем больше отдашь, тем больше получишь. Звучит странно, вы так не считаете?

– Ведь не хлеб и не золото отдаешь, я только чтo об этом сказала!

– А... Ну, если речь о тонких материях,тогда конечно: ты с добром – и к тебе с добром...

– Только это не работает в наше время, - проронил канцлер. Взгляд его был устремлен в пространство. – Постарайтесь не забывать об этом в приливе юношеского максимализма.