Адмиралъ из будущего. Царьград наш! - Вячеслав Коротин

«Императрица Мария», самый мощный и совершенный корабль российского флота, уверенно раздвигала форштевнем волны Черного моря. Ничто не могло остановить в этих водах уверенный напор гиганта. Только сверхудачное попадание торпеды с подводной лодки, каковых здесь не водилось. К тому же Первый дивизион, которым командовал теперь Черкасов, бдительно следил за окружающей флагмана флота акваторией. Да и шла маневренная группа, на всякий случай, противолодочным зигзагом.

– Такими темпами, Андрей Августович, «Георгий» с «Синопом» доберутся до Турции раньше нас, – попытался испортить настроение командующему Плансон.

– Очень сомневаюсь. А даже если и так? Ничего принципиального – все равно необходимо будет ждать армаду из Одессы – без авиации и тральщиков начинать не будем.

– Дождемся утра, там посмотрим, кто и когда окажется в намеченном планом месте, – миролюбиво предложил начальник штаба.

Утро, как известно, вечера мудренее. Первая маневренная группа Эбергарда встретила рассвет в двадцати милях севернее Шиле. С норда подходили «Синоп» и «Георгий Победоносец», которых все-таки обогнали ночью.

Новицкий радировал, что будет через три часа, Колчак с миноносцами ожидался чуть раньше…

– Так долго мы ждать не будем, – напряженно выдавил сквозь зубы Андрей. – Передайте на «Николая» и «Александра», чтобы выслали по три аэроплана. С зажигательными бомбами.

– Почему именно с зажигательными? – удивился Плансон.

– А у них дым черный и обильный, не помните? Хоть какой-то ориентир при стрельбе будет. Особенно, если турки полевые батареи подтянули.

– Согласен. Ну что, пока ожидаем авиацию и тральщики, есть время спокойно позавтракать.

– Полностью с тобой согласен. Пусть матросы и офицеры подкрепятся основательно (так и хотелось добавить классическую фразу Евгения Леонова из «Джентльменов удачи»: «Ракета до обеда на Землю не вернется!»…) Да и нам подзаправиться невредно.

Нормально закончить утреннюю трапезу не удалось, кофе адмиралам подавали уже на мостик в связи с докладом: «Аэропланы прошли к берегу».

От «взгляда из-под небес» сейчас зависело многое. В первую очередь, работа «пахарей моря» – тральщиков. Именно они должны были расчистить путь десантным судам к месту высадки, а «Георгию Победоносцу» и «Синопу» с их одиннадцатидюймовыми мортирами – возможность подойти поближе к берегу.

– Идет первая тройка, ваше высокопревосходительство, – Трубецкой вытянул руку в направлении северо-запада.

На фоне неба действительно виднелись три «комара», с каждой секундой все более напоминавшие «мух».

– Владимир Владимирович, я вас очень прошу отставить титулование в бою, – слегка раздраженно бросил Эбергард командиру «Марии». – В современной войне важны зачастую секунды. Так что не тратьте их на слова, не несущие важной информации.

– Еще тройка! – Кетлинский услышал выговор командующего своему коллеге и лишним текстом перегружать информацию не стал.

– Передайте первой тройке, что она может начать бомбометание по фортам Эльмас и Рива-Калеси. Второй – пока только разведка района высадки.

– Подозреваю, что на должном уровне нам разведку произвести не дадут – у турок тоже аэропланы имеются, – мрачно молвил Плансон.

– На войне, как на войне, Константин Антонович. Пусть хоть из револьверов отстреливаются, но дадут необходимую информацию… Алярм! Приготовиться к открытию огня! Подойти на сорок кабельтовых к линии побережья!

Дредноут повернул согласно приказу адмирала и стал приближаться к берегу Анатолии. Орудийные башни, которые Андрей прозвал про себя «Горынычами» (по числу стволов-голов), разворачивались в сторону предполагаемого места нахождения вражеских батарей. Но огня пока не открывали – был нужен ориентир на берегу…

– Есть! – азартно выкрикнул сигнальщик. – Есть дым! Еще!!

Действительно, в складках гор «помазало» черным. Ну что же – хоть какой-то ориентир есть, дело за мощью двенадцатидюймовых снарядов…

– Открывайте огонь! – Эбергард оперся об ограждение мостика и напряженно стал вглядываться в «берег турецкий», хотя чего там вглядываться? – Ни одна пушка «Императрицы Марии» еще не выстрелила.

Наконец промычал ревун и вторая башня грохнула выстрелом. Все, кто находился на мостике, тут же вскинули к глазам бинокли.

– Чуток недобросили, – с сожалением молвил Трубецкой, увидев, как разрыв вспух у подножия холма, на котором располагалось турецкое укрепление.

– А вы чего хотели? Чтобы первый же пристрелочный выстрел дал накрытие? – весело посмотрел на командира дредноута командующий. – Думаю, что еще два-три пристрелочных выстрела, и можно будет переходить на залповый огонь. Ваш старший артиллерист справится…

Выстрел – снова недолет.

Выстрел – небольшой перелет.

– Залповый огонь!

Башни «Марии» стали равномерно изрыгать смерть. Залп – по одному выстрелу из каждой башни, потом еще по одному, потом еще… А теперь уже и первую пушку перезарядили: залп!

В результате непрерывная «огневая струя» накрыла укрепление Эльмас так, что турецкие артиллеристы просто не имели возможности открыть ответный огонь. Пусть далеко не каждый русский фугасный снаряд, весом почти полтонны и содержавший почти шестьдесят килограммов тротила, падал на территорию форта – для того, чтобы прекратить его существование, оказалось достаточно пяти. Плюс несколько близких разрывов…

Позже приблизительно то же самое сотворили с Рива-Калеси…

– С аэропланов передали, что в районе Шиле полевая батарея. Шесть орудий.

– С моря, вероятно, не просматривается, раз Черкасов молчит, – насупился Эбергард. – Где тральщики?

– Номерные на подходе. Идут самым полным, ваше высокопревосходительство. С ними Шестой дивизион, – тут же отозвался Кетлинский. – Уже видны дымы. А где-то через час подойдут Новицкий с князем Путятиным.

– А вот этого не надо. Пусть берут курс к румелийскому берегу и размолотят там батареи мыса Узуньяр, если османы успели их восстановить. Могут прихватить «Алмаз» с его аэропланами. Третий и Четвертый дивизионы – тоже. А также «Альбатроса» и «Баклана» – остальные тральщики и Колчак пусть следуют сюда. С транспортами.

Тральщики так и не зацепили ни одной мины на путях предполагаемого следования транспортов с десантом, что, надо сказать, не особо удивляло. Не было у турок ни реальных средств для новых минных постановок, ни реальных возможностей. Не зря уже несколько месяцев русские эсминцы патрулировали данный и прилегающие районы, прозрачно намекая: «Только суньтесь в НАШЕ море!»

Следующий ход был за «пенсионерами» Черноморского флота – «Георгий Победоносец» и «Синоп» приблизились к берегу на десять кабельтовых и в восемь одиннадцатидюймовых стволов принялись разносить в пыль вражескую полевую батарею, местоположение которой летающие лодки с «Императора Александра» также отметили черными дымами зажигательных бомб.