Нечто чудесное - Джудит Макнот

– Кто она?

– Дочь графа, – тяжело вздохнул он.

– И что с ней случилось? – продолжала допытыватьсяАлександра. – Или вы не хотите об этом говорить?

– Вовсе нет. Обычная история. Она, казалось, отвечала на моичувства. Я сделал предложение, но ее родители хотели подождать до конца сезона,прежде чем согласиться на такую не очень выгодную партию, как я, – человекблагородного происхождения из хорошей семьи, но без титула и большого капитала.Поэтому мы договорились держать наши чувства в тайне до конца сезона.

– И что же? – спросила Александра, чувствуя, что ему хочетсявыговориться.

– Появился другой, с титулом, состоянием, обративший на неевнимание. Он танцевал с ней несколько раз, приезжал домой… Салли влюбилась внего с первого взгляда.

– И вышла замуж? – горестно прошептала Александра. Тони,усмехнувшись, покачал головой:

– Для этого человека Салли была всего лишь очереднымзавоеванием, объектом глупого, пустого, бессмысленного флирта.

– Но… это был не Джордан? – внезапно охнула Александра,поднося руку к неожиданно закружившейся голове.

– Счастлив сказать, что не он.

– В любом случае это к лучшему, – преданно объявилаАлександра. – Она, очевидно, была либо крайне легкомысленной, либо оченькорыстной.

Губы девушки чуть раздвинулись в чарующе-теплой улыбке.

– Ну а теперь, – восторженно рассмеялась она, – когда выстали самым знатным человеком во всей Англии, она, конечно, пожалела, чтоотвергла вас!

– Возможно.

– Ну а я от всей души на это надеюсь! – воскликнула девушка,но тут же виновато потупилась. – Конечно, нехорошо с моей стороны такзлорадствовать.

– В таком случае мы оба грешны, – рассмеялся Тони. – Я тожевтайне частенько об этом думаю.

Несколько мгновений они в дружелюбном согласии молча взиралидруг на друга. Наконец Тони, вздохнув, признался:

– Все это время я пытался объяснить, что неустанный трудприносит не больше удовлетворения, чем неумеренные развлечения.

– Вы, несомненно, правы. Я об этом не подумала.

– Вам стоит подумать еще кое о чем, – мягко посоветовалТони.

– О чем именно?

– Поймите, то неуловимое, чего лишена ваша жизнь, не чтоиное, как любовь.

Он вынул табакерку и хотел было взять понюшку, когданеожиданный взрыв смеха заставил его забыть обо всем.

– Господи Боже, только этого мне не хватало, – едвавыговорила она, без малейших, однако, признаков злобы и горечи. – Я былавлюблена, ваша светлость, и вам известно, к чему это привело! Благодарюпокорно! Скорее уж предпочитаю мигрень.

Глядя в это прелестное, сияющее весельем лицо. Тони судивлением понял, что она говорит правду, и осознание этой весьма неприятнойистины наполнило его неудержимым гневом на Джордана.

– Поверьте, Алекс, ваш опыт еще очень мал и к тому женеудачен.

– Вполне достаточен, чтобы понять: мне это совершенно ненравится.

– Но возможно, в следующий раз вам повезет больше.

– Слово «любовь» мгновенно вызывает у меня пренеприятнейшееощущение в желудке, словно я только что съела угря, – усмехнулась девушка. – Я…

Но тут бешеное проклятие оборвало ее на полуслове.

Девушка изумленно застыла с открытым ртом.

– Черт бы побрал Джордана! Будь он жив, удушил бы егособственными руками!

– Нет, вы не так меня поняли! – запротестовала Александра,подбегая к нему. Огромные, сияющие, широко раскрытые глаза пристально, умоляющеглядели на него. – Даже когда я имела глупость думать, что небезразлична ему,все время чувствовала себя так, словно хожу по канату. Постоянно тревожилась окаждой мелочи, изводила себя, боялась лишнее слово вымолвить. Мне хотелосьугодить ему, и для этого я из кожи вон лезла. Должно быть, это наследственное –все женщины в моей семье влюблялись в недостойных мужчин, поклонялись им сослепой преданностью и готовы были на все ради них. – Девушка с сожалением улыбнулась.– Хотя все это довольно тошнотворная штука.

Тони невольно рассмеялся и, схватив ее в объятия, зарылсялицом в душистые волосы. Когда приступ веселья немного улегся, он заглянул ей вглаза и серьезно спросил:

– Александра, чего ты хочешь от жизни?

Их взгляды скрестились, и Алекс почувствовала, что не всилах шевельнуться.

– Не знаю, – прошептала она, неожиданно ощутив, как человек,которого она привыкла считать старшим братом, осторожно сжал ладонями ее лицо.

– Скажи, что у тебя на душе теперь, когда ты сталапризнанной королевой общества?

Александра не могла бы сдвинуться с места, даже если бы вэто мгновение загорелся дом.

– Пусто, – прерывисто прошептала она. – И холодно.

– Выходи за меня замуж.

– Я… я не могу.

– Конечно, можешь, – заверил Тони улыбаясь, словно ожидалсопротивления. – Я дам тебе все, что по-настоящему необходимо для счастья. Все,в чем ты так нуждаешься, хотя сама этого не сознаешь.

– Что именно? – охнула Александра, уставившись на него стаким изумлением, точно видела впервые.

– То же, чего не хватает мне, – мужа, детей, тех, о комможно заботиться, – хрипло пробормотал Тони.

– Нет! – вскрикнула Александра, чувствуя, как ее сопротивлениеначинает слабеть. – Ты сам не знаешь, что говоришь. Тони. Я влюблена в тебя небольше, чем ты в меня.

– Но ты ведь вообще никого не любишь, верно? Александраусердно закивала, и Тони ухмыльнулся.

– Вот видишь, это значительно облегчает принятие решения. Ятоже никого не люблю. Ты уже познакомилась с самыми выгодными и богатымиженихами этого сезона. Остальные не намного лучше, поверь мне.

Видя, что девушка по-прежнему колеблется, Тони слегкавстряхнул ее.

– Александра, прекрати грезить наяву. Ты уже успела вкуситьсветской жизни. Больше ты не узнаешь ничего нового, разве что все-таки решишьсявыйти замуж… иметь семью…

Семья. Настоящая семья. У Александры ее никогда не было, вовсяком случае, такой, где есть отец, мать, дети, многочисленные кузены, тетушкии дядюшки. Конечно, у их детей будет всего один дядя – брат Тони, но все же…