Магазинчик на Цветочной улице - Дебби Макомбер

Днем в пятницу Жаклин прибыла в «Путеводную нить», как обычно опоздав к началу занятий на пять минут. Опоздание «как дань моде» вошло у нее в привычку, которую она когда-то давно переняла и, казалось, была не способна ей изменить. К ее удивлению, Кэрол отсутствовала. Аликс ссутулилась на своем стуле с угрюмым выражением лица.

— Где Кэрол? — спросила она Лидию, стоявшую в конце стола с вязальными спицами в руке.

Лидия всегда носила с собой пряжу и спицы, поэтому руки у нее были постоянно заняты.

— Кэрол решила остаться сегодня дома, — объяснила Лидия. — У нее плохие новости. Она потеряла ребенка.

Именно этого-то и опасалась Жаклин.

— Мне так жаль.

— Кэрол взяла несколько дней, чтобы перестроиться, но, надеюсь, она вернется.

Жаклин кивнула. Она очень сочувствовала Кэрол. Желание этой женщины иметь ребенка было таким сильным, что граничило с отчаянием. Жаклин волновалась о ней и надеялась, что Кэрол сможет каким-то образом оправиться от потери. Она вспомнила собственное горькое разочарование от своей неспособности родить второго ребенка, но, по крайней мере, она сумела родить Поля. Вероятность того, что Кэрол и Дуг получат ребенка через усыновление, была слабой. Жаклин вздохнула. Это был печальный поворот событий, но они ничего не могли с этим поделать.

— Боюсь, мы можем потерять Кэрол, — сказала Лидия.

— Почему? Что вы имеете в виду? — обеспокоенно спросила Аликс.

— Кэрол ничего не сказала, но я думаю, она может вернуться на работу. Она оставила работу только из-за ребенка, а пару недель назад сказала мне, что брокерская фирма хочет, чтобы она вернулась.

Аликс выглядела, пожалуй, еще более удрученной.

Жаклин было интересно, что ее так беспокоит. Конечно, она сочувствует Кэрол, но Жаклин чувствовала: произошло что-то еще.

— Как поживаешь, Аликс? — промурлыкала Жаклин, роясь в своей сумке в поисках вязанья.

Она вязала шарф для сына. Он был из милой шерсти того же самого коричневого оттенка, как пони, которого Поль так любил в детстве. Жаклин было интересно, вспомнит ли ее сын Брауни и проведет ли параллель.

— Привет, — тихо ответила Аликс, не поднимая головы.

Жаклин посмотрела на Лидию, которая пожала плечами, показывая, что тоже не знает, что не так. В магазинчике все стихло, тишина нарушалась лишь шумом транспорта за окном.

Аликс подняла голову, и Жаклин увидела, что она больше не вяжет мужской свитер, который взяла у Кэрол. Она вязала нечто совершенно другое.

— В чем проблема? — напрямик спросила Жаклин.

— Это мое дело. — Глаза Аликс ожили и заблестели, как будто она только и ждала словесной перепалки.

— Неприятности из-за мужчины, если я что-либо понимаю в этой жизни, — объявила Жаклин Лидии, которая улыбнулась и согласно кивнула.

Аликс поджала губы, но не заглотила наживку.

— Догадываюсь, это связано с тем самым проповедником, с которым ты встречаешься.

— Мы не встречаемся… мы были просто друзьями.

— В прошедшем времени? — осторожно вступила Лидия. — Ты больше с ним не видишься?

— Я некоторое время его не видела. У него есть и другие друзья, если понимаете, что я хочу сказать.

— Ты видела его с другой, — догадалась Жаклин.

Голова Аликс опустилась так низко, что коснулась подбородком груди, когда она кивнула в знак согласия.

— С какой-то красоткой, — промямлила она. — И блондинкой. С девушкой в церкви.

— Естественно, — добавила Жаклин.

Она всегда считала, что любовница Ризи блондинка, и с подозрением относилась к любой блондинке, которая оказывалась поблизости от него. Не то чтобы она была этим озабочена, говорила себе Жаклин, но она должна была признать, что время от времени ее посещала мысль о том, как выглядит эта женщина. В то же время она не хотела знать этого и обычно старалась вообще о ней не думать.

Брак Жаклин, вернее, то, что от него оставалось, находился под угрозой с того вечера, когда Ризи удалился с ужина. Она ему не простила, более того, она стала его избегать.

Ризи тоже не делал попытки навести мосты. Очевидно, то, что на следующее утро он нашел розы засунутыми в мусорное ведро, говорило само за себя.

Все три женщины вязали молча. Лидии приходилось дважды откладывать вязанье, чтобы обслужить покупателей, и она оставляла Жаклин наедине с Аликс.

Жаклин не была уверена, что подтолкнуло ее к этой идее, но, раз уж она засела у нее в голове, отказывалась ее покидать.

— Я перед тобой в долгу, — объявила она с некоторой торжественностью.

— За что?

Жаклин была изумлена тем, что Аликс забыла.

— Милая девочка, ты же мне жизнь спасла!

Появился намек на улыбку, а потом быстро исчез.

Аликс пожала плечами, словно то, что она пришла в этот проулок в тот день и смело противостояла хулиганам, было просто обыденным случаем. Обычным, ничем не примечательным, повседневным событием.

— Настала пора отплатить тебе за твою доброту, — сказала Жаклин решительно.

Аликс проявила откровенное любопытство:

— Как?

— Думаю, мы отправимся на косметические процедуры. Естественно, оплачиваю я.

— Куда?

— Красоту наводить.

Аликс нахмурилась:

— И чего хорошего это даст?

— Это может помочь, чтобы тебя заметил один молодой человек.

— Что еще за косметические процедуры? — Аликс пыталась скрыть свой интерес, но Жаклин не обмануть.

— Мы начнем с твоих волос.

Жаклин критически осмотрела кончики алого оттенка и сдержалась, чтобы не поежиться. От этого ужасного цвета нужно избавиться. Жестикулируя, она сделала несколько предложений:

— Подстрижем волосы и уложим. Возможно, выкрасим в другой цвет.

— Только если мне понравится, — испуганно возразила девушка.

— Конечно!

— В любой цвет, какой захочу?

— В пределах разумного.

Аликс безразлично повела плечами:

— Полагаю, это подойдет.

Она вела себя так, будто делала Жаклин одолжение. Пару месяцев назад Жаклин обиделась бы на это, но сейчас понимала, что это просто поза.

— Я бы хотела отвести тебя к своему консультанту по моде и…

Аликс отрицательно замотала головой, не успела Жаклин договорить предложение.

— Мне не нужны советы, как одеваться.

— Говори что хочешь, но я думаю, нам нужно обзавестись парой новых нарядов.